Инверсия

Панфилов Василий Сергеевич

— Расходимся. — скомандовал он. — Те, кого я назову, остаются на отработку отдельных компонентов игры.

Разумеется, наш благодетель не оставил меня своим вниманием. В результате после тренировки, залив воды из колодца в умывальник, под недоверчивым взглядом старика Джонса, я шлепал домой в начале седьмого часа вечера. Время возвращающихся работяг.

Гимназия наша находится на тихой улочке. Столица выдается трехлистником в море: на левом лепестке комплекс правительственных зданий и ниже порт. В середине наша гимназия, а сверху элитный район богачей и собор Богоматери Уолсингемской, на правом лепестке

всяческие магазины и развлекательные постройки, пляж с водными горками.

От середины лепестка столицы я спускался ниже, к кварталам среднего класса. Пересек главный проспект имени герцога Веллингтона, заметив на нем пару моторных экипажей, прототипов будущих автомобилей, забрал левее. Кроме клерков с черными портфелями и чопорных леди в возрасте, наездников на породистых лошадях, приказчиков из магазинов, раскручивающих пружину, фиксирующую тряпичный навес над витринами, мне стали попадаться случайные бродяги в поисках относительно честного заработка. Фабричные рабочие и докеры, продавцы морепродуктов и стритфуда.

Я приобрел лангуста на гриле, продавец сбрызнул его маринадом и подал на шпажке. Десять пенсов, вкус божественный.

Под вгрызание в сочное мясо безклёшневого морского таракана, дошел до своего дома. Мой старик сидел на скамеечке возле входа в дом и раскуривал трубку.

— Почему так поздно? — проворчал он. — Твой обед стынет третий час.

— Тренировка. — сообщил ему, бухаясь рядом. Ноги ныли от усталости. — Вернулся в команду.

Дед прищурился из-под кустистых бровей.

— Вот так просто? Ты настолько хорош в ногомяч?

А то он не знает, первый болельщик был в семье. Вероятно, Дольф подразумевает не просил ли Чапмен взамен дружеских услуг. Небольшого взноса в фонд футбольного клуба, благословения от декана кафедрального собора Богоматери Уолсингемской — хорошего знакомого Дольфа, участия в построе сарая для пони. Много что можно невзначай попросить.

— Он просто кинул мне свисток, и велел отсудить матч первогодок. Потом был матч с дублем, затем отдельные физические компоненты проработали. — Честно изложил все факты деду. — Ты мне другое скажи: что мне одевать для катания на роликах? Дочка лорда позвала в свою компашку на выходных.

Дед поперхнулся затяжкой, вытаращил глаза, раскашлялся.

— Прямо сама миледи Глэдис подошла и позвала? — переспросил он. — Ты же не сделаешь ошибку?

Поздно дед, твой гениальный внук уже примерил лавровый венок стихоплета, а Глэдис отщипнула листочек и признала как минимум забавным.

— Именно поэтому я и прошу совета, чтобы вести себя как джентльмен. — втолковал деду.

— Чтобы вести себя как джентльмен, нужно для начала одеться как джентльмен. — выдал дед мудрую мысль. Поднялся и обстучал трубку об стойку перил. — Пойдем, глянем твой вечерний костюм.

Мы поднялись в мою комнату, где дед раскрыл шкаф и выкинул на кровать брюки, бриджи, сорочки, камзол, кофты. Туфли на пряжках в шкатулке — еще детские, я в них на открытие гимназии ходил — аккуратно поставил рядом с летними парусиновыми туфлями, вытащил запасные бутсы, затем приталенный фрак. Он мне уже был мал.

— Последние лет десять, стали модны билликоки. — задумчиво обозревая мой гардероб, проговорил дед. — Туфли новые точно надо покупать. Старые вместе с фраком сдать Армии спасения. Что-то я за гардеробом

твоим не уследил.

Да, до субботы три дня, а идти мне особо не в чем. Фраза звучит по-бабски, но эти аристо еще свирепее в своих суждениях. Хотя Глэдис вроде не такая.

— Фрак укоротить, в плечах пошире сделать, получится вполне себе костюм. — предложил я.

Как-то, после командировки родителей в далекую Австрало-Гвинею, не принималось в расчет, что меня в высшие круги пригласят. Два школьных пиджака есть, штиблеты в наличии, фрак для чаепития существует. А то, что их сын-наглец дочку лорда соблазнять удумает, про такое только в женских книгах в категории фантастика пишут. Или в романах-трагедиях.

По правде-то и не удумывал, это я тупой попаданец, слишком себя беспечно повел.

Решено: одену что есть, с собой возьму фотки от родителей из Австрало-Гвинеи. Там много смешных, девчонки обхохочутся. Есть фото с коалой на дереве. Сидит словно челик из Палаты лордов: ногу на ногу закинула, пузо вперед выпятила, одну лапу на ветку облокотила и смотрит королевой. Есть с кенгуру, который полулежа облокотился, и будто напряг бицуху, соблазняя своим томно-спортивным видом самку. Есть страшненькая с полуметровым пауком, её вообще пора сжечь.

— Одежда, это язык, на котором люди говорят с друг другом. Ты не будешь гавкать на миледи Глэдис. — порешал дед. — Собирайся, мы идем к мисс Маршал.

Гавкать Эйв может и не станет, но он слюной весь пол закапает, дай ему волю.

Вот так накрылся мой отдых, и мы с дедом отправились к модной на нашей улице портнихе. Билликок, то есть обычная фетровая шляпа, нашлась для меня быстро. Фрак мисс Маршал предложила укоротить только спереди: сейчас так модно для загородных прогулок и тайных свадеб, по её словам. После слов о свадьбе, деда ловили на пороге дома, а мне пришлось поклясться вести себя скромнее, чем в гимназии. Туфли портниха пообещала подобрать мне лично в «Дабенхэме», а это магазик, в которой и лорду не стыдно заглянуть. Сорочку я выбрал светло-бордового цвета, со множеством пуговиц. Реально классная, под темно-синей жилеткой смотрится — Джеймс Бонд самоубьется от зависти.

В итоге вернулись домой только к девяти, я упал на кровать и просто сразу окунулся в мир Морфея. С разбега запрыгнул. Хоп — и я финале британского Кубка школ обвожу всю команду соперника, вратарь, обманутый ложным замахом, падает влево, а я издевательски, пяточкой, оформляю победный гол. «Стэмфорд Бридж» ревет от восторга. Люди бросают свои шляпы верх, а леди платочки на арену стадиона. Но я достаю подаренный, белоснежный от Глэдис, машу им, она бежит ко мне из вип-ложи стадиона, волосы — короной развеваются, грудь в декольтированном платье ритмично подпрыгивает. Бросается с ногами на меня, впивается в губы неистово у всех на глазах. «Глэди, не при всех, милая» — шепчу ей, но она не слушает, позабыв обо всем в порыве страсти. «Нет, милая, подожди пока зайдем в раздевалку» — перехватываю ладошкой её рот. Руке становится мокро, её подламывает. Отвалившись от меня, рука падает на поле. Глэдис смеется: «Ты правда думал, что всё так закончится? Я Алиса Селезнева из Патруля Времени. Ты арестован за незаконные перемещения между параллельными мирами и будешь казнен в соответствии с протоколом Ордо Хронус — выбросом без скафандра в открытый космос».