Инженер Пса

Баскакова Нина

Вита чувствовала себя разбитой. Опять вернулся холод. А потом пришла боль. Сильная, до слез. Пришлось закусить губу до крови, чтоб не закричать. Огонь внутри готов был вырваться наружу, но Вита заставила его подчиниться. Заставила вернуться на место. Нельзя его выпускать на свободу. Нужно держать под контролем. Постоянным контролем.

Батарейка. Те, кто был наделен этой способностью, могли впитывать энергию из пространства. Обычно это просто были сильные ирлиты с хорошим показателями способностей. Но в случае с Витой, она не могла пользоваться своей силой. Ее было столько, что она не усваивалась

организмом. Вместо этого, организм начинал разрушать сам себя. В итоге она вынуждена была почти забыть о способностях, пользуясь ими по минимуму. Не переходя внутреннюю черту. А сегодня он разрушил ее барьеры. Что она так долго выстраивала. Поэтому и случился приступ.

– Привет. Малышка. Это значит мне тебя надо довезти? – к ней подошел Данила.

– Наверное.

– Выглядишь хуже некуда. Идти можешь?

– Могу. – Стоило ей встать, как Виту зашатало.

– Ничего, доберемся. – помогая ей дойти до машины, сказал он.

Они ехали по разрушенному району, разгоняя фарами темноту. Наверное, это была жуткая картина, походившая на фильм ужасов, но Вита не чувствовала ничего. После тяжелого дня и приступа, Вита смотрела на мир отстраненно, безразлично. Она осталась в живых, когда уже думала, что пришел конец. Но радости от этого не было. Завтра ее ожидал очередной тяжелый день. Пусть ей не надо было идти в патруль. Но работу никто не отменял.

Глава 4.

После того случая прошло пять дней. Вита попросила сократить восьмичасовые смены на шести. Пусть она будет получать меньше, а долги придется выплачивать дольше, но зато у нее должно было появится больше времени на восстановление сил. Хотя Вита и провела целый день на больничном, но это мало чем помогло. Что-то было не так. Она стала быстрее выдыхаться. В больницу или мед центр обратиться было нельзя. Не было банально времени, к тому же больницы и центры были переполнены раненными. Их было слишком много и все на грани жизни и смерти. А тут Вита со своим упадком сил.

Мама по три смены проводила в больницы изредка наведываясь домой, чтоб упасть на кровать и уснуть. Вита ее не видела неделями из-за того, что графики у них не совпадали. Все работали на пределе сил, поэтому тут было не до нытья. Только сколько она еще выдержит и сколько продлиться такой ритм жизни? Месяц? Два? Год? Никто не мог дать точного ответа. О будущем ничего не говорили конкретного. Лишь расплывчатые слова: «скоро все наладится». Но пора было признать, что отбить столицу своими силами не удавалось. Это надо было признать. Надо было приглашать отряд Псов. Но этого не делали. Хотя было непонятно, что делают, чтоб выгнать тварей. Патрули из слабых, плохо обученных ирлитов были не лучшим вариантом, чтоб добиться победы.

Вита сидела на кухне и пила кофе. Она только недавно проснулась. Кардиган, в который закутал ее в тот день сероглазый ир был накинут на плечи. Он оказался неожиданно теплым и уютным, поэтому Вита стала носить его дома. Не бегать же ей за его владельцем по всему городу, чтоб ему вернуть кардиган.

На улице хмурые тучи

опять готовы были пролиться дождем, поэтому в квартире было прохладно. Только горячий чай немного согревал. Вита недавно пришла с очередной смены. Ей бы сейчас лечь спать, но она так устала, что сна не было. Оставалось только сидеть на кухне и пить чай, в ожидании, когда она хоть немного отдохнет. Дверной звонок эхом разнесся по квартире. Рита, хлопая тапками, побежала открывать дверь.

– Я сейчас разбужу маму. Подождите. – услышала Вита голос сестры.

– Буди, а мы пока осмотрим квартиру. – миролюбиво, но все же твердо, ответил женский голос. – В квартире две комнаты. Одна двадцать, другая четырнадцать квадратных метров. Суд оставил за продавцом большую комнату. В квартире проживает бывшая жена продавца, она врач, так что ее дома почти не бывает. Еще две ее дочери. Одна еще учится, вторая неблагонадежная. Но насколько я поняла из-за развода, а не из-за проблем с законом. Потому что с вами в одной квартире будут проживать два неблагонадежных элемента, продавец вам делает скидку.

– Это я элемент? – Вита услышала разъяренный голос мамы. Она и так нервно относилась ко всему, что было связано с разводом, а тут ей еще не дали выспаться. Надвигалась гроза.

– Добрый день. Я риелтор Татьяна Висова. Представляю интересы Ярослава Ковшева. Вы отказались покупать у него комнату, поэтому он выставил ее на продажу.

– Это моя комната!

– Ваше имущество было разделено судом. – возразила риелтор.

– Несправедливым судом.

– Итоговое решение не обсуждается. Мы имеем полное право осмотреть квартиру и комнату. Если вы будете нам чинить препятствия, я вынуждена буду вызвать охрану правопорядка.

– Это моя квартира. Видеть посторонних я в ней не намерена! – Мария готова была в любой момент ринуться в бой. Ее бы и штраф не остановил. Вита решила вмешаться.

– Мам, ты же знаешь, что ничего тут не сделаешь. Пусть смотрят. Может еще испугаются неблагонадежных элементов. – сказала Вита, выходя в коридор.

– И то, правда. За просмотр денег не берут. – выдохнула Мария.

– Тогда продолжим осмотр. Санузел раздельный, кухня довольно большая для квартиры с такой планировкой. – риелтор все говорила и говорила, нахваливая квартиру. Но покупатель ее не слушал.

Он с неприкрытым интересом рассматривал Виту. Высокий, метра два, с огромными руками и мощными плечами он почти полностью заполнил собой коридор. Холодные серые глаза не считались с легкой улыбкой, которая играла у него на губах. Они ничего не выражали, но при этом пугали. Короткий ёжик волос непонятного цвета, на щеках и подбородке короткая борода, серо-белого цвета. Трудно было сказать сколько ему лет, но точно больше сорока. Крупный нос, полные губы, которые только подчеркивала борода и мощная шея. На шее болталась цепочка с кулоном в виде песей головы. Она висела поверх темно-зеленой безрукавки, что была надета на рубашку с кремовым воротом. Так студенты отличники ходили, только он на студента не походил совсем.