Иннокентий 2
Шрифт:
— Он спрашивает, где кто-нибудь сможет его понять?
— Ой, а вы понимаете!
Вокруг Иннокентия сразу же расступились. Норг оживился и зачастил. Васечкин остановил его жестом.
— Слой даун плиз.
— А что ему нужно-то?
— Он спрашивает, где может увидеть ваши готовые изделия?
Тетенька зависла, вместо нее ответил молодой мужчина.
— В Минске на заводе. Вот наш адрес.
— Так, у вас и рекламная брошюрка есть? Что же вы молчите.
— Да как-то… У нас должен быть переводчик, но куда-то затерялся.
— Эх, молодые люди.
Народ странно взглянул на Кешу. Тетенька уже пришла в себя и взмолилась:
— Товарищ корреспондент, помогите, пожалуйста, с ним договориться!
— Ладно, попробую. Но потом вы мне попозируете.
— Что угодно!
Пришлось взять на себя функции переводчика. Мужик и в самом деле оказался шведом. Нейтральный статус всегда в целом русофобски настроенного государства помогал хитроделанным скандинавам иметь от Советского Союза кучу преференций. Финны и вовсе десятилетиями жили за счет разницы социалистического и капиталистического подхода к экономике. А то и вовсе подворовывали, то есть брал то, что плохо лежит. Идеи, разработки или лес. Это у них в крови скрысить. Норвежцы до открытия газа на шельфе жили откровенно бедновато.
Вот и этот швед пожелал увидеть самые современные разработки «клятых коммуняк» из провинциальной Белоруссии. Хм, а в Минске есть передовая электроника? Хотя чего Кеше беспокоиться за безопасность Родины? Для этого имеются специально обученные люди. Наладив контакт и обмен, Иннокентий, наконец, смог отойти в сторону. Тут его взял под локоток пронырливый мужичок, в котором сразу же угадывалось «Ответственное лицо».
— Вы откуда английский так хорошо знаете, молодой человек?
— Да не особо и хорошо. С научными терминами незнаком.
— На вопрос ответите?
Ссориться с непонятно кем по чину было не с руки. Пришлось лепить на ходу.
— В школе у нас появилась молодая учительница. С большого города. Отрабатывала после института. Вот у нее и выучился.
— Молодая?
— Так она у себя в большом городе в спецшколе училась. Вот и подтянула всех по английскому.
— Вот как?
Мужичок смотрел с недоверием, но руку убрал. Кеша сам перешел в атаку, придав голосу убедительности:
— А вы разве не верите в советских комсомольцев? Что они могут поехать в глубинку поднимать образование?
«Ответственный» сразу пошел пятнами:
— Да я ничего такого.
— Вот и помолчите, товарищ. Мне работать надо.
Но народ уже потянулся к дверям, начиналась вторая часть конференции. Позади Васечкина раздался голос.
— Кеша, обедать пойдешь?
Глава 6
Гуляй столица!
Кирилл и второй коллега в модном кожаном пиджаке уже успели убрать технику в кофры.
— Конечно.
— Это, кстати, Марк, будьте знакомы.
— Привет.
Чернявый до синевы и острым профилем лица Марк был холоден и с безразличием сунул Иннокентию руку. Ладошка потная, неприятная. Но не детей же им вместе крестить! Кирилл, наоборот, оказался парнем покладистым и говорливым. А может, протекция Сикорского свое
Васечкин повернулся к выходу, но его остановил пронырливый коллега:
— В этом здании все есть. Центральный концертный зал на 2,5 тысячи мест и двухзальный кинотеатр на 1,5 тысячи мест. Там и концерты самых популярных артистов проходят и премьеры киноновинок. Целое мини-государство внутри столицы. Потому и называется так ёмко — «Россия»! Мы вот тут пройдем. Не бойся, меня здесь знают.
И в самом деле, на пути в буфет их никто ни разу не остановил. Видимо, если ты уже внутри и спешишь куда-то с деловитым видом, то значит, тебе положено. Наглость — второе счастье! Буфет на третьем этаже выглядел относительно современно. Можно сказать, дизайн в западном стиле. Неужели валютный? Иннокентий слышал о таким, но по понятным причинам бывать в них не приходилось. Во всяком случае тутошнее заведение хоть выглядит по-человечески. Стандартная едальня в столице обычно выглядела так, как будто из диких краев выскочила. Грязно, неуютно и далеко не всегда вкусно. Здесь же фирменная отделка, дизайнерская мебель. Скорее всего, все импортное. Кофемашина стоит и весьма изобильный прилавок радует.
«Однако, тут и цены!»
Прижавшись, Иннокентий взял кофе, не мог отказать себе, так вкусно им пахло и блинчики со сметаной.
— Кеша, с грошами проблемы?
Кирилл запихивал в себя основательный бутерброд с осетриной. Марк взял кофе и маленький рогалик. При его худобе он, скорее всего, и ел немного. А Кеша в ответ отпираться не стал.
— Приехал в Москву недавно, с халтурами так себе. Да и живу пока в Зеленограде.
— Не самое плохое местечко. От их Центра сюда?
— Ага.
— Ничего, обтешешься, найдешь свою дорогу к бабосикам. Или ты по карьере?
— Хотелось бы того и другого, можно без хлеба. А что, много путей, чтобы лавэ поднять?
— Чего поднять?
Кирилл захохотал, а Марк в первый раз обратил на Кешу внимание.
— Да есть в знакомцах продвинутые пацаны, сленг у них свой.
— А ты не так прост. Но посыл твой понятен и объясним, — протянул коллега, пихнув локтем брюнета. — Это Марек у нас из обеспеченной семьи, нам же простым пролетариям самим дорогу пробивать требуется.
— И все-таки?
— Да каждый ищет по себе. Мой, например, напарник заготовки для дембельских альбомов делает. В стройбате кавказцы хорошо разбирают. Но сам в военные части лучше не суйся. В каждой какой-нибудь прапорщик халтурит. И у него все схвачено через знакомых. Детсады и школы также все прикрыты плотно халтурщиками. Можно хапнуть заказ другой, но не более. Это на окраине нужно в новых учреждениях поискать.
— Мелочи это все, — лениво протянул Марк. — Хочешь настоящих денег, найти подход к издательствам. Но там, возможно, побегать поначалу здорово придется. Кирилл, знаешь Мохнатого?