Интервьюировать Торна
Шрифт:
— Ну так ты мне расскажешь о том, кто ты такая и почему заинтересовалась Торном? — голос был низким, хриплым и совсем не пугал.
— Герой, ты в такой момент хочешь говорить о Торне? Может та надпись у тебя на лбу была все же правдива? — хмыкнула она, а затем резко развела руки, освобождаясь из моего захвата и, нагло воспользовавшись моим состоянием, перевернула меня, усевшись сверху.
— Ты, блин, серьезно? Опять?! Мы трахаемся или деремся? — припомнил я ей день нашего знакомства.
— А тебе как больше нравится? — улыбнулась она, рванув полы рубашки в стороны.
Пуговицы
Черт! Это капитуляция. Полная и безоговорочная. Ну и хрен с ней. Поговорить можно и потом… Когда-то у меня уже мелькала подобная мысль…
Алия нарочито медленно расстегнула ремень, поглядывая на меня с ухмылкой. Пожалуй, только эта похотливая улыбка могла заставить меня кончить. Еще секунда, и мои штаны оказались спущены почти до колен, а Алия как будто выжила, доводя меня то ли до бешенства, то ли до исступления.
Ну нет, девочка, эти игры мы оставим на потом. Сейчас мне нужно нечто совершенно другое.
Рванув ее на себя, я снова перевернул Алию, опрокидывая спиной на диванные подушки, и впился поцелуем в эти пухлые губы, от которых не мог отвести взгляд с того самого момента, как она переступила порог моей квартиры. Каждая секунда промедления делала существование просто невыносимым. Не разрывая поцелуй, я снова отодвинул трусики, плавно входя.
Задержался всего на секунду, давая ей привыкнуть. Но даже эта секунда уничтожила остатки моего самоконтроля. Острое удовольствие, которое смешалось с ее громким, протяжным стоном, требовало начать двигаться, совершая жесткие, ритмичные рывки.
Время растянулось, как патока, а весь остальной мир перестал существовать. Осталась только эта непонятная девчонка, которая бесила меня до невозможности и заставляла хотеть ее так, как до этого я не желал ни одну женщину. Кажется, я мог вечность смотреть на то, как она мечется по подушкам, то шепча, то выкрикивая мое имя, цепляется за мои плечи, подается мне навстречу и просит не останавливаться.
Позы менялись, как будто мы вели своеобразный чувственный танец, но неизменным оставалось одно — ее затуманенный похотью взгляд и тяжелое дыхание.
Мне хотелось, чтобы это длилось вечно, но в какой-то момент она задрожала сильнее, а затем выгнулась. Мышцы ритмично сжимались, и это стало последней каплей. Еще два рваных рывка, и я вышел, изливаясь ей на бедро с глухим стоном.
Упав на подушки рядом с ней, я притянул девчонку к себе, укладывая голову себе на плечо. Чтобы отдышаться, потребовалось не меньше пяти минут. И она снова пришла в себя быстрее, чем я.
— Ладно, герой, теперь мне действительно пора, — почти с сожалением сказала она, сладко потягиваясь.
— Оставайся, — предложил я и, заметив ее удивленный взгляд, пояснил. — Не смотри на меня как на сумасшедшего. Я спрятал все ценное.
Она рассмеялась и уже хотела ответить, причем, судя по выражению лица, наверняка что-то едкое, но ее прервал
— Привет, Хоуп. Ты себе не представляешь, как ты не вовремя. Впрочем, если бы ты позвонила минут десять назад, я бы тебя вообще убила.
— Алия, у нас проблемы, — расслышал я женский голос из трубки.
— Дай угадаю, наша проблема имеет большие карие глаза и привычку пить на рабочем месте, — фыркнула девушка, поднимаясь с дивана и поправляя на себе одежду, которую полностью мы так и не потрудились снять.
— Какая прозорливость, — съехидничали на той стороне провода. — Помнишь того типа, на которого Агнес свалила приличную часть своей вины?
— Школьный недруг? Помню.
— Так вот, вчера он в весьма побитом состоянии обратился в больницу, а сейчас жаждет поговорить с нами.
— Поняла, выезжаю, — бросила девчонка, а затем подхватила туфли в руки и поспешила на выход. Обернулась уже только у самых дверей. — Пока, герой. Надеюсь, в этот раз ты будешь более расторопным и не затянешь мои поиски на полгода, — подмигнула Алия.
— Стой!
Я подскочил с дивана, путаясь в спущенных брюках и пытаясь на ходу натянуть их на себя. На то, чтобы застегнуть ширинку, ушло секунд десять, а потом я как был — в порванной распахнутой рубашке и босиком — бросился за девчонкой. Но я все равно безнадежно опоздал. Выскочив на улицу, я увидел, как уезжает машина каршеринга, отчаянно вглядываясь в номер.
Тимоти, ты клинический идиот! Ну что тебе стоило отобрать телефон силой? Нет, нужно было выпендриться! Захотелось отплатить ее же монетой… Хреновый из тебя аферист!
Впрочем, сеанс самобичевания быстро прошел. Теперь у меня есть отправная точка, которая поможет мне найти эту особу. Не стоило ей пользоваться каршерингом, ведь как представитель компании, которая периодически поставляет автомобили для этой службы, я вполне могу запросить список тех, кто пользовался машинами за последние сутки.
Глава 26
Говорят, что жизнь похожа на зебру и состоит из белых и черных полос. Вот только никто не предупреждал, что кроме этих монохромных отрезков кожи у дикого животного саванны есть еще и задница, в которой я, судя по всему, нахожусь. Иначе объяснить мою полосу невезения просто невозможно.
И пусть на экзаменах мне постоянно попадались вопросы, ответы на которые я знала, все светофоры на дороге всегда подмигивали зеленым, а контракты удавалось заключать легко и непринужденно. Какой в этом всем был смысл, если мое везение закончилось в самый неподходящий момент? Как раз тогда, когда я переступила порог дома Торна! Кажется, я скоро начну верить в карму, потому что она на мне отыгрывается за обман по полной программе.