Иномирянка
Шрифт:
Арнау — мой брат, а не раб. Он никогда не был моим рабом.
Мой взгляд скользит по могиле Дарданы, а потом я иду к конюшне, сажусь на своего жеребца и скачу галопом, пока не вижу аббатство.
Тогда я предстаю перед Богом.
Уйлир ведёт меня в небольшую комнату, и я сажусь в кресло рядом с арочным проходом, ведущим на балкон. Я кладу локти на бедра, а Уйлир усаживается в другое кресло.
— Ты волнуешься, — говорит он.
— Алиса умирает.
— Ничем не могу помочь. Мы не вмешиваемся, ты же знаешь.
Я
— Я сделаю всё что угодно.
Он наклоняет голову и смотрит на меня. Уголки его губ изгибаются.
— Ты станешь сенатором, — говорит он.
— Хорошо.
— Я буду направлять тебя, и ты будешь меня слушать.
— Хорошо.
— Ты будешь мне должен, — Уйлир поднимается на ноги. — Подойди, — он машет мне рукой, побуждая подойти поближе.
Я поднимаюсь на ноги и останавливаюсь в двух шагах от него. Он трогает брошь на своём одеянии — это орёл с распростёртыми крыльями. Плотный электрический синий туман окутывает нас, покалывая мою кожу, как крошечные иглы. Я чувствую странный запах — острый и свежий, как воздух перед дождём.
— Что это такое, чёрт возьми? — рычу я.
— Портал, — говорит Уйлир. — Моя собственная разработка. Я чертовски хорош, не так ли?
— Ты чертовски жуткий тип.
Я делаю резкий вдох, и моя голова начинает кружиться. От нахлынувшей тошноты я сгибаюсь, сжимая руки на животе. На мгновение я закрываю глаза, а когда открываю, то оказываюсь перед Нассарой.
Уйлир хлопает меня по спине.
— Веди меня, мой друг.
Алисса
Мне очень больно, и вокруг только темнота.
Хриплый голос зовёт меня:
— Алисса, дзиэта, проснись.
Тьма, вцепившаяся в меня своими когтями, режет невидимыми ножами и мучает холодом. Затем будто электрический ток пронзает меня, делая мои мышцы твёрдыми. От нахлынувшей боли я кричу.
Ещё один толчок. Я слышу, как мои собственные кости трескаются и хрустят, и кричу снова. Ещё один толчок. Я плачу.
Яркий свет ослепляет меня, и мои легкие расширяются, стягивая болью грудь. Затем чьи-то горячие губы касаются моих.
— Дай ей отдохнуть, — говорит глубокий мужской голос. — Она в порядке, и ребёнок в её утробе тоже, — есть что-то жуткое, но соблазнительное в этом голосе.
Мои глаза слезятся, и я не вижу ничего, кроме серой стены тумана.
Сначала мои мышцы горят огнём, но постепенно я чувствую только тупую боль.
Большая теплая капля густой жидкости падает мне на лоб. Запах трав оседает в ноздрях, когда капля скользит по моему виску и щекочет кожу.
— Теперь всё официально, — говорит жуткий голос. — Ты поблагодаришь меня позже, Ваан.
Темнота отрезает меня от реальности, и некоторое время я парю в неизвестности, пока неведомая сила не вышвыривает
Я открываю свои глаза. Потолок надо мной вращается, как и лицо Ваана, смотрящего на меня сверху вниз.
— Мой маленький цветок, — говорит он, и его голос дрожит.
— Что случилось? — мое горло настолько сухое, что получается только хрипеть.
— Эта стерва чуть не убила тебя, но не волнуйся. Она больше не причинит тебе вреда.
— Дардана?
— Она очень далеко отсюда.
— В Алом городе?
— В Алом городе.
Я дрожу и пытаюсь поднять руки, но боль обездвиживает меня.
— Спокойно, дзиета, — говорит Ваан. Он массирует мой живот и целует меня в лоб. — Я буду заботиться о тебе.
Мне нужно время, чтобы восстановиться и встать. Ваан охраняет меня день и ночь. Он массирует мои слабые мышцы, кормит меня, купает. Он любит меня.
Мой живот округляется и растёт. Теперь о случившемся напоминает только тонкий шрам на щеке и несколько на груди.
В каждой клетке моего существа есть жажда жизни.
Я хочу жить, любить и держать своего ребёнка на руках.
Правду говорят — побывав между жизнью и смертью, начинаешь по-другому смотреть на происходящее. Ты перестаешь волноваться и начинаешь ценить каждое мгновение. Ты живёшь, любишь и наслаждаешься.
И я очень люблю своего мужа.
Я далеко от Земли, но я нашла свою настоящую любовь здесь.
***
Мы прогуливаемся по тропинке, которая тянется через сад, я держу Ваана за руку. Вторая ладонь лежит на огромном животе. Ваан кладёт свою руку мне на затылок и говорит:
— Я хочу, чтобы ты встала на четвереньки.
— Здесь?
Он указывает пальцем на круглую беседку, окутанную растительностью всех оттенков зеленого и фиолетового. Крохотные зелёные насекомые и синие птицы населяют густую зелень.
— Я хочу засунуть свой член в твою мокрую киску, Алисса. Сейчас.
Волнение пульсирует в моих венах. Я возбуждена так же, как и мой муж. Он тянет меня внутрь беседки и мягко толкает так, чтобы я поставила колени и руки на матрас, расстеленный на полу.
Я прикусываю нижнюю губу, когда он становится на колени позади меня и приподнимает платье до пояса. Он скользит ладонью по моей ягодице, пока его рот дарит мне горячие и влажные поцелуи. Он утыкается лицом мне между бедер, и я дрожу от его горячего дыхания. Ваан проводит языком по моему набухшему клитору, заставляя меня вздрогнуть.
— Ты подаришь мне ещё четверых детей, — говорит он, когда головка его члена кружит вокруг моего входа.
Я стону, когда он мягко толкается.
Ваан двигает бёдрами и скользит членом глубже, дюйм за дюймом. Я задыхаюсь от его силы. Он трахает меня медленно, каждый толчок как обещание блаженства.