Инстинкт
Шрифт:
До того, как Амброуз рассказал ему, он понятия не имел ни о своем праве по рождению, ни о скрытом мире и своих сверхъестественных способностях.
Об этом он знал всего два года.
Всего лишь два года. До тех пор, пока его не подстрелили парни, которых он считал своими друзьями, не спас Кириан и не дал ему работу, он знать не знал о Темных Охотниках, Даймонах, Вер-Охотниках и всем остальном.
Он и представить не мог Малачая, даже переиграв в Нинтендо. Это все еще взрывало ему мозг, когда он задумывался об этом.
Так мало времени,
Может, инстинкты Малачая чувствовали это до того, как все прояснилось. Скрытый мир был под поверхностью человеческого. Всегда прятался в тени.
Наблюдал за ним, как существо в туалете, о существовании которого знали все дети, но которые исчезало, как только родители открывали дверь, чтобы посмотреть, что там в темноте.
Да, этот товарищ тоже был реален.
И теперь, когда он знал, кто он такой, стало еще опаснее. Не только для него, но и для любимых, которых он не мог защитить.
Таких, как его мать, которая все еще не знала правды. Это было плохо и для таких, как Коди и Калеб, которые знали. Хотя хуже было тем, кто понятия не имел.
«Мне нужно научиться контролировать и использовать эти способности. Овладеть ими, не использовать во вред».
Использовать, чтобы обезопасить друзей и семью от тех, кто хотел через них достать его.
Он пытался спрятать силы, чтобы враги не нашли его и не причинили им вред, и это не сработало.
Единственным выбором оставалось принять их. Стать тем, кем был рожден — Малачаем.
Были и другие существа, рожденные от темных сил, но не подчинившихся им. Они использовали тьму во благо и оставались на стороне хороших: Ашерон, Ксев, Калеб, Дэгон…
— Аэрон?
Свет пуки замер.
— Да, приятель?
— Думаешь, сможешь показать мне, как контролировать Малачая внутри меня? Ну то, что ты говорил мне во время битвы? Все это про боль, а не ненависть? Это все фигня или правда?
Он тихонько рассмеялся и продолжил путь сквозь лес.
— Тебе нужно научиться не контролю.
— Ты о чем?
— Приятель, Малачая не контролируют, он свободен.
Эти слова еще больше смутили Ника.
— Но разве не это мы пытаемся остановить?
Аэрон остановился, чтобы принять человеческую форму и быть наравне с Ником. Он посмотрел ему прямо в глаза.
— Ты готов довериться мне, Малачай? По-настоящему? Не только свою жизнь, но и жизнь дорогих тебе людей? Вложить в мои руки их сердца и души? Матери, любимой, брата, семьи, друга? Подумай над ответом. Если выберешь путь, назад дороги не будет. Ты либо спасешься… либо будешь проклят на веки вечные.
Глава 14
— Зачем ты доверился Аэрону, хотя не следовало бы?
Ник закрыл гримуар, когда к нему подошла Ливия. Они устроили привал, чтобы отдохнуть и поесть, прежде чем продолжить путешествие в самую глубокую и опасную часть леса.
— А почему нет?
Она недоверчиво нахмурилась.
— Ты его
— Знаю так же хорошо, как и тебя.
Ливия грубо фыркнула.
— Я твоя Сарру-Ниним.
Точно. Как будто от этого она становилась лучше. Будто он должен был безгранично верить одному из генералов, чьей целью жизни было вести армию демонов уничтожать мир.
Ага, вполне разумно. Разбежался.
— Которую выбрал другой Малачай, а не я, — напомнил он мягко.
Но она по-прежнему хмурилась.
— Аэрону не верила собственная семья, его изгнали сюда навечно. Разве это тебя не беспокоит?
— Вовсе нет. С чего бы? — Ник указал на лес вокруг них. — Сюда изгнали одного из моих генералов, когда семья прокляла его.
Он многозначительно посмотрел на нее, чтобы дать понять, каким слабым был этот аргумент.
— Ты и правда хочешь поговорить об этом, Лив? Хочешь, чтобы я спросил почему тебе дали твое место и изгнали? Поверь мне, ты этого не хочешь. Просто подумай.
Она пождала губы и прямо-таки дымилась.
— Знаешь, я тоже могу научить тебя использовать твои способности?
Каждая частичка души предупреждала его не делать этого. Почему-то он ей не доверял. Ни капельки.
— Лив, это не соревнование. Ты не выиграешь и не проиграешь, так что расслабься и дыши.
Она ощетинилась.
— А выглядит иначе. Ты всегда заставляешь чувствовать себя на втором месте, будто я не важна. Не важно, по сравнению с Коди, Калебом или Завидом. А теперь и Аэроном. Мне кажется, что все нравятся тебе больше меня.
Она серьезно или сошла с ума?
Или просто ноет?
Ник не мог поверить, что со всеми ее способностями, ей нужно, чтобы он успокаивал ее раненое эго. Серьезно?
Но это так. Как она может быть такой неуверенной в себе? А еще такой дремучей и таким ребенком? Он был подростком, а ей были тысячи лет. Он точно не должен был успокаивать ее эго. Так?
Один взгляд на ее лицо дал понять, что это не так. Странно, да?
Ник вздохнул и покачал головой.
— Ну же, Ливия. Не поможет, и ты это знаешь. Ты очень привлекательная женщина, но иногда ты подходишь ко мне слишком близко.
— Что это значит?
— Значит, что я люблю Коди и не хочу, чтобы она неправильно поняла наши отношения, а еще не хочу ранить ее чувства. Я могу весь день сидеть голым на коленях Калеба, валяться с ним в кровати, есть с его ложечки в школе, а он бы кормил меня с рук, хотя я бы и не стал этого делать, но ей было бы все равно. Ты сядешь рядом со мной за столом, и если она окажется напротив — это война.
— Так не честно.
— Честно или нет, так работают чувства. Мне все равно, если бы она пила из одной трубочки с Брайнной во время ланча или слизывала с ее пальцев шоколадный соус…. Или мылась с ней и ЛаШондой в одной душевой после физкультуры, если честно, я об этом даже пару раз фантазировал. Но если Коди будет держаться с Калебом за руки или поцелует его в щеку, я этой гигантской волосатой заднице устрою.