Инвиктум
Шрифт:
сознания, но я верю, что скоро он очнется. Ведь иначе быть не может.
Достаю из кармана письмо, отданное мне Рэем. Оно запечатано в бледно-желтый
конверт без подписей. Распечатываю его и вытаскиваю небольшой кусок бумаги. На нем
выведены небольшие буквы – именно таким был почерк моей сестры. Я начинаю читать:
«Я написала это письмо всего пару часов назад, а кажется, будто прошла целая
вечность. Мне всегда думалось, что я скажу тебе это
этого сил. Может, позже я и скажу это, а может, нет. Все решит случай.
Мы с тобой всегда были разными, Ксана. У нас были разные вкусы, интересы, взгляды
на жизнь, и даже привязанности. Я была дочерью своего отца, а ты – матери. Возможно, ты до сих пор веришь в нее. И я не могу сказать, что это плохо. Ведь ты была с ней
намного ближе, чем я. Может, это из-за того, что ты дочь Нойра, а может, она просто
любила тебя больше. Я не берусь судить. Сейчас это уже не важно.
Папа всегда говорил, что мы должны ценить тех, кто нас любит. Я все еще верю, что
ты любишь меня. Так или иначе, после всего, что случилось, я перестала тебя ненавидеть.
Перестала очень давно, Ксана. Не знаю, может эмоции возобладали надо мной при нашей
встрече, но, наверное, я не смогла сдержать гнева, который накопился во мне за долгие
десять лет. Я так долго задерживала дыхание, чтобы не закричать от ярости.
42
7
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
Теперь я могу выдохнуть.
Я могу отпустить всю ненависть и гнев. Они мне больше не нужны. Не по отношению
к тебе. Я вижу, как ты поменялась. Знаю, что у тебя в голове есть мысли о том, что ты
поступила неправильно. Я ощущаю твою боль и страдания, которыми ты себя окутала.
Это чувство вины ты должна отпустить.
Потому что я тебя прощаю, Ксана.
Я поняла это после того, как потеряла Джеда. Поняла, что у меня никого нет.
Никого, кроме тебя, моей сестры.
Мне вспомнились все те моменты, которые мы делили с тобой. Помнишь утес?
Дерево, возле которого мы часто сплетничали о Сьюзан Флитвик, той глупой девчонке из
твоего
разными. Наверное, эта связь была с нами изначально, я не знаю. Но я верю, что она
осталась и по сей день. Верю, что когда я сделаю то, что задумала, ты почувствуешь это.
Мою вину.
Я совсем не хотела быть Мизери. Я хотела быть просто Ремелин, твоей сестрой. Но
судьба сложилась иначе. Прости меня, за все, что я натворила.
Я люблю тебя, Ксана.
Прощай.»
Мои глаза закрываются. Я не могу сдерживать рыдания, вырывающиеся из груди. Эта
боль поглощает меня, как огромный метеорит, падающий на землю, поглощает все живое. Я
прижимаю к груди письмо и плачу, не в силах остановиться. Сжимаюсь в комок. Сердце
колотится с ужасающей болью внутри. Все переворачивается. Мне кажется, именно это
имела в виду Реми в своем письме. Эта боль пришла только сейчас. Боль от ее потери.
– Я не умер, хватит плакать.
Поднимаю взгляд и резко выдыхаю. Себастьян открыл глаза и смотрит на меня. Я не
знаю, как поступить, потому что настолько ошеломлена, что не могу шевельнуться. Лишь
смотрю в его глаза и всхлипываю. Он вскидывает брови, а затем начинает ворочаться на
кровати.
– Черт, такая речь у меня была. Теперь все коту под хвост.
Я кладу письмо на колени, а затем бью Себастьяна по ногам. Он ойкает и хмурится.
– Я тут, между прочим, все еще ранен, - замечает он с ехидной улыбкой. Ну вот,
прежний Себастьян снова в строю. – Эй, ну ты чего? Обнимешь меня, может?
Ложусь рядом с ним без слов. Слезы все еще стекают со щек, но теперь на сердце легче.
Потому что кое-что у меня все же осталось. Себастьян обнимает меня одной рукой, а я кладу
голову ему на плечо – рана на груди еще не зажила. Мы лежим тихо какое-то время, а потом
он заговаривает:
– Мы не родственники.
42
8
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
– Что? – вскидываю голову и смотрю на него в упор. Себастьян улыбается и
подмигивает.
– Я не твой брат. Это означает, что ничего мерзкого мы не делали.
– Боже.
Буквально кидаюсь ему на шею и обнимаю изо всех оставшихся сил. Он что-то
бормочет, мол, ему больно, но я не могу отпустить. Больше никогда не смогу.
– Ты, наконец, исполнила мое желание.
– О чем ты? – улыбаюсь я. Себастьян смеется, а затем тянется ко мне. Его губы очень, очень близко. Хитрая ухмылка украшает его и без того прекрасное лицо.
– Ты вернулась ко мне.