Инвиктум
Шрифт:
несколько секунд так пристально, что любой бы сломался. Но только не Картер. Я
усмехаюсь.
– О чем ты?
Рэй хмурится.
– Она нужна нам, - говорит он совершенно серьезно, и я понимаю, что он действительно
подозревает меня в том, что я собираюсь сделать. Возможно, он видел это в том будущем, которое не было так трагично, как другое, где Ксаны нет в живых. – Верни ее, Себастьян.
Рэй разворачивается и идет за своей группой. Меня охватывает чувство, что
сегодняшний
реально, оно застревает в моей глотке, и не дает дышать. Только сейчас я осознаю, как же
сильно люблю Ксану. Десять лет разлуки не смогли разрушить это ощущение. Ощущение, что она тот единственный человек, который способен сделать меня лучше. Она всегда была
моей опорой. С ней я хотел быть лучше.
Я был идиотом. И все упустил.
– Идем? – спрашивает у меня Морт. Я молча киваю.
___________________________3___________________________
(К)
Открываю глаза и пытаюсь как можно больше вдохнуть воздуха в легкие. Мне снился
океан, в котором я тонула – раз за разом, и так бесконечно. Я не уверена, что Джед посылал
мне эти видения, скорее это было мое сознание. Оно будто шептало – рано или поздно, ты
потонешь. Как и все мнимые герои до тебя.
Почему я считаю себя мнимым героем? Ведь я помогла многим людям, я спасла их. Но
в то же время я многих и погубила. Мое сердце сжимается, когда я вспоминаю Монро и
Шайлин, а также тех ребят, имен которых я даже не знала или не помнила. Мне вдруг
становится стыдно. Почему я не смогла помочь и им?
Осматриваю комнату, в которой нахожусь. Это то же помещение, только более светлое.
Наверное, сейчас день. Шторы закрыты, но через них пробиваются тонкие лучики света. Я
морщусь, прикрывая глаза рукой, потому что солнце так и норовит ослепить меня. Сажусь на
столе, на котором меня оставила сестра и ее психопат. Где они, кстати? Звуков разговора я не
слышу. Встаю на ноги, и меня слегка пошатывает. Вспоминаю, что Джед со мной сделал, и
33
8
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
тут же нащупываю ранку на шее. Кто-то из них зашил ее. Шов ровный, почти хирургический.
Наверняка, это Янг, потому что я уверена, что Реми не владеет такими навыками.
– Твоя сестра думает, что ты собираешься помочь нам.
Голос заставляет меня повернуть голову. Джедидайя Янг стоит в проходе. Руки его
скрещены на груди, а глаза искрятся чернотой. А еще он улыбается. Эта улыбка противна
мне. Я искренне ненавижу этого человека. Если бы мне представилась возможность – я без
тени сомнения прикончила бы его. Но, к сожалению, сейчас он сильнее меня, и нападать на
него было бы
– Я тебе не доверяю, - говорит Янг, небрежно пиная мусор, валяющийся на старом
деревянном полу помещения, и не смотрит на меня. Его мнимо-безразличный взгляд
проходится по комнате, оглядывая стены, потолок, окна, но только не меня.
– Я тебе тоже, - сухо отрезаю я, делая шаг назад. Этот человек меня пугает. Да и как
иначе? Разве психопаты могут не пугать лишь одним своим видом? Мне не по себе от того, что он здесь. Без Реми. Где она? Готовит еще какие-то сенсационные разоблачения для меня?
В голове путаница: я не могу думать о том, что сказала Реми про моего отца. Моим отцом
был Грегори Стоук, и это не изменится. В тот факт, что я и Себастьян – брат с сестрой – я ни
за что не поверю, пусть насчет слежки Реми и не солгала. Возможно, мое сознание просто
отказывается воспринимать эту информацию, как правду. Но логика во всем этом есть. Меня
тошнит – не знаю, от потери крови или от воспоминаний наших близких отношений с
Бастьяном. Если Джонатан Нойр мой отец…тогда все еще более мерзко, чем можно было бы
себе представить.
Джедидайя усмехается, покачивая головой.
– Удивительно, как ты смогла жить с этим, - тянет он и, наконец, смотрит на меня в
упор. Я хочу отвести взгляд, но не делаю этого. Может быть, я и боюсь его, но показывать
этого не стану. Хотя, наверняка, он это и так знает. Джед делает шаг вперед, а я –
инстинктивно – назад. Он ухмыляется. – Я не стану тебя трогать. Реми запретила. Но знай, что если бы она дала согласие…
– Ты убил бы меня, - заканчиваю я за него, - Знаю. Ты уже не раз пытался.
– Очень надеюсь, что вскоре мне это удастся.
– Почему она запретила?
Джед упрямо пинает мусор и разводит руками.
– Наверное, она думает, что сможет простить тебя за то, что ты с ней сделала. Я бы не
смог, но Реми другая. Особенная.
Особенная. Мне не впервой слышать эту фразу от него. У меня возникает ощущение, словно он превозносит ее над другими людьми, восхищается ею, боготворит ее.
Поразительно. Я в который раз удивляюсь этому факту – бесчувственный маньяк, способный
любить. Но, думаю, лишь одного человека.
– Если тебе станет легче, я и сама не могу себя простить, - говорю я тихо. Джед смеется.
– Мне станет легче, когда я убью тебя, Ксана.
33
9
Megan Watergrove 2015 INVICTUM
– Ладно, я поняла. Ты ненавидишь меня, как и я тебя. Но ты ведь не за этим пришел, верно?
Замолкаю. Упорно пытаюсь не отвести взгляда. Мы давно ненавидим друг друга, и с