Инвиктум

Уотергроув Меган Джой

если они попытаются убить Ксану, я не смогу ее защитить. Чувствую себя мерзко,

отвратительно, как тогда, много лет назад, во времена ломок от нехватки дозы. Встряхиваю

головой и только через секунду замечаю перед собой Матиаса. Он что-то говорит, но я не

слышу.

– Эй, ты чего? – наконец, доносится до меня его голос, - Нойр, ты в порядке?

Внутрь закрадывается привычная ярость. Я сжимаю кулаки, желваки под кожей

начинают бешено ходить туда-сюда, а мысли мои далеко, не

здесь. Мысли с ней. Я не могу

почувствовать – жива она или мертва, и это вызывает во мне ужасное чувство стыда, неловкости. Ведь когда любовь так сильна, она должна ощущаться сквозь время и

пространство, проходить сквозь кожу, сердце, и вопить. Так сильно, что ее можно услышать в

собственной голове. Но моя любовь молчалива. И это меня убивает. Может, Ксана

действительно больше не любит меня.

– Они вернулись на базу, на маяк, - отрезаю я и кидаюсь в ту сторону, из которой мы

пришли. Слышу, как ребята бегут за мной. Глаза застилает пылью от песка, в легких мусор.

Но я часто дышу и бегу, что есть сил, чтобы успеть вернуться, пока Ксана жива. Пока

пророчество Адель не сбылось.

Пока мои ноги совершают самый быстрый забег в моей жизни, я оповещаю Рэя о том,

что произошло. Его группа поворачивает назад.

Ремелин не остановится, она хочет мести, и, если честно, я ее понимаю лучше других.

Пожалуй, между нами много общего. Ее ненавидит мать, а меня – отец. Наверное, на нас

двоих выпала нелегкая ноша. Но убивать брата, будь он жив, я бы не стал. Я бы обнял его.

Несмотря на все, что между нами было.

Подбегаю к холму, спустившись с которого, я попаду в долину Варт. И я замираю на

месте, потому что вижу группу людей, столпившуюся у входа в бункер. Их мало, но

количества их сил хватит, чтобы стереть с лица земли все, что на ней есть. Эти люди совсем

не люди. Уже нет.

Меня раздирает на куски злость, которая прячется в кулаках и сердце. Я хотел бы уметь

сдерживать себя, но сейчас, в этой ситуации, едва ли у меня получится. Ребята

останавливаются позади меня, ждут моей команды, но, правда в том, что мне наплевать на

них. Я не беспокоюсь, что с ними случится, мне важно лишь добраться до Ксаны и спасти ее.

И я не хочу отдавать им приказы, пусть этим занимается Картер. Он появляется на горизонте

спустя несколько минут, и я уже не жду, не слушаю его слова, мне все равно. Я бегу вниз, спускаясь со склона. Несусь навстречу, наверное, собственной смерти. В лапы врага, в

ловушку. А я уверен, что это ловушка. Только дурак бы этого не понял.

К черту.

Наплевать, что станет со мной. Я должен убедить Реми не убивать сестру. Обязан спасти

Ксану, потому что не смогу без нее выжить в этом

чертовом мире.

Я вижу ее. Вижу, как она стоит в окружении Джеда, Ремелин и, черт возьми, Шивера –

Адриана Стоука, ее брата. Он запросто может всех нас похоронить в одно мгновенье, если

захочет. С ним рядом Эшли Гарнери – леди Шторм, как ее прозвали в штабе Акрополя.

Отлично. Компания «плохих парней» в сборе. Еще я замечаю мальчишку лет десяти, он

держит Ремелин за руку. Мне становится интересно, кто же он такой, но это быстро

проходит, потому что я не могу – буквально не в состоянии – оторвать взгляда от Ксаны. Она

34

7

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

ранена: на лице у нее ссадины, футболка в крови, но как таковой раны я не вижу.

Останавливаюсь метрах в пяти от них. Джед салютует мне с легкой полуулыбкой на лице.

Сколько себя помню, он такой почти всегда. Беззаботный убийца.

– Привет, старый друг, - говорит он, вставая позади Ксаны и опуская ладони на ее плечи.

Она дергается, на ее лице появляется выражение отвращения. Руки Джеда сжимаются

сильнее, и она ежится от боли. Меня передергивает. Злость рвется наружу, но Янгу я не

соперник. – Давно не виделись.

Я молча киваю ему и перевожу взгляд на Реми. С трудом, но все же. Ксана не должна

понять, что у меня нет плана, и что, черт подери, я понятия не имею, как ее спасти. Джед

ничего не сделает без приказа благоверной. И, судя по всему, главная здесь именно она.

– Реми, - киваю я ей, приветствуя, словно старую подругу. Но мы с ней никогда не были

друзьями. Ее лицо - непроницаемая маска, и я не вижу за пустыми зелеными глазами

буквально ничего. Она смотрит на меня всего мгновение, а затем переводит взгляд на люк, ведущий в бункер.

– Открой его.

Два слова, напитанные невероятной энергией, от которой даже у меня по спине

пробегает холодок. Позади меня выстраиваются остальные. Рэй встает рядом. Он может

заблокировать Джеда, даже Адриана и Эшли, но не Ремелин. В ее организме, так же, как и в

моем, есть приобретенные способности. Их нельзя заблокировать.

– Мы можем поговорить и здесь, - удивительно ровным голосом говорю я. Ремелин

покачивает головой.

– Открой люк, мы войдем в бункер и там поговорим, как цивилизованные люди,

Себастьян, - отвечает она, - Разве мы не заслуживаем подобного обращения? Или ты

боишься, что я убью кого-то? Успокойся, я не за этим пришла. Добрый день, Рэймонд. – Она

переводит взгляд с меня на Картера, стоящего рядом. – Приятно познакомиться.

Картер сканирует ее взглядом, и какое-то время между их взглядами мечутся молнии.