Инстинкт пары

Замечательная пора — начало августа. Особенно когда тебе восемнадцать, школа позади, документы в универ поданы, и ты уже даже зачислена на желанный факультет. Не зря она последние годы подналегла на учёбу: попасть на бюджет по специальности «бухгалтерский учёт и аудит» дорогого стоило. А сегодняшний день вообще замечательный — парню подруги стукнуло двадцать пять и они идут отрываться в клуб — по полной!

Когда раздался звонок в дверь, Элька как раз заканчивала надевать тонкие струящиеся брючки, прекрасно подчёркивающие линию стройных

ног — результат трёхлетнего труда над собственным телом, заключавшегося в ежедневных пробежках по ближайшему парку и регулярных походах в фитнесс-клуб. Было, было первоначально желание выпендриться в кожаных чёрных шортиках, но, увы, вещица совершенно не подходила ей по духу.

Катька — наверняка же это она, зараза, сейчас жмёт кнопку! — как сорока, любящая всё блестящее и вычурное, могла бы рискнуть (и смотрелось на ней такое отпадно, надо признать), а вот Эля… стеснялась. Роста в первую очередь — для девушки метр семьдесят шесть всё же многовато, а так-то фигурой её бог не обидел. И всё равно, нет-нет, да всплывала зависть к подружке, тонкой-звонкой, маленького росточка, смазливой и с поволокой в оленьих глазах.

Открыв дверь, в которую уже начали барабанить, мазнула взглядом по улыбающейся во все тридцать два Катьке (вот неожиданность-то, ага), выдохнула: «Проходи» и вернулась в комнату, продолжая раздумывать над недостатками внешности. А чего б и нет, раз повод нарисовался?

Вдобавок к высокому росту, худышкой она не была, хотя и толстушкой тоже: мышцы на руках и ногах хорошо прорисованы, животик подтянутый, попка округлая — а всё спасибо фитнесу. Вот грудь могла бы быть и поменьше (это ж настоящее мучение, найти нормальный бюстик!), зато в облегающем как перчатка топике, надо признать, смотрелась очень даже шикарно. Ну и обычная такая, среднестатистическая мордаха тоже была вечной причиной расстройств… А слишком уж усердствовать с косметикой, чтобы «нарисовать красоту», она не любила.

Нет, в общем и целом, всё было вполне себе даже норм, не хуже других, вот только парни как-то обходили её стороной. Может, дело в излишней стеснительности, может, в том же высоком росте (измельчали мужики, а большинство предпочитает по-прежнему маленьких девушек, и чтоб куколкой смотрелись). Да и у самой Эльки вкусы были как у любой девчонки: хотелось, чтоб парень был повыше, чтоб казаться самой себе рядом с ним крошкой. Ну и не крокодил, конечно.

Так-то, мать всегда наставляла, что с лица воду не пить, но, блин, он же должен хоть нравиться. На красавчиков Элька и так никогда не целилась, даже богатого, как мечтали многие девицы, не хотела. Просто, чтоб нормальный был. Только все эти нормальные от неё где-то прятались видимо, заррразы!

Катька ураганом ворвалась в комнату, и сразу стало шумно и тесно: мелкая-то она мелкая, но где бы ни появилась, её почему-то всегда становится слишком много.

— Что ты копаешься, как Тортилла? Нам ещё по пробкам до клуба добираться! — переведя дыхание, подруга окинула её внимательным взглядом и прицокнула языком: — Хороша же, подруга! Вот я прям чую: сегодня ты точно расстанешься с опостылевшей девственностью!

Допустим, не так уж она и опостылевшая, это подруга так считала, но Элька не нашлась, что ответить, лишь фыркнула. И наверняка ж покраснела.

Ну да, как-то

вот до сих пор не случилось. Да и с кем бы? И где? Отец, конечно, пропадал на фирме, приходя порой очень поздно (а в последнее время становился всё более хмурым, хотя о проблемах своим женщинам пока не говорил, но она ж не слепая), а мать вообще дома почти постоянно. Правда, с мая по конец сентября родители переселялись на дачу, но Эльку регулярно контролировали. Да и не тащить же малознакомого парня домой! Ехать к нему, тем более не вариант — страшно, сейчас чего только по телеку не насмотришься. А до длительного знакомства всё не доходило.

Ей не то чтобы было стрёмно, хотя среди подружек уже ни одной девственницы не осталось, просто… Ну действительно — хотелось уже познать радости секса. Катька, вон, младше на пару месяцев, но и у неё любовник уже есть, пусть и не такой уж давний, зато завертелось у них всё очень быстро. При воспоминании об Андрее, высоком, спортивном парне, Элька тяжко вздохнула. Она, конечно, верила, что когда-нибудь встретит своего «красивого и здоровенного», который не испугается ни её роста, ни некоторой закрепощённости, но хотелось бы поскорее уже.

Ай, ладно! Ну и что, что обычная? Зато волосы длинные, чуть вьющиеся, нигде ничего лишнего не висит, и грудь, да. С одной стороны, недостаток, а с другой — очень даже достоинство, весомое такое. А клуб на то и клуб, что там возможностей найти кого-то больше — так-то до сих пор ей не доводилось в них бывать: до прошлого года родители не разрешали, а в выпускном какие гулянки? Учёба, потом экзамены, потом беготня по приёмным комиссиям.

Зато сейчас самое время отрываться. И Катька была абсолютно права: сегодня Элька собиралась точно расстаться с той самой девственностью. Даже если не подцепит кого подходящего, алкоголь (а как без него — для смелости уж точно надо) и адреналин сделают своё дело, а переспать с симпатичной и на всё готовой девчонкой мало кто откажется. Катька в это время ещё раз придирчиво окинула её взглядом, показала большой палец и потащила из квартиры.

Родители сегодня проверять не будут: она загодя предупредила, что у Катьки ночует, и что на день рожденья идут, да и подруга обычно соблюдала все требования приличия, а остальное не особо их интересовало и отношения в семье складывались несколько отстранёнными — даже обычных для девчонок задушевных разговоров с матерью не было, а отец и вовсе ограничивался ролью добытчика денег. Хорошо хоть классе в третьем они с Катькой сдружились, и с тех пор были доверенными хранителями секретов друг друга.

В некотором смысле такая отстранённость в семье — это даже неплохо, но всё равно иногда немного обидно было. Порой Элька даже думала, что она не родная отцу с матерью, ну да такие мысли хоть раз посещают почти каждого подростка.

С другой стороны, не лезли сильно в жизнь — и ладно. Ей же проще. Непотребствами никакими она не занималась — в смысле не пила (пиво и то недавно попробовала, а до этого только немного шампанского на день рожденья или Новый Год), не курила (противно), сильно допоздна не гуляла, а если гуляла — всегда предупреждала, что ночует у Катьки. Но, по большому счёту, развлекаться ей до сих пор банально некогда было, хотя в таком большом городе, как Питер, мест для этого уйма.