Интервью под прицелом
Шрифт:
— Так ведь никто не заставляет, — усмехнувшись, парировал Сергей Олегович. — Вы в своем праве, а мне так никакой дижестив вреден не будет. Пусть себе копятся жиры.
После того как на столе появился сухой мартини со льдом и маслинками, минеральная вода, сок и легкие закуски — сухая паюсная икра, зеленоватый лайм, пряные греческие оливки, малосольная прозрачная и жирная семга, зелень, мелкие помидоры — черри, бастурма и буженина, — коллеги сочли возможным немного поговорить о делах.
— Я собираюсь выкинуть из всех спецполиклиник прикрепленных к ним старперов. Ходят, только место занимают. Им же делать нечего — вот они и создают
— Так шли бы без очереди, раз за деньги! А бесплатные пусть сидят! — сказал Пахомов.
— А то вы не знаете этих пенсионеров! Они за свою халяву порвут кого хочешь! На той неделе пять старух набросились на одного уважаемого бизнесмена, когда он спокойно пытался войти в кабинет, — ответил Колодкин.
— Набросились? И что? — заинтересованно переспросил Михеев.
— Ну как что? Костюм дорогой порвали, сломали ручку «паркер». Их, разумеется, привлекли к уголовной ответственности. Так они еще возмущались: мы сидим целый день, а тут всякие бандиты без очереди лезут! Ну за «бандита» им еще добавили.
Компания посмеялась. Потом слово взял Пахомов:
— А нельзя ли следом за этими старухами отправить одного общественного деятеля?
— Это кого же? Новодворскую, что ли? — хихикнул Михеев. После недавней гонки на правительственных автомобилях настроение у него было приподнятое.
— Да нет, помельче. Во всех смыслах, — ответил Пахомов. — Но вред он нам может причинить серьезный. Вернее, пока что не нам, а нашей коллеге Анастасии Тоцкой. Но я думаю, в случае провала нашего предприятия она не станет скрывать имена своих коллег по бизнесу, как вы считаете?
— Да, ешкин кот, женщина она серьезная, — согласился Михеев, — надо ей, разумеется, помочь. Что за правозащитник?
— Один старик по фамилии Голобродский, — и Пахомов рассказал покровителям фирмы «Параллакс» все, что успел узнать об этом человеке.
— Настя предлагает «в расход»? — уточнил Колодкин, проглотив кусочек семужки.
— Да, но мне бы не хотелось, — сказал Пахомов. И пояснил: — Мотив налицо: нищий старик, никому не нужный, убит — почему? А потому, что он у нас, на секундочку, общественный деятель. А что он там расследовал? А, на секундочку, деятельность фирмы «Параллакс» и связанных с нею высокопоставленных личностей. Пока этот идиот бегает со своим расследованием, никто, кроме таких же точно стариков, им не заинтересуется. Но стоит пропиарить его организацию хотя бы с помощью убийства — ждите крупных неприятностей.
— Вы против убийства, Тоцкая — за, — резюмировал Колодкин, — я скорее тоже за. Смерть — это пока что самый надежный способ заткнуть рот неугодному человеку.
— Вы, как директор Департамента здравоохранения, должны знать это лучше нас, — усмехнулся Михеев. — Я тоже, признаться честно, не вижу другого столь же надежного выхода. А что придумали вы, Афанасий Леонидович?
— Я думаю, что этим общественникам надо подсунуть то, чего им так недостает: злоупотребления в аптечном деле. Наверняка ведь у нас есть какие-нибудь непослушные ребята, желающие работать по-своему?
— Ну предположим, — согласился Колодкин. — Непослушных ребят всегда навалом.
— Можно натравить этого общественника на них, на секундочку! И тем самым сразу убить двух зайцев! — обрадовался поддержке Пахомов.
— Вас
— А убийство? Вы, или Сергей Олегович, или, может быть, я с окровавленным мачете должны бродить по городу в надежде совершить вендетту? Нет, в самом деле! Кто будет гоняться за этим сумасшедшим? — возмутился Пахомов.
— Вы слишком много внимания уделяете этим букашкам. Насадить их на булавки проще, чем переманить с одного цветка на другой. И другим будет наука! — отчеканил вице-премьер.
После обеда покровители вышли, как и появились, вместе. Колобком перекатывался вице-премьер. Вышагивал, задирая ноги, будто кузнечик, главный здравоохранитель. Он до сих пор что-то дожевывал. Рядом они смотрелись комично. «Сладкая парочка» — смешные, будто датские актеры Шенстрем и Мадсен, известные на родине как Маяк и Прицеп, а во всем мире как Пат и Паташон. Несколько редких завсегдатаев «Кузьмича» с улыбкой обернулись им вслед.
У Афанасия Леонидовича нестерпимо засвербело в носу. Ему было вовсе не до смеха.
Приняв сигнал от товарища, Елисей Тимофеевич решил провести собственное расследование. Первым делом он создал комиссию, включив в нее семейство Силкиных, а также подполковника в отставке Ефима Борисовича Рафальского. Выезд на место, указанное Иваном Никифоровичем, новых сведений не дал. Ангар был наглухо заколочен. Видимо, хозяев тогда насторожил визит Силкиных, и они временно свернули «производство». Правда, все следы им уничтожить не удалось. Обследовав окрестности, «комиссары» обнаружили свалку с обгоревшими упаковками, одна из которых уцелела, удалось прочесть название фирмы-производителя — «Параллакс».
Казалось, это была серьезная зацепка. Голобродский поручил Ефиму Борисовичу обзвонить городские аптеки и узнать, есть ли у них лекарства этой фирмы и какие. Однако выяснилось, что не все так просто, как хотелось бы. В аптеках наотрез отказывались сообщать что-либо о своих поставщиках. Чего только не пришлось Рафальскому придумывать. То он уверял, что прошлый раз ему только пилюли «Параллакса» помогли. То рассказывал, что ищет родственницу, которая одно время работала в фирме с таким названием. Однажды даже «новым русским» прикинулся и предлагал поставлять в аптеку лекарственные препараты. Дешевле, говорил, продам, чем «Параллакс». Они по какой, мол, цене вам товар завозят?.. На что ему отвечали, что пилюль, которые ему так помогли, «Параллакс» никогда не производил, что родственницу проще всего искать через справочное бюро, что дешевле продукции «Параллакса» бывает только снег зимой. Но если господину бизнесмену так уж хочется сотрудничать, можно приехать и показать образцы своей продукции…
Попробовал Ефим Борисович и по справочникам поискать. Десяток фирм нашел, в чьем наименовании было это греческое «отклонение». И даже обзвонил все. Однако ни одна из контор не была связана ни с фармацевтикой, ни вообще с медициной. Были рекламные агентства, были компьютерные и торговые фирмы. Значилось под таким именем и общество астрономов-любителей. Но ни малейших следов пилюль или капель. Похоже, производитель лекарств не слишком заботился о рекламе, а может, напротив, тщательно прятал свою деятельность от любопытных глаз.