Инкубийственные интриги
Шрифт:
Поэтому все трое двигались очень медленно, прогулочным шагом. Двое — напряженно следя за третьим, а третий — из последних сил стараясь не упасть, кусая губы и сосредоточенно шепча…
Сначала — привычные храмовые молитвы. Но они почему-то не помогали, а только отвлекали, потому что перед глазами начинали мельтешить воспоминания. А когда вместо ступеньки лестницы ты видишь оскал монстра, сидящего на тебе сверху, или алтарь, на котором разрывают на части того, с кем ты прожил рядом более десяти лет, то идти вперед лишь сложнее.
Молитв Наинэ, богине воинов, подходящих
Поэтому начал просто считать ступени. Это очень важно — сосредоточиться, изучить взглядом каждую выбоинку, каждую щербинку, каждую неровность… поудивляться гладким целым краям — ведь крепости, наверное, очень много лет! И только потом поставить одну ногу, упереться на нее, вцепиться в перила и поставить рядом вторую… Сто двадцать восемь? Да, сто двадцать восемь с того момента, как он начал отсчет. Впереди еще… вечность…
Тут идущий впереди мужчина обернулся, и Азмирк, сжав зубы, быстро сделал несколько шагов подряд… Покачнулся, ухватившись за перила сразу двумя руками. Голова кружилась все сильнее и сильнее…
— Крови много потерял, — услышал он через вязкую вату, но разглядеть, кто это сказал, уже не смог — серый туман затопил все вокруг.
Но потом вновь стали проступать страшные морды, кровь повсюду… море крови, в котором он тонул, захлебывался, давился и закашливался… А еще стали слышаться чавкающе-всасывающие звуки, крики жертв на алтаре… хруст костей близко-близко, буквально над ним…
Иногда появлялись раскосые сине-зеленые глаза, глядящие на него в упор… и страшный клыкастый рот… и кусок мяса у монстра в руке… в руке, которую тот протягивал тонущему в море крови юноше… и…
…муравей, ползущий куда-то по своим мирным делам.
Азмирк очень обрадовался, когда вместо мелькающих сквозь туман кошмарных картин увидел этого муравья, быстро спешащего по земле и совершенно не замечающего, что творится вокруг. Словно старого знакомца встретил!
Как только юноша стал следить за деловой букашкой, засасывающее его кровавое месиво испарилось, начали проступать очертания храма, еще не уничтоженного… и лес вокруг, немного не тот, к которому он привык, но настоящий, живой… пахнущий хвоей и травой, и… солнце ярко засветило в глаза, заставляя их открыть.
— Уф! Ты как? — приподнявшись на локтях, Азмирк с удивлением уставился на сидящего рядом с ним парня. Его убили в самом начале, юноша хорошо это запомнил, потому что даже позавидовал чужой храбрости. Он вот не смог кинуться на монстров одним из первых, лишь с копьем в руке… Только со всеми, толпой.
— Вроде бы в порядке. Это был сон? — Азмирк, нахмурившись, внимательно оглядел сначала родной до самого последнего камушка храм, а потом совершенно чужой и незнакомый лес за забором.
— Если ты про жуткое землетрясение, то нет, это действительно случилось — наш мир изменился. Теперь многие боятся покидать храм, только самые храбрые выходят и постепенно изучают все вокруг. Главный жрец считает, что мы выжили потому, что усердно молились, так что теперь все тихса-каны молятся еще больше, чем раньше. А нам, наоборот, оставлены обязательными только утренняя и вечерняя молитвы. Потому что основная наша
— А аусваинги? — опасливо уточнил Азмирк, почему-то ощутивший, что его… предали?.. бросили?.. обманули?! Кн-иг-о-ед-.-нет
— Ты тоже их видел? Несколько дней назад мы нашли в лесу четверых наших рахса-канов. Они постоянно упоминали аусваингов, но ничего путного от них добиться не вышло. Они не помнят большое землетрясение, наверное, потеряли сознание, как и ты… Я думал, что ты уже не очнешься! Все время метался, кричал, руками размахивал… Главный жрец над тобой уже отходную молитву прочитал. Один я верил, что ты выкарабкаешься!
Азмирк попытался улыбнуться, уселся и даже благодарно склонил голову перед тем, кто верил и заботился о нем какое-то время. Вот только почему-то совершенно не хотелось признать, что все случившееся — нападение аусваингов на храм, алтарь, крепость… предназначение… что все это ему померещилось. Нет! Он все ясно помнил, слишком ясно! И Итшуана… И как в него вливали кровь, а он кашлял и захлебывался. Да, в крепости, это было еще в крепости, через вязкую вату в ушах и серый туман в глазах он все равно вспомнил того мужчину, который привел его, и другого, второго, который водил их в душевую, и… Итшуана. Они все трое по очереди сидели у его кровати и поили его кровью. А потом…
— Прости…
Азмирк с усилием встал — мышцы слегка ослабли, но это не беда, он быстро восстановится. Осторожно, по стеночке, юноша дошел до ворот храма, посмотрел на двух рахса-канов, но те не стали мешать ему выйти.
Оглядев незнакомый лес, парень побрел по тропинке как можно дальше, потом присел на землю, оперевшись спиной о толстый ствол. Глубоко вдохнул и заорал, задрав голову вверх:
— И-и-и-и-итш!
Кричал он, пока не охрип. А после, закрыв глаза, сидел и едва сдерживался и старательно дышал, успокаиваясь. Нет! Не могло такое привидеться! Землетрясение? Харакел парах! Нападение аусваингов!
…Лес пах насыщенно, ярко, головокружительно… весной!.. Одуряюще пьяняще пахло весной, и оглушающе звонко распевали птицы. Тихие «перефьюти», опасливо-настороженное «чьиви»… Суймеры было не слышно и не видно, зато… Азмирк печально улыбнулся, расслышав в общем весеннем гомоне знакомое до боли «тирли-лирли».
Нет, может, землетрясение и было, но и нападение аусваингов тоже! Даже запястье заныло, едва юноша вспомнил, как его и Кнека тащили в крепость…
Поднявшись, Азмирк постоял, держась за дерево и оглядываясь вокруг, потом еще раз на всякий случай выкрикнул:
— Итш!
Подождал, убедившись, что никто не откликнется, и побрел обратно в храм. Там он первым делом нашел тех четверых, с которыми вместе, связанный, ждал своей участи, стараясь не смотреть, как гибнут на алтаре их товарищи. Не смотреть, не слышать… Теперь им дали возможность все забыть. И четверо из выживших ею воспользовались.
— Не помним мы ничего! Отстань, Аз! Мне только по ночам перестали кошмары сниться…
— А что снилось?
— Я не хочу говорить об этом…
— А тебе снились странные птицы, потом обернувшиеся в еще более страшных старух?!