Интерфейсом об тейбл
Шрифт:
— И что теперь? — процедила Реба.
— Будем искать. — Гуннар посмотрел на часы. — У нас еще час с лишним спокойного времени. Если мы перейдем на скорожизнь и пролистаем это дело на максимальной скорости, то может, и найдем чего. И успеем унести ноги.
Элиза, выступив вперед, подняла руку:
— Можно внести предложение? Если верить моим источникам, Фрэнклин Кертис пишет по системе Станиславского.
— Слыхивали, — заметила Реба.
— Мне кажется, это значит, что для каждой книги он создает свою МПВ согласно месту действия. И там играет, пока не нащупывает
— Ага, — сообразил Гуннар, — тогда мы подрежем это безобразие до обозримой величины.
— Но с чего начнем? — спросил я. Сняв с плеча винтовку, Реба указала дулом в первом попавшемся направлении.
— Вот с чего.
Следуя за ней, мы вошли в какую-то дверь.
*вспышкаЩЕЛК! *
Попятившись, Реба уставилась на магазинную винтовку системы «винчестер», которая оказалась у нее в руках вместо ее современной автоматической.
— Что за хрень?
21. НАЛЕТ. ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Я отвел глаза от Ребы — предварительно обратив внимание, что ее зеленый камуфляжный жилет обернулся бахромчатой курткой из оленьей кожи — и окинул взглядом наши новые окрестности. Очевидно, то был какой-то город-призрак на Дальнем Диком Западе старых времен. Ослепительно сияющее полуденное солнце нещадно палило своими лучами голую равнину. Перед нами простиралась пыльная пустынная улица, где комки перекати-поля играли в догонялки с ящерицами и гремучими змеями. Откуда-то неподалеку доносились стоны ржавых петель — жаркий порывистый ветер то и дело тревожил незапертую дверь. Тот же самый ветер носился по руинам заброшенных дощатых зданий, завывая не хуже полного кворума разочарованных в жизни койотов.
— Гадость, — пробурчала Элиза. Я обернулся к ней. Ее худое тельце утонуло в кружевном платье с полудюжиной нижних юбок. Вид у нее был встревоженный.
— Точно, гадость, — подтвердила Реба. — Вы только поглядите! — Она яростно шлепнула по прикладу винтовки. — «Винчестер» 1884 года, но ствольная коробка из бронзы, да и затвор скользящий! Это же как минимум 1864 год…
— Заткнись, — распорядилась Элиза. Реба не повиновалась.
— Ну а эта дрянь! — Выдернув из своей кобуры на поясе шестизарядный револьвер, она негодующе помахала им перед нашими носами. — Барабан 1896 года! Да моя младшая сестра лучше бы справилась с реконструкцией исторических пам…
— ЗАТКНИСЬ! — посоветовала Элиза. Реба заткнулась.
Воцарилось безмолвие.
— Э-э-э… я извиняюсь, — вмешался Гуннар. — Мы вообще-то где?
— «Ковбой-ленд», — сообщила Элиза, скользя взглядом по верхним этажам пустынных зданий. — Первый крупный коммерческий успех Кертиса. Это про тематический парк на Дальнем Западе, где роботы сходят с ума и убивают всех туристов. Туристы — это мы.
Гуннар немедленно перестал улыбаться.
— А-а-а… — Широко раскрыв глаза, он схватился за рукоятку своего шестизарядника и, следуя примеру Элизы, заинтересовался зданиями. Их разбитые окна невозмутимо пялились на нас, точно пустые глазницы высохших черепов.
Реба проверила, заряжен ли «винчестер», и развернулась, прикрывая
— Элиза? — окликнула она. — Будь любезна, скажи нам, что мы ищем?
— Мы суперпользователи, ты не забыла? А это не та книжка, которая нам нужна. Так что мы ищем выход отсюда.
— Ой, глядите, — Гуннар указал на что-то. — Это часом не…
Распахнув ударом ноги двери салуна, на середину улицы быстрой походкой вышел ковбой-андроид и, развернувшись, обернулся к Гуннару. Глаза ковбоя блестели, как латунные пуговицы. Его голос скрежетал, как немазаное колесо.
— ДОСТАВАЙ СВОЮ ПУШКУ, ПОДОНОК, — и правая рука ковбоя зависла над кобурой, где покоился его собственный шестизарядник.
— Катись на хер, — с этими словами Реба одним выстрелом снесла андроиду голову и для верности всадила пару пуль в его грудь. Андроид повалился на землю, тоскливо звякнув, точно набитый пустыми консервными банками мусорный пакет.
— Вон там! — вскричала Элиза, указывая на сияющий прямоугольник в стене конюшни. — Дверь! — как один, мы сорвались с места и побежали туда. По нам ударил целый залп — стреляли с верхних этажей и с крыши гостиницы. Свистящие пули взметали фонтанчики пыли у нас под ногами и, срикошетив, с воем уносились куда-то вдаль.
— А знаешь, — крикнула Реба Гуннару, пока мы бежали, — все-таки тридцатидюймовка — неплохой зверь! — и, погладив «винчестер», она улыбнулась Гуннару. — Когда вернемся, надо будет раздобыть парочку для нас с тобой! — Тут мы вбежали в дверь и…
*вспышкаЩЕЛК!*
Мы очутились в торговом центре. Поправка: мы находились в парке аттракционов в атриуме самого большого торгового центра, какой я когда-либо видел. Черт возьми, на свете есть города поменьше, чем этот торговый центр. Тем не менее он производил какое-то странное, даже нездоровое впечатление…
— Папа? — захныкала Элиза. — Я боюсь. Я обернулся к ней — и нервно захлопал глазами. Теперь ей было лет двенадцать на вид, а одета она была, как школьница, косящая под грандж-рокершу. Одновременно она как-то странно подросла. Поглядев на собственное тело, я нашел разгадку: теперь я был не старше восьми лет.
— Не волнуйся, зайка, — проговорил Гуннар со спокойной мудростью в голосе, которая совершенно не вязалась с его бегающими глазами и нервно дергающимися лицевыми мыщцами. — Ничего с нами не случится. — Он воровато покосился на Ребу, которая по этому сценарию явно приходилась нам мамой. — А эту ты читала?
— Ага. — Задрожав, она судорожно вцепилась в его руку и встревоженно уставилась куда-то вбок. — «Мезозойский шоппинг». Типичная среднеобеспеченная американская семья едет в отпуск. Ее мини-фургон случайно сворачивает в ворота параллельного мира и попадает на альтернативную Землю, где динозавры так и не вымерли. Здесь нет ни органического топлива, ни нейлоновых колготок и, что еще ужаснее…
Гуннар приложил палец к ее губам:
— Тише. Детей напугаешь.
— Папа? — проговорил я. Точнее, прогнусавил из-за воспаленных аденоидов. — Там что-то шевелится, я видел! — и я показал на заросли тряпочных кустиков.