Инсула
Шрифт:
– Не забыла.
– Нет? Ну, значит, взятки в ход пошли. После этого прибывают рабочие с кирками, а потом и экскаватор. И на этом месте строят что-то другое. Так?
– Примерно так, – Рылеев кивнул. – С оговорками.
Священник подозрительно на него посмотрел.
– Вы не католик, часом?
– Я отступник.
– Я не об этом.
– Православный.
– А, ну тогда понятно. Василий Рылеев, не так ли?
– Откуда вы знаете?
– Был еще католик, с похожим делом.
– Я … да. Я встретил женщину. Я…
– Представьте себе, я тоже в свое время встретил женщину. И именно на ней сейчас женат.
– Вы не поняли. Я встретил ее…
– Через семь лет после того, как распрощались с идеей стать священником. Видите? Легенда. Впрочем, не мое дело. Говорите, какая помощь вам нужна.
– Слушайте, батюшка … и так ведь трудно, а вы еще и … Мы семь лет женаты. Я … не могу ее потерять. Она для меня всё.
– Детей нет, не так ли?
– Э … Пока нет.
– Что-то вас смущает. Чего-то вы недоговариваете.
Рылеев зажмурился – и снова увидел пожар в своей квартире. Четвертое за день. И человек, привязанный к креслу. Видение исчезло – да и было ли? Может, просто эхо предыдущего. Он посмотрел в глаза священнику и сказал:
– Не знаю, благословение это или проклятие, но у меня есть дар – умение видеть … нехорошие события … до того, как они происходят. Иногда, если действовать быстро и думать трезво, события можно даже предотвратить. Бывает сложно … А с недавних пор мне…
– Боюсь, что это не в моей компетенции.
Сказано было сухо, без эмоций. Но Рылееву нужно было выговориться.
– Видения стали появляться все чаще. Я боюсь … увидеть то, чего лучше не видеть – что я не в силах буду предотвратить. Понимаете? Все в моей жизни, все, что вокруг, как-то потеряло равновесие, рассинхронилось. Что-то не так. Скажите, что случается после того, как церковь сносят? Снос церкви как-то сказывается на живущих по соседству? Бог сердится?
Священнику вопрос показался почему-то комичным. Было видно, как он сдерживается, чтобы не засмеяться. Но он не засмеялся. И сказал:
– Бог милостив, а не мстителен, Рылеев. Вы принимали какое-то участие в сносе бывшей церкви?
– Нет.
– Но ко взяткам имеете отношение. Косвенное.
– Э … да, пожалуй, имею.
– Имеете, имеете.
– На том месте построили жилое здание-люкс.
– Ну хорошо хоть не банк.
Рылеев решил на подколку не реагировать – не до того.
– Видел я это здание, – сказал священник. – Дурацкое здание.
– Мы с женой … в этом здании живем.
– А вот этого я не знал.
– Вы…
– Подождите. Помолчите.
Священник и сам помолчал, подумал, и сказал:
– Вставайте.
Рылеев
– Вы меня выставляете, батюшка?
– Нет. Нам с вами нужно пройтись.
Они вышли на безлюдную улицу.
Пройдя полквартала, священник сказал:
– Не могу же я всерьез обсуждать такое с вами в храме. Меня отлучат, и правильно сделают. … Суеверия, в наше-то время. Слухи есть.
– Слухи?
– До того, как там построили церковь, место было кем-то и зачем-то проклято. Такие слухи. Дом Божий, освященный и регулярно посещаемый прихожанами, нейтрализует любые темные силы. Так некоторые считают. И даже обсуждают. Опять же по слухам – если церковь разрушить, темные силы возвращаются – по-другому, более хаотично, чем в предыдущий раз. Вещи начинают вести себя странно, и люди тоже, начинаются какие-то непонятные страдания без причины. Особенно если люди, живущие по соседству, восприимчивы.
Рылеев остановился. Священник тоже.
– Восприимчивы к чему?
– К духовной составной своих действий. «Прости их, Отче, они не ведают, что творят». Те, кто не ведает … ну, понятно. А все остальные несут ответственность. И … начавшийся у вас в жизни … бардак … возможно не случаен. Можно, конечно, освятить дом. Но боюсь, что священника найти для этого будет трудно. Да вы на это и не пойдете.
Рылеев поморщился.
– Почему вы так думаете?
– Потому что вы порядочный человек, – объяснил священник. – Во всяком случае такое впечатление производите. И с долгами расплачиваетесь сами, никого не подставляя.
Рылеев посмотрел вокруг – на четырехэтажные здания, построенные во второй половине девятнадцатого века. Стало еще тяжелее на душе.
– Поправить ничего нельзя?
– Поправить всегда можно. Вы меня спрашиваете, как частное лицо?
– Как бывший коллега.
– Ага. Вообще-то вам самому положено такое знать. И я уверен, что вы знаете, Рылеев. Знаете ведь?
– Возможно.
– Ну так действуйте.
– Вы меня…
– Благословить не долго, но надо бы знать, на что именно. А вы мне этого говорить не собираетесь. Так?
Рылеев замялся.
– Не собираетесь, – повторил священник. – Ну чего вы от меня хотите, Рылеев? «Отступник». Никакой вы не отступник. Глупостей наделали, конечно, много. Но – Бог даст – выпутаетесь.
– Э … да.
– Расскажите, что вы задумали.
– Нет. Не могу.
– Дело ваше.
Священник вернулся к себе, а Рылеев зашагал по пустынной улице в сторону реки. Закрытый по причине вечера театральный магазин привлек его внимание. В витрине помещались маски, много масок.