Иностранец ищет жену

Багирова Марина

Глава вторая: Первое свидание

У них был офис Подоле.

Софии нравился этот старый район одного из самых древних городов мира, с его невысокими старыми зданиями и игривыми вывесками баров. Нравилось проходить мимо всего этого веселья, ощущая себя дистанцированной частью живого мира.

В такие моменты, наблюдая веселье других, она особо ярко ощущала, насколько сильно от них отличается.

Коваль Софии Петровне недавно исполнилось двадцать восемь. Она не была самым успешным

человеком, и ее работу нельзя было назвать благопристойной.

София Петровна зарабатывала на жизнь тем, что сводила иностранцев со славянками. Но сводила хорошо, а потому на хлеб с икрой и старую Бэху ей хватало.

Она была умной женщиной, да и красотой не обделена. В детстве, может, и страдала из-за высокого роста, но потом привыкла и смирилась. А со временем поняла, что не такая уж она и высокая, и её рост — это скорее плюс, чем минус.

София Ковать могла бы считаться весьма успешной женщиной, если бы не один дефект.

София Петровна не любила людей!

Она-то, нелюбовь эта, мешала ей считаться (или считать себя) полноценным человеком.

Она людей не любила, но понимала. Какое-то внутреннее чутье всегда ей подсказывало, чего люди вокруг нее по-настоящему желают, потому-то ее авантюрное брачное агентство так быстро взлетело и стало прибыльным.

При желании, София умела найти правильные слова, умела убеждать.

Ум, внешность, манеры — всё это создавало вокруг неё определенный антураж.

Увы, это была только внешняя картинка. Правда была в том, ЛЮДИ благовоспитанной Софии Коваль мешали. Вот как-то так и получилось, что к своим двадцати восьми София не только не обросла глубокими социальными связями — она и старые, данные ей от рождения, загубила.

У нее были родители и младшая сестра. Ни с родителями, ни с младшенькой София близка не была.

И если сестричка Нюта еще к ней, бывало, захаживала: проспаться после бурной ночки, чтобы родители не увидели, в каком она состоянии, или денег занять, то с родителями София не виделась не чаще раза в год, хоть те жили в одном с ней городе. Не потому, что родители не хотели. Родители чувствовали, что не хочет она. А почему она не хочет, София и сама не могла понять. Возможно, потому что родители — они тоже люди, а людей София недолюбливала.

София осознавала свою ущербность. Ей было неловко каждый раз, когда мама пыталась ее обнять, а София не могла ответить на объятие. А если отвечала — это была всего лишь формальность.

София не испытывала к своей любящей матери и не менее любящему отцу никаких эмоций. И те это прекрасно понимали.

София испытала облегчение, когда у Анны и Игоря Коваль, её родителей, появилась Нюта. Эта девочка была полна любви, настолько, что даже Софию, свою льдину-сестру, умудрялась любить. Нюта давала родителям то тепло, которое София дать не могла.

… Женщина зашла в свою квартиру на Подоле.

Ей навстречу

выбежал Аристократ — кот дворняжьей крови, что когда-то был насильно вручен Софии сестрой со словами «смотри, кого я в лесу нашла». Что Нюта делала в лесу до сих пор оставалось загадкой, но кот, на удивление, у Софии прижился. Кот — не человек, вот и прижился!

Она приготовила себя ужин, сварила кофе. Залезла на диван и, укрывшись пледом, потянулась к ноутбуку. И сразу же принялась за Эриха Ноймана.

В первую очередь — скинула ему обещанные фото. Затем— анкеты девушек, которые ему могли бы понравиться.

Ответ пришел спустя каких-то двадцать минут. Немец просил назначить встречу с двенадцатью девушками. Двенадцатью!

София сразу же разослала тем кандидаткам, что жили в Киеве или его агломерации, письма. Скинула фото Эриха и сказала, что, если есть желание, девушки могут встретиться с ним в субботу.

Ответы пришли от трех девушек. София не волновалась — остальные тоже ответят, как только прочитают сообщение, и увидят анкету Ноймана.

— Какой неразборчивый, — подумала женщина, рассматривая анкеты выбранных им девушек. — Смотри, Ари, у этой татуировки на лице, а вот эта — папина дочка.

Она не понимала, по какому критерию он выбирал девушек. Они были такие разные — разные семьи, возраст, типаж. Единственная общая «черта» — все приходили к ним на мероприятие семнадцатого августа. Но разве по такому можно выбирать?!

Госпожа Коваль назначила на субботу три так называемых «свидания», посчитав, что этого будет достаточно. О чем сообщила Эриху, скинув ему сообщение на почту. И почти мгновенно (делать ему нечего!) получила ответ.

Нойман прислал геолокацию ресторана, в котором хотел бы встретиться с невестами.

Он выбрал ресторан «Дом10», что находился в одном из самых старых домов на Подоле. София удивилась, откуда у него такие познания о городе.

Женщина отложила ноутбук в сторону, и взяла на руки мурчащего кота.

— Ну что ты, Ари, не царапайся!

Она с содроганием думала об их встрече. Антипатия — сильная, липкая, за вечер, казалось, разрослась до вселенских масштабов. Было в этом немце что-то хищное, будто он охотник, выслеживающий свою жертву.

— Выслеживающий жертву. Какое пошлое сравнение, — фыркнула женщина.

От него хотелось спрятаться. София гнала эти мысли прочь, старалась не поддаваться панике. Она для себя решила, что ни в коем случае не позволит ему понять масштаб ее антипатии. Хотя, если судить по первой встрече, он и сам не горел желанием с ней видеться.

Она прижала к груди кота — единственное живое существо, которым София более-менее дорожила, и свернулась на диване калачиком. И подумала, что люди — самые настоящие животные, ведь, оценивая человека, они до сих пор руководствуются инстинктами.