Иномирянка
Шрифт:
По крайней мере, он честен.
Я вскрикиваю, когда он сильно вонзается в меня, и моя спина скользит по холодной неровной стене.
— Мне нравится, — говорит он, когда его сильные толчки заставляют меня хныкать.
Наши губы встречаются — его голод сталкивается с моим в пылком танце наших языков, и он трахает меня так, будто хочет пронзить.
Я стону. Мой крик эхом отдается в коридоре, затем следует его рычание. Мы задыхаемся и целуемся.
Я чувствую, как пот струится по моим грудям.
— Я
— Когда у нас свадьба? — хриплю я.
— Скоро, дзиэта.
— Ты вернёшь мне мою свободу?
— Нет.
Ну, я знала, что это будет нелегко, но, по крайней мере, попыталась.
Я опускаю ноги на пол, его член выскальзывает из меня.
— Иди в спальню, — говорит он. — Я скоро к тебе присоединюсь.
— Пойдем со мной. Они пьяны и заняты.
— Они мои гости.
— Они…
Он не даёт мне договорить.
— Ты слишком много говоришь.
— Ты хочешь иметь жену? Жены много разговаривают.
Он сжимает мою задницу, затем поворачивает меня и подталкивает вперёд.
— Я только отдам приказы Вогги и Арнау.
Я оборачиваюсь и подмигиваю ему.
— Люблю тебя, большой страшный волк.
— Кто такой волк? — спрашивает он.
— Волки — это животные на Земле. Они красивые и благородные хищники. Они спариваются с одной самкой на всю жизнь.
— Как мы с тобой? — в его взгляде радость.
— Как мы с тобой.
Он усмехается и уходит.
Я иду в спальню, и моё тело сковывает пелена усталости. Мой разум всё ещё немного затуманен. Когда я ставлю ногу на ступеньку и кладу руку на перила, что-то врезается мне в спину, выбивая воздух из лёгких, и я начинаю падать с лестницы.
Говорят, что ты видишь всю свою жизнь перед смертью.
Я вижу — мою маму, мою бабушку, мою лучшую подругу Лизу и Ланни.
У меня в голове шумит взрыв, а потом приходит чистая тьма.
Глава 12
Ваан
Арнау проходит мимо меня, и тут я слышу крик. Алисса. Её голос. Мы с Арнау срываемся и бежим. Когда я достигаю лестницы, то вижу её лежащей внизу в луже крови. Её руки раскинуты, и она похожа на тряпичную куклу. Из носа девушки хлещет кровь.
Я бегу вниз по лестнице и становлюсь рядом с ней на колени. Арнау становится на колени с другой стороны.
— Дардана выскользнула сразу после вас, — говорит Арнау, и его голос дрожит от сдерживаемых эмоций.
Я опускаю голову и чувствую дыхание Алиссы на щеке.
— Ты думаешь, это сделала Дардана? — спрашиваю я, прощупывая шею Алиссы, чтобы оценить её травмы.
Я знаю, как проверить, поврежден ли шейный отдел позвоночника. Группа моих
— Я знаю, что это сделала она, — в голосе Арнау чувствуется ярость.
Я смотрю на него.
— Разберись с ней, но будь осторожен.
Он склоняет голову, и его лицо превращается в безэмоциональную маску. Больше не нужно ничего говорить.
Я скольжу одной рукой под спину Алиссы, а другой под бедра, в то время как Арнау поднимается на ноги и шагает прочь.
Я несу Алиссу в нашу спальню и аккуратно укладываю. Её правая рука выглядит сломанной, и, кажется, повреждено несколько рёбер. Если её череп проломлен, то она не выживет. Мой разум отстраняется. Нет, я не позволю ей умереть.
Я продолжаю осматривать её тело. Дыхание Алиссы поверхностное, а губы окрашены в фиолетовый цвет.
— Я запрещаю тебе умирать! — говорю я. — Ты слышишь меня? Никто не бросает мне вызов.
***
Арнау выравнивает лопатой верхний слой почвы, затем останавливается, и мы смотрим на образовавшийся холм.
— Мы должны были сжечь её тело, — говорит Арнау. — Теперь она будет вечно бродить в тумане.
— Она не заслуживала быть сожжённой, — я позволил ей отдыхать в земле, потому что она была мне полезна. Если бы я оставил её тело гнить за пределами Нассары, то она бы превратилось в тлен. — Я был достаточно щедр.
Арнау кивает несколько раз.
— Я сказал солдатам, что она уехала в Алый город. Они ничего не подозревают.
— Хорошо.
Я должен был послушать Гоар. Я должен был избавиться от Дарданы давным-давно.
Мой маленький цветок умирает, а Арнау пришлось перерезать горло свободной женщине.
— Я собираюсь в аббатство, — говорю я. — Ты знаешь, что делать.
Он склоняет голову.
— Как всегда.
Я кладу руку ему на плечо и сжимаю.
— Возьми Алмаст в жены.
Он улыбается мне.
— Я хочу Keнди. У неё очень красивые бедра и хорошее чувство юмора. Алмаст слишком неорганизованна.
— Хорошо. Возьмёшь Кенди. Потом, — я делаю глубокий вдох. — Хорошо быть счастливым в жизни, мальчик.
Тишина окутывает нас — болезненная священная тишина.
— Алисса любит тебя, — говорит Арнау. — Она предназначена для тебя. Теперь я это вижу.
Я улыбаюсь самому себе. Я давным-давно позволил ему быть свободным, поэтому он говорит со мной, как свободный человек. Я подготовлю бумаги, чтобы всё было официально, как только вернусь из аббатства. Он должен быть мне равным.