Иноверка
Шрифт:
— Знаешь, как у нас в лагерях адаптации говорят? Кому суждено выжить, тот выживет… Там такие невероятные истории были, что любой аналитик, любой статистик и прогнозист голову сломает… Ведь даже по теории вероятности в некоторых случаях не было и одной миллиардной доли. И знаешь, что парадоксально? Ты хоть знаешь, какое количество, можно сказать, чудом спавшихся, в конце концов, не выдерживали, теряли цель и кончали жизнь самоубийством? Так что, главное не потеряться, не сломаться и знать, чего хочешь, а дальше куда-нибудь да приплывешь. А я точно знаю, что если ситуация будет зависеть исключительно
— Ладно. — кивнула на меня рукой подруга. — Надеюсь, ты права.
Мы замолчали и практически синхронно глотнули остывшего чаю, так же, практически синхронно поморщились.
— Так и какие у нас кандидатуры? — спросила Элена. — Где искать думаешь?
— Да, так… Решила список бывший прошерстить. Насколько мне известно, все они ещё свободны…
— Чего?! Ты точно рехнулась! — пискнула женщина и схватилась, словно ища поддержки, за свой еще ели заметный животик.
— Нет. Я в норме. — улыбнулась, разглядывая симпатичное веснушчатое личико подруги. — Просто, мы друг друга знаем и хорошо представляем, какие фокусы и от кого можно ожидать, поэтому составить какой-нибудь брачный контракт, устраивающий всех, не будет проблемой. И да, возобновление старых отношений смотрится более правдоподобно, чем ниоткуда, возникшие новые.
— Угу. — кивнула головой Элена. — С этой стороны, согласна: всё логично. Но как ты заставишь МакЛейна или Крамера пойти на эту авантюру. Я правильно понимаю, что ты на этих парней поставила?
— Ага. — поддакнула. — Поверь, мне есть, что предложить!
— Себя, что ли? — хмыкнула Элена.
— Неее… — покачала головой. — Я себя слишком люблю для этого. У меня другие идейки…
— Ну-ка, Ну-ка…
— Итак, Крамер… Собирается поставить какую-то сногсшибательную постановку, которая либо навсегда его увековечит, либо… Тоже увековечит, но славой великого неудачника. Как говорится, всё или ничего. Уж слишком много помпы, рекламы, споров и рассуждений вокруг неё развернулось. И деньги в неё вкладывать всякие меценаты, продюсеры не сильно хотят…
— Есть такое. — кивнула подруга. — Но ты-то здесь причём?!
— Притом. Я дам недостающую сумму, практически безвозмездно, всего лишь за честь побыть моим фиктивным мужем года два.
— Откуда у тебя такие деньги? — воскликнула Элена, на этот раз схватившись за сердце.
— Отступные от МакДи. Я к ним ни разу не притронулась за время моих странствий, как знала, что понадобятся. Так вот, — вернулась к теме. — я попросила Августа, чтобы он узнал, какая сумма нужна Эрику. Твой муж узнал. И отступных вполне хватает, на её покрытие.
— А вы с Сабиром на что жить будете? — спросил Август, внезапно вошедший на кухню.
— Во-первых, я не собираюсь бросать фотографировать. Во-вторых, Дарина Вольн стоит на позиции, что каждый труд должен оплачиваться, поэтому я ещё получала очень симпатичную зарплату, пока участвовала в работе исследовательской группы. В-третьих, я в любой момент могу воспользоваться счетами Камиллы Джеймс…
— ЭЭЭ. А она-то здесь причём? —
— Ну, Камилла — имя моей мамы, Джеймс — отца…
— Ты хочешь сказать, что Камилла Джеймс — это ты! Что это твой псевдоним?! — Элена догадалась первой.
— Ну, да… Просто, Дарина посчитала, к моей радости, что после устранения всех недочетов «активная технология» быстрее приобретет популярность, если ей будет пользоваться всемирно известный фотограф. Поэтому я делала две работы одновременно, вернее, одновременно делала две одинаковые фотографии одну обычную, а вторую по «активке». Мне даже специальный разделитель придумали, чтобы за один мой щелчок выходила две фотки! В итоге, «активка» шла на исследование…
— А «норма»? — спросил Август, решив, так обозвать обычную фотку.
— По разному… Она делится на разные категории. Изначально, это были просто мои идеи, фантазии на самые разные темы — и они просто шли в моё портфолио. Но нам нужно было такое большое количество изображений и в такой краткий срок, что постепенно напал кризис идей. Поэтому мы стали обращаться в разные журналы, фирмы, где могла понадобиться фотография. Я стала участвовать в различных мероприятиях, снимать самых разных людей, делать открытки… Радовало одно. Искать заказчиков не приходилось. Для начала хватило трех факторов: протекции Дарины и её знакомых, моего нового и, к тому времени уже, огромного портфолио и удача. В смысле, все мои первые заказчики остались довольны и стали постоянными клиентами, а дальше молва понеслась…
Я замолчала, тихо наблюдая картину, как Август то открывает, то закрывает рот, а его жена…
— Никуда не уходи! Сиди на месте! Сейчас мне свой автограф на журнале изобразишь… — сказала и понеслась! Впрочем, в Элене я не сомневалась: в крепкости её нервов и быстроте восприятия была уверена на всю тысячу процентов!
— Так, с Крамером понятно. — сказала подруга, как только я ей чего-то там черканула. — Он у тебя на крючке, а что у тебя с МакЛейном.
— Это просто запасной план, если с Эриком не получится. Но, надеюсь, что до этого не дойдёт
Дошло…. Нет, сначала всё было нормально. Мы встретились с Эриком. Мило побеседовали, вспомнили былые годы, а также всё обговорили и довольные друг другом разошлись.
А потом, перед тем, как пойти к юристу, чтобы составить толковый брачный договор, этот мой «экс» позвонил, чтобы сообщить:
— Хлоя, прости, но ничего не получится.
— Почему? — спокойно спросила я, хотя в душе была готова порвать этого рыжего.
— По дурости, похвастался Стефану, что нашёл недостающую сумму, а он раскрутил меня на объяснение.
— Дальше… — потребовала я, когда поняла, что молчание затянулось.
— Большую часть моей постановки финансирует МакЛейн. Он пригрозил, что отзовет свои деньги… Но за отказ согласился не только оставить, но и покрыть нехватку. Прости.
— Ладно, поняла. Работа для тебя всегда была превыше всего…
— Хлоя.
— Я, действительно, понимаю.
— Хлоя, может тебе стоит поговорить со Стефаном лично. Как-то договориться… Мне кажется, что он к тебе что-то чувствует.
Последнее, что я услышала, сбрасывая вызов. Что ж поговорю. Куда я денусь…