Иноздесь
Шрифт:
Ему не хотелось, чтобы его вышвырнули на поверхность.
Какая глупость, подумал Фрост, какая невероятная глупость! Может быть, Монро и Элен где-то совсем рядом, а он может состариться, умереть, но так их и не встретить. Но они же могут оказаться и где угодно на планете. Интересно, как бы чувствовал себя американец, очутившийся в Тибете, если единственный человек, могущий служить переводчиком, находился бы в это время в Южной Америке? Или вообще неведомо где. Как бы он тибетцам объяснил, что такой переводчик вообще где-то есть? Вот проклятье!
И все же он должен попробовать.
— Айгор, — произнес он.
Руководительница повернула голову.
— Айгор? — переспросила она.
Фрост энергично закивал.
— Айгор.
Она повернулась и крикнула:
— Айгор! — произнося «р» так же раскатисто, как и Монро. Вперед выступил какой-то человек. Профессор пристально вгляделся в него, но тот был ему незнаком, как и все прочие. Руководительница указала на мужчину и повторила: — Айгор.
Дело усложняется, подумал Фрост. Очевидно, Айгор — широко распространенное здесь имя, даже слишком широко. И тут же его осенило.
Если Монро и Элен сюда добрались, то их груз, так здесь необходимый, мог бы их прославить.
— Айгор, — выговорил он. — Элен Фишер.
Руководительница моментально заинтересовалась, лицо ее оживилось.
— Айлен Фишер? — повторила она.
— Да, да — Элен Фишер.
Какое-то время женщина стояла, размышляя. Несомненно, эти имена что-то для нее значили. Она хлопнула в ладоши и отдала команду. Вперед выступили двое мужчин. Какое-то время она быстро наставляла их.
Мужчины подошли к Фросту, взяли под руки. И куда-то повели. Фрост приостановился на мгновение, переспросил, повернув голову:
— Элен Фишер?
— Айлен Фишер! — подтвердила руководительница. Ему пришлось довольствоваться этим.
Прошло часа два. Обращались с ним неплохо, а комната, в которую отвели, оказалась достаточно уютной, и все же оставалась тюрьмой — по крайней мере дверь была заперта. Может быть, он что-то не то сказал, может — произнесенные им слова означали нечто совершенно другое, а не обычные имена.
В комнате было пусто, она освещалась только тусклым светом, идущим от стен, как и все — это он успел заметить — в этом подземном мире. Фросту уже поднадоело здесь, он начал прикидывать — не отправиться ли еще куда-нибудь, когда услышал, как кто-то остановился возле дверей.
Дверь отошла в сторону, появилась предводительница, женщина средних лет, с улыбкой на обычно жестком лице. Она заговорила на своем языке, потом добавила:
— Айгор… Айленфешер.
Он пошел за ней.
Освещенные переходы, оживленные кварталы, в которых его провожали любопытными взглядами, лифт, удививший его, потому что пошел вниз, когда он вовсе не подозревал, что ЭТО — лифт; потом устройство, напоминающее капсулу, в котором они куда-то помчались, причем — очень быстро, судя по перегрузкам на старте и финише: он прошел через все это, следуя за своей проводницей, ничего не понимая и не имея возможности спросить. Он попытался расслабиться и получить удовольствие от путешествия, благо спутница его казалась настроенной доброжелательно, хотя манеры ее оставались грубоватыми — свойственными
Они остановились возле двери; женщина распахнула ее, вошла внутрь. Фрост последовал за ней и тут же чуть ли не был сбит с ног человеком, набросившимся на него с объятиями.
— Доктор! Доктор Фрост!
Это была Элен Фишер, в костюме, распространенном здесь и среди женщин, и среди мужчин. Возле нее стоял Роберт — или Айгор? — его гномье личико сморщилось в улыбке.
Фрост осторожно высвободился из объятий.
— Дорогая, — глуповато произнес он, — какая неожиданность встретить вас здесь.
— Какая неожиданность встретить здесь ВАС, — парировала она. — Ах, профессор… вы плачете!
— Нет, нет, что вы, — торопливо пробормотал он и повернулся к Монро. — Рад вас видеть, Роберт.
— А я вас вдвойне, док, — ответил Монро.
Предводительница что-то сказала ему, Монро ответил на местном языке и вновь обратился к Фросту:
— Доктор, это — моя старшая сестра Маргри, Эктун Маргри… майор Маргри, примерно так это переводится на английский.
— Она была очень добра ко мне, — сказал Фрост и поклонился в знак признательности. Маргри, сцепив руки, прижала их к груди и наклонила голову, сохраняя безучастное выражение лица.
— Она приветствует вас как равного, — объяснил Роберт-Айгор. — Я попытался перевести титул «доктор» как можно точнее, и она решила, что вы в одинаковом звании.
— И что мне следует делать?
— Ответить тем же.
Фрост так и сделал, но — неуклюже.
Доктор Фрост посвятил своих бывших студентов в события последнего времени — использовав этот не вполне точный термин, поскольку находились на разных временных осях. Его неприятности с представителями власти заставили Элен негодующе воскликнуть:
— Бедный вы, бедный! Но какие же они дураки!
— Я бы так не сказал, — возразил профессор. — С их точки зрения это было вполне разумно. Но, боюсь, мне теперь лучше не возвращаться.
— И не надо, — заверил Айгор. — Мы вам здесь более чем рады.
— Может, я смогу пригодиться в этой войне.
— Вполне вероятно… Но вы и так уже сделали больше, чем кто-либо другой, когда помогли мне попасть сюда. Мы теперь со всем этим работаем.
Широким жестом он обвел комнату.
Айгора освободили от непосредственного участия в военных действиях и перевели на работу в штаб с тем, чтобы он сделал земные технические разработки пригодными для использования. Элен помогала ему.
— Никто мне не верит, — признался он, — никто, кроме сестренки. Но я смог им продемонстрировать достаточно много, чтобы они поверили в важность моих начинаний и предоставили свободу действий; а теперь они практически не отходят от меня, ждут — не дождутся, когда мы что-либо выдадим. Я уже приступил к строительству реактивного истребителя с ракетным вооружением.
Фрост не скрывал удивления. Как можно сделать столь много за такой короткий срок? Или у времени здесь другая скорость? Значит, Айгор и Элен попали именно сюда много недель назад, если считать по этой временной оси?