Инстинкт
Шрифт:
Она пришла в сопровождении более маленьких девочек и двух матерей. Небольшой толпой они вышли в столовую. Помещение представляло собою высокий куб с белыми стенами; в самом низу располагались столы, стоящие в разных местах, а некоторые из них были отделены проведёнными на полу полосами из красок и мелков. Где-то уже сидели маленькие девочки и с ними за одним столом была одна из матерей. Более взрослые девушки находились в центре зала, с противоположной стороны от маленьких детей располагалась свободная от дел часть матерей. В столовой присутствовала только треть всех жителей этого корпуса убежища, остальные, или занимались своими делами, или были
По углам зала на высоте в несколько метров стояли небольшие балконы, на которых располагались другие матери, что занимались всеобщей готовкой. У каждой группы столов были собственные повара и особый рационы питания. На высоких балконах находились только те, кто был старше сорока лет. Лия не знала причины столь странному распределению, но догадывалась, что матерям всё было известно, и скоро ей самой откроется эта правда. Более скудный рацион был у тех, кто находился в центре столовой. Именно там, где располагались девочки от четырёх до шестнадцати лет, среди них всегда были те, кто надеялся или вернуться в детство, или поскорее стать одной из матерей, чтобы навсегда покинуть тесную, шумную и неприятную зону. Лия начала подходить к привычному для неё месту, и увидела уже знакомые приветливые лица. За несколько недостающих до ближайшего стола метров, девушку остановила посторонняя рука, что крепкой хваткой вцепилась в плечо девушки.
— Тебе не сюда, — прозвучал голос со стороны.
Сердце замерло. После исполнения шестнадцати лет, жизнь резко начала меняться в другое русло. У Лии появятся дополнительные обязанности и новые знакомые. Она начала посещать новые места, а также получала новые знания. Она видела, как отдаляется от привычной жизни и знакомых лиц, словно тот сон с фиолетовым цветом, что исчезает во мраке, когда она просыпается. Сидящие за столами подруги Лии только грустно посмотрели на неё и продолжили свой приём пищи.
Девушку посадили за один стол с матерями. Они осторожно ели свежеприготовленную еду, охлаждая её своим дыханием. Лия удивлённо смотрела на рядом сидящих женщин, а запах пропаренных овощей и мяса заставлял организм вырабатывать много слюны, которую Лия жадно сглатывала. Рядом поставили тарелку с этой же едой. Такое же блюдо, которое ела каждая мать, теперь будет есть и Лия, ведь она сама была так близка к материнству. Ей, как и всем остальным заранее дали место за одним столом с другими, чтобы она могла приспособиться, и найти себе новых друзей, но на неё всё равно смотрели, как на ребёнка. Последнее время она только и ждала, когда наконец-то сможет попробовать настоящую еду.
— Нравится? — прозвучал знакомый голос.
Лия обернулась и увидела ту самую мать, что взяла её за руку и привела в новое место, где дала ей тарелку с едой. Та вопросительно смотрела на девушку, пытаясь понять, насколько сильно она готова к новым изменениям в её жизни.
— Вкусно… — тихо проговорила Лия. Это действительно было вкусно, и она удивлялась тому, насколько это необычная еда. Ей казалось, что за десять лет одной и той же пищи, она потеряла возможность ощущать что-то новое, что-то, что смогло заставить девушку, поперхнутся. Жадно поглощая еду, Лия закашляла.
После непродолжительного приступа кашля, девушка успокоила. Из-за дискомфорта в горле, новая еда не казалась ей такой вкусной, как в первый раз. Однако это было лучше, чем та еда, которую на протяжении десяти лет ела Лия. С первой же секунды разрушенной тихой обстановки,
Хоть Лия и чувствовала поддержку со стороны, она начала казаться какой-то излишне фальшивой. Будто все матери, что сейчас её окружали, хотели помочь девушке из-за какого-то загадочного обязательства, а не из-за личных переживаний за её здоровье. Эта странная мысль совмещалась с чувством нарастающего, пронизывающего до костей холода. Лия внимательно оглядела всех, кто тянулся к ней. Некоторых матерей она узнала и это были те, кто несколько лет назад тоже были на месте Лии, и ожидали своей первой «ночи продолжения».
Это были давно знакомые лица, что слишком много вели себя грубо и надменно, шутили и издевались над более маленькими. Изменились ли они из-за этой самой ночи, или же все изменения произошли в ходе продолжительного проживания бок о бок с более взрослыми женщинами? В голове пронеслась мысль: «это не они. Я не хочу участвовать в этом».
— Это Дарья? — прозвучал голос одной из матерей.
Лия обернулась, чтобы увидеть свою подругу и понаблюдать за ней и её состоянием. Лия опасалась, что её замкнутая и необщительная соседка по комнате не сможет полноценно влиться в новое общество, где у неё появится возможность найти себе друзей. Чутьё её не обмануло. Девочка просто молча села за один из столов, который располагался в центре помещения. Её и других девочек разделяли несколько пустых мест. Она не решила подойти к столу с наполненными тарелками и просто выбрала стратегию выжидания, пока все лишние уйдут.
— Что она делает? — прозвучал повторно голос матери. Почти все женщины наблюдали за девочкой и не понимали, почему та не отправляется за своей едой.
— Она боится, — ответила на их вопрос Лия. Девушка прекрасно знала поведение Дарьи, её манеры, мысли и страхи.
— Чего? Там все свои.
— Она боится быть в центре внимания.
На Лию удивленно уставились матери и все те, кто находился с ней за одним столом. Вопрос в глазах так и просил продолжение объяснения сложившейся ситуации. Лию начало пугать то, что никто из матерей ничего не знает о Дарье. Им было неизвестно, почему она является самым сложным ребёнком среди всех остальных.
— Так вы не знаете… — тихо проговорила Лия, будто своим тоном унижая рядом сидящих женщин.
— Мы не можем, — прозвучал ответ где-то сбоку.
Лия повернулась в сторону, будто пыталась выловить своим взглядом того, кто ещё не успел закрыть рот после своих слов, чтобы можно было начать диалог с тем, кто на него настроен.
— Почему? — поинтересовалась девушка.
— Её мать теперь работает среди поваров, — раздался голос позади Лии. Девушка также обернулась, пытаясь выловить говорящего, но безуспешно. В голове начала восстанавливаться полная картина происходящего. Дарью уже не сможет воспитывать её мать и теперь она одна. Её отдалённо смогут направлять другие, но не заменят ту единственную.