Шрифт:
О, Джек Берроуз!
Одни называют его великим асом.
Другие — полнейшим чайником.
Одни восклицают, что он был величайшим покорителем электронно-сетевых волн, лучшим из всех, кто крутил сальто-мортале на безбрежном полотне Великого Информационного Суперхайвея.
Другие твердят, что Джек был обыкновенный псих с тараканами в голове, не имевший понятия даже о таких элементарных вещах, как личная гигиена.
Одни клянутся, что Берроуз был бог, всеведущий и всемогущий, и от него виртуальное сияние исходило. Наш тупоумный мир сумел оценить его подлинное величие лишь в тот миг, когда Берроуз вставил свой достославный «Проктопрод» в надлежащее гнездо: о, тогда-то личный думософт божества победно растекся на двести мегагигабайт
Другие утверждают, что Марша Вэнь — ну знаете, та офигительная брюнетка из «Кодирования Документов» — как-то раз (винт даем на отсечение!) имела с ним свидание: привел он се в свою каморку напротив кладовки (Берроуз, знаете ли, всю жизнь ютился у своей мамы) и ровно четыре часа угощал записями Прибабаха (в миру — Эл Янковиц).
Одни (как им еще не надоело…) начинают бить копытами и радостно вопить: «Джек Берроуз? Да мы с ним, бывалоча…» Другие ошалело переспрашивают: «Кто-кто?» Так вот, ниже вы найдете достоверные и ясные ответы на все вопросы, связанные с данной темой. Много лет мы, жители внешнего мира, могли судить о Джеке только по его проделкам в Сети да еще по сведениям из случайно рассекреченных меморандумов Федерального Инфоразведывательного Управления. Но вот однажды некий файл (его текст и составляет основную часть нашей книги) сам себя вывесил на доске объявлений публичного сервера-почтамта в Танжере. Был он утрамбован древним архиватором «EY_UGHHNEM», а в качестве пункта отправления значилась дряхлая, скрипящая еще с двадцатого века централизованная система бронирования гостиничных номеров на Гавайях.
Великий день настал — теперь нам известна подлинная история Джека Берроуза. Все-все-все — о его жизни и виртуальной смерти. Все его неправдоподобные — по большей части высосанные из пальца — секс-эскапады. Все его озорные — кое-кто, увы, назовет их «детсадовскими» — шутки. Все подробности его последней, отчаянной битвы с безжалостными силами кровавой тьмы большого бизнеса, и непогрешимое свидетельство о беспардонном коварстве тех людей, кому он верил больше, чем себе.
Итак, о читатель, не корысти ради, но во имя общественного блага, мы предлагаем тебе полный, без каких-либо купюр или искажений, текст этого файла. Да обогатит он тебя новыми знаниями. Да будет он для тебя наглядным доказательством того факта, что современное государство-суперкорпорация есть исчадие абсолютного, непревзойденного, необоримого Зла.
P.S. Лица, заинтересованные в приобретении прав на кино-и/или мультимедиа-экранизацию этого текста, могут обратиться к нашему агенту. Адрес: a_graysn@adg.spedro.com
1. ИН-ЦИ-Я
Черт, все бы отдал за мой гипертекстер. Понимаете, будь он у меня под рукой, я быстренько спрессовал бы все это дело в Рич-Текст-Формате, нашпиговал бы горячими ключиками и гиперссылками — ух, страшное дело! Захочешь узнать, с чего, собственно, все началось — кликни, деточка, мышкой на панельку «ЗАДНИЙ ХОД» и, бэмс, в верхнем правом углу твоего экрана возникнет Карл Саган. И поведает: «Четыре с половиной билли-биллиона лет тому назад огромное облако горячих газов — стопроцентный аналог мозга президента Гора во время церемонии его реинаугурации в 2004 году…» Что, это слишком далеко? Ничего, кликните на иконку «Крупный план», и динамик разразится 30-секундным отрывком из песни Тома Петти «Refugee», а на экране появится хроника событий: в 1980 году, на концерте «Хатбрейкерс» в Сивик-Сентер мама познакомилась с папой. Последствия: в 81-м — я, в 84-м — моя сестра, в 85-м — свадьба, а спустя еще полгода (нескольких дней до ровного счета не хватило) — развод. Туда же я мог бы засунуть ссылку на базу данных «Mitchell Motor Vehicle», чтобы вы могли сами составить себе представление о текущих ценах на коллекционные экземпляры «Понтиаков-Транс-Эм», модель 1979 года, в отличном состоянии, а также понять, почему папаша до сих пор скрипит зубами из-за того, что ему пришлось поменять этот
Но все это лишь бесплодные мечты.
Не-ет, я вынужден работать в этом тупом, дешевом, двумерном редакторе и набивать линейный текстовый файл -хронологически-последовательный текстовый файл. Господи Исусе! — так что мне придется выбрать абсолютную, твердую как камень точку отсчета и, не выпуская из рук основной сюжетной линии, пройти от начала к середине…
Кстати, можете считать меня параноиком, можете предполагать, что от чая «Клипер» у меня крыша поехала — но я никак не могу отделаться от престранного предчувствия, что конец напишет уже кто-то другой.
Начнем, пожалуй. Только с чего? Будь в моем распоряжении видеоредактор, я забацал бы головокружительную панораму (съемка с виртуального вертолета) транспортной пробки на Великом Информационном Суперхайвее или вставил бы вместо увертюры аудиокопию сообщения, которое Гуннар оставил на моем автоответчике накануне того самого дня, когда жизнь моя пошла наперекосяк («Встретимся в клубе завтра, 23.00. Вопрос твоей жизни и смерти»). Но не стоит делать из мухи слона. Гуннар вечно наговаривал мне на автоответчик всякие бредовые мессаги.
Короче, мне, по-видимому, придется просто провести черту в пространственно-временном континууме, выбрать точку старта — и начать.
15 мая 2005 года, понедельник.
День выдался дрянной: по небу низко-низко летели темно-серые, сплошные облака, ветер рвал и метал, безжалостный весенний дождь осыпал землю холодными тяжелыми каплями. Наша Многоуважаемая Администрация Корпорации МДИ еще не отремонтировала Западный вход, разрушенный бомбой (15 апреля нас взорвали ФОКЛ-овцы; потом пояснили, что положили было глаз на здание Федеральной Налоговой Инспекции, но тут наше само под руку подвернулось), так что — ничего не попишешь — поставил я мою «Тойоту-Консбанку» (модель 1995 года) на самом краю южной стоянки, натянул на ботинки «обувные гондоны» и побрел за четверть мили (сверху — студеный дождь, внизу, под ногами, дохлые червяки) к Южному входу.
Когда на горизонте уже виднелись обетованные двери, мимо на своем блестящем новом «Додже-Смертолете» просвистела Мелинда Шарп. Бэмс — со снайперской точностью она рассекла надвое самую большую на всей стоянке лужу — выплеснув воду из нее прямиком мне за шиворот. С диким писком тормозов Мелинда зарулила на свое привилегированное, двойной ширины место в ряду для крупнейших шишек. Выскочила из машины и пробежала к дверям, прикрывая «Уолл-стрит Джорнэлом» свою обремененную длинными светлыми волосами голову, — я даже извинений не успел потребовать. Когда она вошла в здание, «Додж» уже сам себя запер, отключил фары, втянул руль внутрь панели, укутался в бронебойный кокон…
И принялся угрожать грозе: «ВНИМАНИЕ! ЭТО ТРАНСПОРТНОЕ СРЕДСТВО ОСНАЩЕНО ОГНЕСТРЕЛЬНЫМИ СРЕДСТВАМИ САМООБОРОНЫ! КАТИСЬ, ПОКА ЦЕЛ!» Это происшествие по крайней мере подсказало мне, чего это вдруг Мелинда заявилась на работу так рано, а также слегка скрасило мое хмурое утро. Три визита в гарантийную мастерскую — а ее новая машина все никак не научится отличать на ощупь дождь от взломщика. Если инструкция не изменилась, «Додж» уже вызванивает по своему сотовому телефону полицию, и спустя пять минут автостоянка МДИ будет просто кишеть кипящими от досады полицейскими в промокших насквозь бронескафандрах.
Недавно я «случайно» забрел в базу данных отдела кадров и выяснил Мелиндину квоту производственных расходов. Тра-ля-ля! Будь она хоть трижды многообещающим Зам. Старш. Инспектора по персоналу, рано или поздно компания таки заставит Мелинду платить из собственного кармана за ложные вызовы полиции к ее четырехколесной собственности — иначе к июлю мы закроемся по 11-й статье Коммерческого кодекса (банкротство). У меня с Мелиндой огромадные личные счеты — так что я ждал, не мог дождаться, пока дурость наконец-то выйдет ей боком.