Интуиты. Ася
Шрифт:
Невзначай бросила взгляд на часы.
Где Ионов шлялся все это время? И главное — с кем…
Ревность черными когтями полоснула по душе, на которой и без неё было хреново.
Вместе с Ионовым в номер зашёл ещё один мужчина. Незнакомец не уступал Матвею в комплекции, даже был пошире в плечах. Асе бросился в глаза капюшон, накинутый на его голову. Тень скрадывала лицо мужчины, не давая разглядеть черты, словно он не хотел, чтобы его рассматривали.
Зайдя в номер, он замер. Медленно обвел взглядом комнату, сканируя
— Привет.
— Привет.
По спине побежали мурашки. Что за странная реакция на человека?
Матвей их коротко представил:
— Ася. Сталкер.
Снова без имени. На этот раз Ася не стала заострять внимания. В конце концов, ей-то какое дело до игр взрослых мальчиков?
— Приятно с вами познакомиться, — выдавила она из себя дежурную фразу. Хотя на самом деле все было наоборот. Мужчина, которого представили Сталкером, произвел на неё двоякое впечатление. От его взгляда, скрытого в тени капюшона, бросало в жар. Вроде бы и не видно, что мужчина смотрит на тебя, но ты этот взгляд чувствуешь.
Внезапно Асю пробрало: так Сталкер же интуит!
Разом многое встало на свои места. Стало даже немного легче.
— Взаимно, — сказал он и скинул капюшон.
У него оказалось приятное лицо с трехдневной щетиной. Темные глаза под изломом широких бровей, выдающиеся скулы, прямой нос, квадратный подбородок с ямочкой — ничего устрашающего. В другой ситуации Ася назвала бы его симпатичным.
Девушка попыталась улыбнуться, но улыбка вышла кривоватой.
Матвей перевел взгляд с бывшего сослуживца на навязанную подопечную, и между его бровей пролегла глубокая складка.
— Быстро ты до нас добрался. Гнал?
— Самую малость. Проселочные дороги пусты.
— Давай, проходи, что встал в дверях.
Сталкер опустился в кресло, подался вперед корпусом, сцепив руки перед собой в замок.
— Был я у тебя, Матвей, — перешёл он сразу к делу. — Ничего утешительного сказать не могу.
— Обнадеживающее начало, — усмехнулся Ионов, бросив быстрый взгляд на Асю.
Та, не мигая и не отводя глаз, смотрела на Сталкера. Пристально так смотрела. В горле у Матвея запершило. Что за дерьмо?
— Ну да. Ходить вокруг да около не буду. Скажу сразу: чел, который охотится за вами, Ася, интуит.
Если Асе думалось, что сегодня уже ничто не сможет её шокировать больше, чем сказанное ранее Матвеем, она сильно заблуждалась.
Первой реакцией было недоверие и недоумение. Из груди Аси вырвался истерический смешок.
— Нет, вы тут ошибаетесь… такого не может быть… Синяев не интуит…
— Ася, Сталкер никогда не ошибается, — Ионов отошел к окну. Почему он не удивился? На подсознательном уровне ждал подставы из Центра?
— Но… Нет, я всё равно думаю, что на этот раз произошла ошибка. Я общалась с Синяевым. Не напрямую. Но я практически жила его жизнью на протяжении года. Я видела его
Её речь звучала сбивчиво.
Сталкер посмотрел на Асю и уже более жестко продолжил:
— Он — интуит. Я его чувствую. Вы можете мне верить, можете, нет. Ваше право.
Асе стало стыдно. Зачем она упрямо твердит то, чего не знает наверняка. Заявление Сталкера поколебало ее уверенность.
— Извините, я… — она оборвала себя на полуслове, не в состоянии подобрать нужные слова. Чтобы чем-то занять руки, сцепилась в край блузы, сминая ткань. — Я в легком недоумении. Но как… Каким образом в Синяеве проснулся дар интуита? Я всегда считала, что мы с ним рождаемся. Его невозможно приобрести.
Сталкер с Матвеем переглянусь.
— Давай, рассказывай всё, что знаешь, — сказал Ионов.
Сталкер хмыкнул.
— Я тебе что, сказочник? За долгими рассказами не ко мне. Могу поделиться только некоторыми слухами и предположениями.
— Валяй.
Если Сталкер сказал "слухи", значит, будут достоверные факты.
— Верхушка Центра давно высказывала мысль, что интуитов мало. Настоящих, с сильным даром. Готовых с ними сотрудничать. Ту мишуру, что показывают по телеку в разных развлекательных программах, никто в расчет не берет. Всем понятно — игра актеров по прописанному сценарию. Не интересно. По крайней мере, для наших. Тогда кто-то шибко умный из лаборатории предложил мысль самим вывести "ген интуита". Искусственно, путем проб и ошибок. Естественно, добровольцев нашлось мало.
— Чертовы ублюдки! — Ионов не счел нужным сдерживать эмоции. Его мужественное лицо исказила гримаса злости.
— Это ты сейчас про кого? Про наше руководство, про лабораторных крыс или про лже-интуитов? — в отличие от друга, Сталкер сохранял спокойствие.
— Про всех! Все хороши!
— Стойте! То есть вы хотите сказать, что Синяев дал добро на эксперимент над собой? — Ася передернула плечами. Мурашки в очередной раз побежали по ее спине. От осознания ужасных последствий эксперимента, девушке стало плохо. Голова закружилась, на лбу выступила испарина.
— Ну да. Тюрьма для таких, как он — это конец. Местная братва его порвала бы на части в первый же месяц. Край — во второй. Или он сам бы перегрыз себе вены, не выдержав суровых будней, — Сталкер говорил с легкой иронией, но от этого его слова становились ещё более ужасающими.
— Он попал в Центр в нужное время, — резюмировал Матвей.
— Ага. Сукин сын едва ли в штаны не наделал от радости, услышав, что есть возможность избежать тюряги.
— Ты присутствовал при этом?
— Нет. Нас, холопов, в святые места не пускают. Видел его несколько раз в лаборатории. Запомнил. Синяев малость изменился внешне, кровь интуитов не пошла этому выродку на пользу. Но на веранде твоего дома узнал.