Инженю
Шрифт:
Я упрямо замотала головой.
– Если что, подремлю немного здесь. Тот диванчик кажется удобным. Я же вижу, что ты переживаешь за Паука. Разве я могу тебя оставить одного в таком состоянии?
Арджун сжал меня в объятьях, а потом подтолкнул в сторону дивана.
– Ложись хотя бы тут, добрая ты душа.
Я широко зевнула и подчинилась. Спать я не стану, просто закрою глаза минут на десять, не больше.
Разумеется, стоило мне только лечь, как я просто выключилась, словно кто-то на кнопку нажал. А проснулась
– Кажется, наша сиротка проснулась, – прокомментировал Фелтон, чуть приподнимаясь на подушках.
Голос у Паука звучал хрипло, надтреснуто, совершенно не как обычно.
Я поспешно огляделась. Арджун спал как младенец, свернувшись в кресле. Некому меня защищать от издевок Брендона.
– Ты пришел в себя? – растеряно спросила я, не зная, что еще можно сказать.
– Как видишь, – пожал плечами Брендон и снова лег. – Ждешь слов благодарности?
В точку. Я ведь заслуживаю его благодарности! Это я поняла, как именно его подставили!
– Вовсе нет.
Брендон тихо рассмеялся, и, честно говоря, у меня мурашки побежали, как будто мог сделать сейчас какую-нибудь редкостную гадость. Вот только не мог ведь. Он ведь не мог оправиться так быстро? Или мог?
– Получай свои слова благодарности. Ты вытащила меня из тюрьмы, увидела то очевидное, что не смог заметить никто. Свежий взгляд, пресловутые истина и младенец… Однако, могу тебя уверить, что ты достаточно умна. Точно такая, какой и должна быть Лестер.
Никак не удавалось понять, издевается надо мной Брендон или нет. Он снова закрылся на все замки, ни одной эмоции на породистой морде.
– Вечно вы твердите о том, какие Фелтоны, какие Лестеры… Как будто говорите о породах собак, – недовольно процедила я.
Ухмылка на лице Паука не сулила ничего хорошего.
– В общих чертах, так оно и есть. Знаешь одного из рода – знаешь всех. Лестры умны, склонны к авантюрам, ненормально смелы и маниакально упорно, – тихо сказал Фелтон.
И я растеряно открыла рот.
– Значит, если на меня действительно охотятся другие Лестеры… то за мной охотятся совершенно слетевшие с катушек самоубийцы, которые готовы пойти на все, чтобы забрать меня с собой в ад?!
После моего вопля Арджун начал тревожно возиться в кресле. Я испуганно замерла, закрыв себе для надежности рот обеими руками. Солнышко недовольно посопел, но, кажется, вставать до рассвета посчитал совершенно противоестественным делом. Когда стало понятно, что Арджун снова крепко спит, Паук подал голос:
– А ты правильно уловила суть, сиротка. По твою душу явятся хитрые, целеустремленные психопаты, с огромным магическим потенциалом. Ну как, еще не захотела в свой провинциальный приют?
Я сжала кулаки и выпалила:
– Не дождешься! Иди к черт, Брендон!
На ругательство Фелтон вообще никак не отреагировал.
– Тогда следи за своей спиной, сиротка. И забудь о прогулках в одиночестве, они тебе противопоказаны.
Господи
– А ты можешь давать советы так, чтобы тебя потом не хотелось за них убить?
Брендон с обычной своей невозмутимостью покачал головой.
– Это мой стиль.
На мгновение мне показалось, что у него восемь глаз. Как у настоящего паука. Такие злобные буркала. И каждое смотрит с издевкой.
– Я уже жалею, что тебя вытащила…
– Сделанного не воротишь, – отозвался Брендон, заворачиваясь в одеяло. – Доброй ночи.
Ага, вот после того ночь будет действительноочень доброй.
Глава 8
Проснулась я уже укутанная по самые уши в теплое одеяло. Рядом кто-то говорил. Ну, как кто-то… Разумеется, Паук и Солнышко.
– Брен, тебе не кажется, что ты просто слегка… помешался на теории заговора? К тому же, ты еще однозначно нездоров… Может, это просто бред? Ну, или у тебя прогрессирующая паранойя.
Кажется, Солнышко отчаянно не хотел слушать кузена.
– Арджун, можешь с чувством выполненного долга пойти к черту, – с раздражением ответил кузену Брендон. – Я в своем уме. Готов поспорить на свое наследство, что тут замешаны бастарды лорда Седрика. Ты же знаешь, что у Седрика Лестера было несколько внебрачных детей! Об этом все знают!
Боже, я слышала в голосе Паука злость! Он злился на Арджуна! Этот говорящий морозильник действительно может испытывать чувства!
– Да, потому что лорд Седрик обожал говорить об этом сыну, каждый раз твердя, что может в любой момент заменить его! – также недовольно рявкнул на Паука Солнышко. – Я перерыл кучу информации, пока ты прохлаждался в тюрьме. Доподлинно известно только об одном бастарде Седрика Лестера, Альфреде! И Альфред мертв лет двадцать! Брен, ты сходишь с ума! Просто старому мерзавцу нравилось мучить дядю Дэниэла, ничего больше. Иначе бы я нашел хоть кого-то!
Сколько нового я узнаю о своей семье за это утро. Впору самой себе завидовать.
Дедушка с каждым произнесенным словом нравился мне все меньше и меньше. Оставалось только надеяться, что в аду Седрику Лестеру досталась самая раскаленная сковородка.
Новость о том, что мой дядюшка Альфред скончался, меня тоже обрадовало. Меньше желающих свернуть мне шею.
– Даже если предположить вдруг, что на самом деле был только Альфред, то что насчет его детей?
Я резко села и уставилась на парней.
– Дети?
Фелтон и Арджун переглянулись. Паук еще и весьма выразительно закатил глаза.
– А я говорил, что нужно перенести сиротку в другую комнату, а уже потом совещаться, – прокомментировал со вздохом Брендон.
– Это выглядело бы слишком… Джейн могла не так понять… – принялся оправдываться Солнышко. – И как я мог тебя оставить…
Паук махнул рукой.
– Твое чистоплюйство однажды тебя погубит, большой братец.
Кажется, такой исход не особенно пугал Солнышко.