Инстинкт бойца
Шрифт:
Но первое предположение оказалось более верным - скоро в прихожей раздался звонок, и девушка, прежде чем открыть дверь, увидела в дверном глазке искаженный силуэт парня - с невообразимо большой головой и сужающимся книзу туловищем. С опозданием, но пришло неприятное чувство, напомнившее Жене то утро, когда не стало Виктора. Незнакомый мужчина так же смотрел в ее окна.
Чуть поколебавшись, Женя повернула головку замка и приоткрыла дверь. И тут же услышала размноженный эхом подъезда звук хлопнувшей внизу двери.
***
Скворцова вставила ключ
Она всегда курила в машине и не могла объяснить себе непонятную страсть к сигарете за рулем. Рука сама тянулась к пачке, утапливала прикуриватель, опускала стекло. Вот и сейчас, направляясь в сторону Измайловского шоссе, Катя ждала щелчка прикуривателя.
– Ты тоже перегорел, что ли?
– Она на миг опустила глаза и поймала взглядом раскачивающийся на цепочке брелок с ключами.
И тут же, без предупредительного сигнала, на полном ходу перестроилась в левый ряд, подрезав "Волгу", и вдавила в пол педаль тормоза. Переднеприводную "восьмерку" вынесло на встречную полосу и развернуло на сто восемьдесят градусов. Скворцова переключилась на вторую передачу, выровняла машину и, уйдя от столкновения с джипом "Чероки", чинно шествующим впереди, понеслась прямо по осевой.
Ключи! Конечно же, ключи. Сегодня должна приехать Женька, а у нее запасной комплект. Вот что, оказывается, все время не давало ей покоя!
Один шанс из тысячи, что Женя приедет именно в это время. Один шанс из ста, что киллер не знает жертву в лицо. Один шанс из миллиона, что пистолет будет в руках чистюли Постнова.
Ловко управляясь с машиной, Скворцова правой рукой достала из кармана сотовый телефон и набрала свой домашний номер. Пять. Десять. Пятнадцать длинных гудков. Слава богу...
Теперь главное - перехватить Женю, следуя ее предполагаемым маршрутом.
На пересечении с Медовым переулком она заставила немного поволноваться водителя темно-вишневого "Москвича". На приличной скорости Скворцова проехала этот перекресток на желтый. Следующий - ее. Она свернула в Барабанный переулок. Теперь напрямую к дому пешком, так быстрее, чем объезжать через дворы.
Выходя из машины, Катя переложила пистолет в карман пальто. Легко касаясь рукой ограждения, в спортивном стиле преодолела это препятствие. Уже видны гуляющие во дворе дети, еще немного, и откроются второй, потом третий и четвертый подъезд, в котором была ее квартира.
Катя показалась в проеме между домами в тот момент, когда, оглядываясь, в подъезд входил незнакомый парень в куртке. В окнах ее квартиры дрогнула занавеска. Это могло означать что угодно, вплоть до того, что человек в спортивной куртке не имеет
– Стой!
От быстрого бега горло вытолкнуло негромкий выкрик, который услышали только дети и воспитательница детского сада. Не останавливаясь, Катя достала пистолет и передернула затвор. Только пистолетный выстрел мог привлечь к окну Женю и спугнуть или хотя бы отвлечь на время убийцу.
– Уводи отсюда детей!
– Скворцова на ходу бросила взгляд на воспитательницу, лет сорока с небольшим полную женщину.
– Быстро!
Рука с пистолетом поднялась вверх. Но выстрел не прозвучал. "Макаров" иногда делает осечки.
Катя снова передернула затвор, выбрасывая патрон. Сейчас она уже достигла подъездной двери и глубоко выдохнув и подняв оружие к правому плечу рывком распахнула дверь и нырнула в полусумрак парадного.
– Женька, не открывай!
– крикнула она.
Отголосок ее голоса прокатился по этажам и на пару коротких мгновений соединился с двумя негромкими хлопками.
"С глушителем", - пронеслось у нее в голове.
От стремительно накатившего отчаянья рука с пистолетом дрогнула. Но Скворцова быстро взяла себя в руки и ответила тремя оглушительными выстрелами в проем между лестничными маршами. Она костьми ляжет в подъезде, но не выпустит отсюда убийцу.
В три приема Катя одолела один марш, потом второй. На втором этаже она снова дала знать о себе, нажимая на спусковой крючок и выкрикивая:
– Сергей! Толя! Берите его! Я на улицу.
И снова выстрелила, теперь уже не так быстро добравшись до очередного пролета.
Она гнала Юсупова на пятый, последний этаж, откуда был только один выход: на чердак, а через него на крышу. Жильцы, конечно же, не откроют дверь незнакомцу, тем более после прогремевших выстрелов, если только...
Черт... Он может совершить "подвиг Заплетина", выпрыгнув из окна ее квартиры.
Опасения Кати исчезли сразу же после знакомых уже глухих хлопков и лязга металла.
"Быстро он добрался.
– По характерному звуку она определила, что убийца стрелял в навесной замок чердачной дверцы.
– Ну все, друг, теперь ты мой".
Еще один пролет, пройденный за считанные мгновения, и ее глаза выхватили из приоткрытой двери неподвижное тело девушки, которая лежала, подмяв под себя руку.
– Тварь!
– выругалась Скворцова, послав полный ненависти взгляд в сторону зашедшейся в скрипе двери чердака и послав в проем еще одну пулю.
Теперь нельзя терять ни минуты. Дорога у Юсупова одна: с крыши вниз по пожарной лестнице, расположенной с торца здания, куда выходят окна квартир четвертого подъезда. Через чердак в соседние подъезды путь ему заказан ввиду распоряжения местной администрации, обязавшей управдомов повесить замки не только на подвалах и подсобных помещениях, но и на чердаках. А все замки вешаются изнутри подъезда.