Инсталляция

Булавин Евгений

Машина выезжала с улицы на автостраду. Рассказ уже шёл про тонкости доставки бронированных дверей на самосвале. Парень притормозил у жёлтого светофора, чтобы, ругнувшись, наподдать газу и лихим росчерком влиться в поток. Телефон вгрызся в ногу Фокусника через карман, прижатый к сидению из-за резкого поворота. Наш герой достал его как тарантула и убедился, что это очередное пустое сообщение, только с припиской от оператора, чтобы он перезвонил неизвестному отправителю.

— Идиоты, — буркнул он.

— Начальство заело? — понимающе

ухмыльнулся водитель. Обернулся даже на полсекунды, чтобы поддержать зрительный контакт. — А я стрелок вольный. Над головой — распахнутое настежь небо.

Фокусник вежливо хмыкнул.

— Много обо мне знаешь? — зыркнул на него водитель, в своей манере обернувшись на секунду. При этом стрелка спидометра прыгала около сотни километров в час. — Чем занимаешься? Я вот — бизнесом.

— В наше время все занимаются бизнесом, — ответил Фокусник, неприятно удивлённый его резким «тыканьем».

— Эт точно, — не расслышал сарказма возница. Секунд пять он протирал зеркало заднего вида рукавом рубашечки, но, не удовлетворившись, приподнялся на сидении, дыхнул, и протёр снова. — Другое дело… Я бизнесмен. Посмотрел несколько курсов по стартапу, знаешь Осипа Гуляйло? Бизнес-идеи, стартапы, краудфандинг. Выписывал по mail’у учебник. Они ж его по страницам выдают, уманы, не целиком… Много видео смотрел, аж башка звенела. Теперь вот открыли интернет-магазин с приятелем. Толкаем со складов бытовую технику. А чё, как китайцы после Злополучного исчезли с рынка, у нас всё, вакуум.

— Как магазин-то называется? — понял, что от него хотят, Фокусник. Марина тронула его за руку и попросила жестом наклониться. «У него кроссовки с длинными носками!». Как только углядела? Сдерживать улыбку становилось всё трудней.

— Над названием работаем, — царственно взмахнул рукой водитель, случайно покосив зеркало заднего вида. — А вы ребята как, типа встречаетесь?

— Мы любовники, — сказала Марина. — Страстные любовники.

В ответ на ошарашенный взгляд Фокусника, одними губами выдала: «отшиваю».

— А-а, — протянул возница и вдруг изо всех сил заехал по GPS. — Да что за хрень с этой штуковиной?!

Остаток пути прошёл под эгидой врубленного на всю катушку радио.

«Страстные любовники? Отшиваю?», подумалось вдруг Фокуснику, когда они подъезжали к замку. Странно, но это его задело.

— На, — сказал он, протягивая водителю пятисотенную купюру.

— Архангельск? — прогнусавил тот, не оборачиваясь. — Три Ярославля!

— Ты бывал там однажды, — покачал пальцем наш герой. — Один Ярославль.

Марина тем временем юркнула из машины, оставив их рядиться наедине. Водитель проследил за ней пристальным взглядом и облизнул нижнюю губу.

— Дважды. Я был там дважды!

— А я уверен, по разу в Ярославле и Архангельске, — сказал Фокусник, лёгким жестом доставая обе купюры. — И пустой бумажник сверху.

— Себе оставь, — буркнул

возница, тщательно изучив продемонстрированные ему пустоты.

Фокусник уронил деньги на пассажирское сидение и вылез догонять даму. Хорошо, что им невдомёк об источнике средств, думал наш герой, хлопнув по волшебному карману… Не успел он отойти от машины, как снова ожил проклятый мобильник. Звонок, не сообщение.

— Тут я, Влад, — ответил Фокусник.

— Машина час ждала! — металлом резанул женский голос из трубки. — Что не отвечаете?! Вызов как, возобновлять?

— Нет, — промямлил наш герой, оборачиваясь с квадратными глазами. Но «Пижона» было не видать — только рёв двигателя, растворяющийся в чёрной, как копоть, ночи.

— Что такое? — спросила Марина, припорхнув к оглушённому короткими гудками Фокуснику.

— Н-ничего, — болтнул головой он. — Видишь вон ту параноидальную ограду? Нам туда.

Ариоза

Когда-то здесь, на западной окраине Леворечья, раскинулся дачный посёлок, отличавшийся от других только предельной близостью к городу. Никто уже не помнит, кто впервые выкупил здесь сразу шесть участков возле пруда и обнёс их толстенными стенами, через которые так и подмывало стрельнуть из миномёта.

Были это девяностые?..

Год за годом поместья вытесняли обыкновенные дачи. К нашему времени осталась лишь парочка полуразвалившихся огрызков с астрономическими тарифами на воду и электричество. Иногда в тех заросших краях видели людей, которые степенно обирали скособоченные яблони, рвали мелкий кислый виноград с ветхих домиков, да копались в обвитом повеликой крыжовнике.

После Злополучного элитная недвижимость оказалась на краю зыбкого обрыва, где один неверный шаг — и провалишься в terra incognita, откуда ещё повезёт, если вернёшься — с частичной амнезией и топографическим кретинизмом. А всё из-за неопределённого статуса посёлка, который принадлежал Чернокаменску и области одновременно.

Так рисковать местные резиденты не могли. В течение месяца они перебрались в фешенебельные квартиры в экономическом центре города, вытащив из полузагородных домов всё ценное. Когда охрана стала то мистическим образом пропадать, то вполне материалистически разбегаться, резиденты скрепя сердцем приказали взорвать свои уютные гнёздышки.

Тактика выжженной земли сработала совсем не так, как надо, устроив бомжам идеальное пространство для жизни и досуга. Неунывающие граждане организовали из обломков небольшие поселения с кое-каким электричеством, горячей водой, даже брезентовыми крышами. В последнее время начали появляться и деревянные.

Хорошо, что Марина не видит всё это, думал Фокусник. Стены пока на месте, а ворота, ныне все повыломанные, выходили не на основную дорогу. О присутствии разумной жизни свидетельствовали лишь неясные отблески на гудроновом небе.