Инвиктус
Шрифт:
— Мы вернулись к дате привязки. — Подтверждения от Грэма не требовалось; Фар видел две другие машины времени, «Ад инфинитум» и «Армстронг», в окружении недавно доставленных грузов. Тем не менее инженер огласил временной штамп: — Двадцать второе августа 2371 года, 1:31 после полудня.
Послышался облегченный вздох — команда «Инвиктуса» расслабилась. Голографический щит погас.
— Рада, что мы не покойники. — Имоджен подняла большие пальцы с обгрызенными ногтями. — Хорошая работа, Грэм.
— Э… Спасибо. — Лицо инженера смягчилось. Наморщив лоб, он нерешительно
И что же, теперь каждый прыжок будет так проходить? — вот о чем размышлял Фар, пока команда приходила в себя. Внизу разгружался «Армстронг». Его капитан, Паоло, катил по причалу тележку с ящиками, в которых лежали разнообразные товары: свежие апельсины, куски фирменного мыла, даже клетки с вымершими певчими птицами. За все это элита Центрального отвалит жирный кусок, но такая добыча бледнеет перед одной-единственной уникальной вещью, доставленной кораблем Фара. Капитан очень надеялся, что доставленной.
— «Рубаи». — Фар повернулся к Элиот. Она так посмотрела на его протянутую руку, что капитан почувствовал себя попрошайкой. — Послушай, как только я выйду из корабля, мне придется встретиться с Лаксом…
— Нам придется встретиться с Лаксом, — поправила Элиот. — Вместе. Я хочу закрепить свое положение в твоей команде.
В какую игру она играет, придерживаясь версии о свободной художнице, когда всем ясно, что очень многое из произошедшего не укладывалось в эту легенду? Думая об этом, Фар стиснул зубы. Постанывая под собственным весом, «Инвиктус» замер. В конце причала Фар заметил Вагнера, проверявшего и перепроверявшего ящики с «Армстронга». Лакс ценил своего главного помощника за обстоятельность и скрупулезность, а это значило, что воротила черного рынка уже уведомлен о прибытии Фара. Катастрофа начинается через три, две, одну…
— Лаксу не нравятся незваные гости, — предупредил он.
— Полагаю, твои пустые руки понравятся ему еще меньше, — с вызовом парировала Элиот.
— Просто отдай «Рубаи» мне. Пожалуйста. Даю слово, ты можешь остаться в качестве члена нашей команды. — Фар старался не думать обо всем, что может случиться, если он возьмет Элиот с собой на виллу Лакса. — Как насчет взаимного доверия? Мм?
— Как насчет доверия? — Девушка вскинула голову, совсем как Антуанетта. — Возьми меня к Лаксу, и «Рубаи» будет доставлен туда в целости и сохранности. Я здесь не для того, чтобы одурачить тебя, Фар.
ТОГДА ЗАЧЕМ ТЫ ЗДЕСЬ? — чуть не закричал Фар. В голове бушевали гнев и похмелье, усугублявшее ситуацию. Вагнер смотрел в их сторону, на свет, льющийся из иллюминатора; по его взгляду Фар понял, что уже выбивается из расписания. Лакс не выносил, когда его заставляли ждать.
Имоджен откашлялась.
— Фарвей, я думаю, она говорит правду.
В ответ Фар посмотрел на кузину, устроившуюся в своем вращающемся кресле, скрестив ноги. Ее волосы напомнили Фару о сладкой вате, как-то раз привезенной Бергом контрабандой с одного из заданий, — ничего слаще ему до этого есть не доводилось. Только позже он понял, как рисковал Берг с этим угощением.
— Ты уверена? Готова поставить все свое будущее на Элиот? Если она не предъявит «Рубаи», Лакс спустит шкуру не только с меня. Мы все поставили
Вагнер шел по причалу, до него оставалось двенадцать шагов. Фар физически ощутил, как от ужаса перехватывает дыхание. Выдержит ли он? Сможет ли смотреть Лаксу в глаза, зная, что его жизнь в руках Элиот? Жизнь его экипажа? Можно ли довериться шантажистке, шныряющей по ленте времени воровке, которая в любую минуту готова отречься от них?
Стук, стук.
— Капитан Маккарти? У вас там все нормально?
— Все тип-топ, Вагнер! — закричал он в сторону люка.
— Тип что? — долетело в ответ.
— Все просто замечательно! Я выйду через секунду.
Выбора не оставалось: либо нож в спину, либо в пропасть головой. Фар взглядом обвел свою команду. И они приняли его страх, это угадывалось по лицам — обреченные взгляды, побледневшие щеки… Грэм Райт, Имоджен Маккарти, Прия Парех — все эти имена стояли в контракте Лакса. По требованию Фара каждый расписался красными чернилами, похожими на кровь.
Он, и только он должен взять вину на себя.
— Установите новые топливные стержни и держите коммуникаторы включенными. На всякий случай. — Фар посмотрел на Прию. Наушники она приспустила, из них в такт биению его сердца рвался неистовый ритм. — Если что-то пойдет не так, я подам сигнал бедствия. Тогда вы, ребята, быстро убирайтесь отсюда. Поняли?
— Мы тебя не бросим, — возразила Прия.
— Насколько я знаю Лакса, бросать уже будет нечего. — Фар кивнул Грэму и Имоджен. — Взлетайте по моему сигналу. Это приказ.
Стук, стук, стук. Пора идти. Он вложил в поцелуй с Прией все обещания, которые собирался выполнить, в том числе и то, которое дала она: Мы с этим разберемся. Наушники скользнули ей на шею и бились между ними в такт музыке, золотистые и яростные, и Фару хотелось дослушать до конца, хотелось вот этой судьбы: смотреть ей в глаза, целовать ее губы и быть рядом с ней — величайшей радости по эту сторону вечности.
Но возле люка его ждала Элиот, дьяволица, с которой он заключил сделку. Задержка времени грозила увеличением суммы неустойки. Расплата, несомненно, последует. Не везде белый комбинезон облегал фигуру Элиот достаточно плотно, но и не был настолько мешковат, чтобы спрятать под ним книгу такого размера, как «Рубаи».
Фар понимал, что облажался.
— Впервые я был бы не против, если бы ты прятала что-нибудь в рукаве, но у тебя рукавов нет.
Элиот рассмеялась — должно быть, она относилась к людям, способным оценить юмор висельника, — и махнула рукой в сторону двери.
— Идем?
22
СКВОЗЬ ОГОНЬ И ВРЕМЯ
Замена топливных стержней — работа для людей в защитных костюмах и с крепкими руками. Прия справлялась с нею достаточно хорошо, хотя для поддержания духа включила киберметалл. Грохочущий, лязгающий ХАОС. Этот плей-лист, названный «невразумительными визгами», Прия обычно использовала для физической разминки, поэтому неудивительно, что сейчас она чувствовала выброс адреналина и ломоту во всем теле.