Интервьюировать Торна
Шрифт:
Посчитав на этом воспитательные работы выполненными, Джейсон развернулся, спеша покинуть этот гостеприимный дом.
— Может, объяснишь, что это только что было? — поинтересовался я, когда мы вышли на улицу. — И главное — при чем здесь Агрест?
— Не бери в голову, — отмахнулся он. — Оказалось, у нас есть общие знакомые, — тихо добавил Торн и перевел тему. — Наверное, на сегодня мне приключений хватит. Запрыгивай, малыш, — Джейсон приветливо распахнул дверь машины. — Подвезу тебя домой.
***
Закрывшись в своей квартире, я серьезно задумался
Эта загадка заняла меня на какое-то время. Но на следующий день рутинные задачи все же заставили выбросить это из головы. Вернуться к размышлениям я смог только вечером. И снова, в то же самое время, мой мыслительный процесс прервали стуком в дверь. Да вашу ж мать!
— Торн, ты же говорил, что с тебя хватит! — практически прокричал я, открывая дверь, и на миг остолбенел, глядя на совершенно невозмутимую Алию, которая стояла напротив с легкой улыбкой.
— Прости, герой, с Торна, может быть, и хватит, а вот с меня — нет. И что это вообще значит? Только не говори, что я прервала какие-то ваши эротические игры?
Уже на середине ее речи я пришел в себя, схватил девушку за руку и практически затолкал в свою квартиру.
— Ой, какой энтузиазм. Похоже, не зря я решила зайти.
Она по-прежнему была чертовски спокойна. Как будто не воровала у меня телефоны, не пыталась выведать информацию, не приковывала меня наручниками…
Кинг, что б тебя, не думай об этом!
Глубоко вздохнув, я невероятным усилием воли взял себя в руки и снова взглянул на наглую девицу, которую хотелось то ли придушить, то ли выпороть. Удивительно, но дыхательная гимнастика помогла. Гнев схлынул и включились мозги, которые у меня все же не получилось полностью убить алкоголем.
Злиться было бессмысленно. Мне просто нечего ей предъявить. Пугать полицией просто глупо, это я выяснил еще в прошлый раз. Угрожать физической расправой… даже не смешно. Да и если быть честным с собой, вредить ей не хотелось. Хотелось наказать, отплатить той же монетой…
— Вина? — предложил я ей с самым невинным видом.
— Что? — девчонка поперхнулась воздухом и глянула на меня с невероятным изумлением.
— Ну а что? — пожал я плечами. — У нас все равно каждая встреча одинаково заканчивается, так почему бы не начать ее как полагается ради разнообразия?
Если у меня и получилось выбить ее из колеи, то ненадолго. Осознав, что я только что сказал, Алия засмеялась, вольготно устраиваясь в том самом кресле, где когда-то лечила мою побитую и разрисованную тушку.
— Тащи
— Обойдешься, — буркнул я. — Могу только в церкви свечку поставить. За упокой.
Отправляясь на кухню, я все равно старался не выпускать девчонку из виду, благо, планировка это позволяла. Не то чтобы я думал, что она здесь что-нибудь взорвет, стоит мне отвести взгляд, но все же проявлял разумную предосторожность.
— Держи, — всучил я ей в руки бокал. — Яда я туда уже плеснул. Все как ты любишь.
— Твоя трепетная забота и знание моих вкусов умиляет, — хмыкнула она, бесстрашно отпивая вино.
Она реально безбашенная! Ну кто же пьет напиток, полученный от парня, который на тебя явно злится? А если бы на моем месте был кто-нибудь другой и действительно что-нибудь подмешал?
— Ответь мне, герой, с чего это ты решил мне такую романтику устроить? Я наивно полагала, что ты снова начнешь в меня наручниками швыряться.
— Я уже понял, что давать тебе в руки такое грозное оружие как минимум непредусмотрительно. А на деле еще и контрпродуктивно. И вообще, я подумал, что нам не помешает немного узнать друг друга.
Ну да, слишком топорно, но зачем так звонко смеяться, запрокидывая голову? Чтобы дать полюбоваться изящной линией шеи?
— Ты решил завести задушевный разговор с журналистом? Не боишься, что я тебя интервьюировать начну?
— Не особо — поморщился я. — Сам по себе я не представляю ничего интересного, так что если ты не собираешься распылить здесь сыворотку правды и начать задавать вопросы о моем начальстве, мне ничего не угрожает.
— Ну да, ничего интересного, — преувеличенно серьезно покивала она. — Не считая нелегальных гонок в прошлом, — улыбнулась Алия, а я сильнее сжал свой бокал, угрожая раздавить его. — Ладно, не нужно испепелять меня взглядом, я все равно не испепелюсь. И я же сказала, я не буду писать ни о тебе, ни о твоем начальстве.
— Но собиралась, — внутренне подобрался я. — Интересно, как эта идея посетила твою хорошенькую голову?
— Скажем так, это была моя небольшая ошибка. Кто же знал, что вы так агрессивно настроены к прессе.
— Ты знала, — прищурился я. — Иначе бы не стала воровать телефон, а обратилась бы в пресс-службу компании.
— Телефон я тебе не отдам, — отрезала Алия. — Можешь даже не намекать. Он дорог мне как память, — ухмыльнулась она, а затем пересела на диван, поближе ко мне. — И кто тебе сказал, мой наивный чукотский юноша, что я не обращалась в вашу пресс-службу? Боже! — закатила она глаза. — Развели трагедию на пустом месте. Серьезно, это уже даже не смешно. Ну написала бы я, или кто-то другой статью о Торне и его детище. И что? Кому от этого хуже станет? Ему пиар лишний? Или все считают, что журналисты пишут только грязные ничем неподтвержденные сплетни и всеми силами стараются очернить своего интервьюера? Что за стереотипы такие?