Интервью любви
Шрифт:
— Уйду. Извините; но я не собираюсь ни перед кем унижаться. Возможно, я действительно слегка высокомерна, — сказала она с насмешливой улыбкой, — иначе при моей профессии об меня каждый будет вытирать ноги.
— Фиалковые глаза, — задумчиво протянул он без всякой связи с предыдущим. — Никогда раньше не приходилось видеть глаза настоящего фиалкового оттенка. Ах, простите, садитесь же.
— Благодарю вас. — Нив опустилась на лилово-розовую кушетку, стоявшую под прямым углом к инвалидной коляске, затем вытащила из сумки блокнот, карандаш и миниатюрный
— При условии, что я смогу потом отредактировать пленку.
Нив сверкнула фиалковыми глазами.
— Как пожелаете. Она будет в вашем распоряжении, и вы отредактируете все интервью.
— Вас это не расстраивает? — Он внимательно глядел на нее. — Обычно журналисты терпеть не могут, когда их зачастую неточные версии событий приводят в порядок.
— Лично я предпочитаю решить проблему к обоюдному удовлетворению, — холодно ответила она.
Взгляды их встретились. Они пристально всматривались друг другу в глаза до тех пор, пока на его губах не появилась легкая улыбка.
— Интересно, что вы предпочитаете в постели, мисс Вильяме. С такой фигурой у вас наверняка отбоя нет от желающих встретиться с вами на этом… поприще.
Спокойно, приказала себе Нив. Но не выдержала.
— Интересно, способны ли вы бросить мне такой вызов, мистер Стоу?
Каково же было ее изумление, когда он рассмеялся!
— Намек понял, — мягко произнес он. — Я знал, что вы не так холодны и сдержанны, как хотите казаться. Да и какая женщина сможет остаться спокойной и не ответить на унизительные сексуальные инсинуации?
Нив закусила губу.
— Можем ли мы считать, что у нас ничья, мистер Стоу?
— Почему бы нет, мисс Вильяме. Вот сколько она будет длиться — другой вопрос. С чего мы начнем?
Нив осмотрелась вокруг и постаралась собраться с мыслями.
— Мой редактор предложил привести некоторые факты из вашей биографии, хотя, конечно, многим они уже известны. — Она помолчала. — Как вы справились с последствиями аварии, приковавшей вас к инвалидной коляске? Когда вам вынесли приговор, что вы не сможете больше ходить, вы не смирились с ним и, я верю, будете ходить. Какую роль здесь играют ваши человеческие качества?
— Справился? Плохо справился, — сказал Роб Стоу. — Молли подтвердит мои слова. Не так ли, Молли, милая? — добавил он небрежно, когда Молли внесла в комнату поднос.
— Зачем мне подтверждать глупости? Напротив, ты был великолепен, Роб! Своим примером ты вдохновляешь многих людей. Не позволяйте ему вводить вас в заблуждение! — добавила она, глядя на девушку.
— Я вижу только две чашки, — сухо заметил Роб.
— Я иду к парикмахеру, дорогой, нужно сделать маникюр и депиляцию. Думаю, это надолго. Но, я уверена, вы не будете скучать. До свидания. — Она помахала на прощание рукой.
— До свидания, — попрощалась Нив, в то время как хозяин дома не произнес ни слова.
Молчание затянулось. Нив, с сочувствием глядя на него, сказала:
— Так о чем вы сами хотели бы поговорить, мистер
— Да обо всем, что в голову придет. И знаете — мы можем и не записывать наш разговор на магнитофон. Вам решать. — Он подумал немного, затем лукаво улыбнулся. — Расскажите-ка мне о себе.
— Хорошо, — сказала она спокойно и не стала включать магнитофон. — Мне двадцать шесть, родилась в Западном Квинсленде на овечьей ферме. Получила степень бакалавра по английскому языку в Квинслендском университете. Работала в «Курьер-мейл», сначала младшим репортером, а затем парламентским репортером. В Сидней приехала три месяца назад, решила отойти от политики на некоторое время. — Лицо ее осветила лукавая улыбка. — Правда, сразу сделать это не удалось. Сейчас вот появился шанс поработать для воскресного приложения к газете.
— Ммм, — задумчиво протянул он. — Мне как-то довелось прочесть парочку ваших интервью. Я в восторге: для такого молодого журналиста они очень содержательны и глубоки.
Нив была удивлена.
— Спасибо. Я люблю свою профессию и стараюсь совершенствоваться, ну а когда встречаешь интересного собеседника, работа над материалом вдвойне интересна.
В его глазах зажглись насмешливые искорки.
— Вы замужем?
— Нет. И не обручена, и нет друга. — Она пожала плечами. — Наверное, слишком занята. Ну а вы?
— Я полагаю, что в отношении меня все и так ясно.
— Если вы имеете в виду мисс Кондрен…
— Конечно, я имею в виду Молли, кого же еще, — сказал он с досадой.
— Можно мне использовать это в интервью?
— Нет.
— Хорошо, — кивнула она. — Вам хотелось бы узнать обо мне что-нибудь еще?
— Да. По-моему, вам бы нужно было пойти на телевидение. У вас прекрасная внешность, и вы, несомненно, умеете владеть собой. Никогда не думали об этом?
Нив улыбнулась.
— Ну отчего же. Было дело. Но такая работа с неба не падает. Кроме того, я люблю писать. Мне хотелось бы написать книгу.
— Итак, вы добились успеха, Нив Вильяме? Хорошая карьера. С овечьей фермы — в преуспевающие журналистки. Берете интервью у богатых и знаменитых.
— Вы тоже преуспели в жизни, я полагаю, — сказала она спокойным тоном. Он лукаво посмотрел на нее.
— Значит, мы с вами хоть в чем-то похожи? Она отрицательно помотала головой.
— Нет. Мне пришлось пройти долгий путь, прежде чем я достигла моего сегодняшнего положения.
— Как бы там ни было, я чувствую наше сходство. Вас не затруднит налить кофе? Без сливок и кусочек сахара.
Нив поднялась.
— Я тоже всегда пью черный с одним кусочком. — Она поставила чашку с кофе на столик рядом с ним.
В следующее мгновение в комнату влетел большой золотистый Лабрадор. Пес тут же стал выражать свое дружелюбие, норовя лизнуть девушку в лицо. Нив изо всех сил пыталась отвернуть голову, чтобы избежать собачьей пылкости. При этом она невольно подалась назад и, потеряв равновесие, упала и перевернула столик, где стоял кофе. Горячий напиток выплеснулся на Роба Стоу.