Инкуб
Шрифт:
Это какое-то безумие! Безрассудство, подумалось ей, потому что она ясно осознала, что хочет. Хочет Марса Блицкрига.
Обреченный вздох вырвался из ее груди, пока девушка медленно отвела руку и включила холодную воду, такую, чтобы стало больно. Что бы реально не по себе. Чтобы смыло все мысли, и, остались вопящие реакции тела на обжигающий холод. В мороз, в стужу, в стынь, в хлад, лишь бы ушло наваждение. Жар по немного уходил из ее тела и головы. Венера выдохнула, продолжая терпеть стылые струи на коже.
На вечер назначена была еще одна операция, ассистировали
Венера устало переключила кран на теплый режим струй.
Сегодня она спасла жизнь человеку. Не чудо ли – пересадить почку от мертвого человека живому, и та оживет, обрастет кровеносными сосудами и подарит годы жизни. Любая жизнь стоит того. Стоя в душе, она некоторое время раздумывала как снять сексуальное напряжение? Нужно будет кого-то найти. И придется искать новый спа-салон.
Глава 5
Больше преград и конкуренток не было, но именно свадьба Алисы все сломало. Венера понимала с каждым днем все лучше и лучше, как много места занимали в ее жизни Алиса и Андрей. Теперь нет соперницы. Нет любовницы. А они с Андреем есть. Она решилась на разговор, разыскав исчезнувшего из ее жизни мужа и договорилась с ним о встрече через три недели.
Учитывая, как Андрей реагировал на решение Алисы, с последующим запоем и вытекающими из него последствиями, выглядел он плохо. Его помятый, исхудавший вид не радовал.
– Как ты? – спросила она, разглядывая его за рулем.
– Нормально.
– Что с Курумканским?
Она и сама знала, что? Тот поступил, как обещал. Венера надеялась, гнев пройдет и тот возьмет Андрея обратно. Должен же понимать, что он одаренный врач. Иначе, в Улан-Удэ Андрея вряд ли куда возьмут. Работу он по хирургии точно не найдет. Авторитет Курумканского велик настолько, что другие побоятся взять его к себе. Если разведётся с ней, дочерью Ламы, здесь ему больше не удастся жить комфортно. Так что развод для Андрея в социальном плане смерти подобен. Венера покачала головой, взвешивая про себя все за и против. Друзей точно поубавится.
– Чем занимаешься?
– Вожу.
Студентом он подрабатывал на подстанции скорой помощи.
– А качалка?
– Взял первое, что предложили. Соблазнов меньше, - сообщил он, не сводя глаз с дороги.
Они почти приехали к их общему дому, в котором прожили пять лет. Последний год, как друзья-соседи. Андрей остановил машину и замер, глядя впереди себя.
– Что будешь делать?
Андрей продолжил смотреть вперед, а затем развернулся всем корпусом к ней, развел руками.
– А что предлагаешь?
Она усмехнулась:
– Может жить.
– Жить?
– Случившееся не конец света, верно?
Он ушел в себя, на пару секунд напрягся, а потом его мышцы расслабились, словно отпустил их кто и ослабил внутреннее напряжение.
– Верно, - глубоко вздохнул. – Не думал, что все
– С ней?
– С нами, - он посмотрел в ей глаза, с долей разочарования.
– А что с нами?
Они двигались давно и резво в сторону развода. Венера смирилась, признала факт любовницы, хотя это совсем не мешало дразнить и соблазнять мужа. Все шло по накатанной и вдруг закончилось. Обычные роли преломились, исчезли. Как ломается нечто древнее, хрупкое, держащееся на одном честном слове. Так же и у них. Их хрупкий брак держался на Алисе. Древний как мир треугольник, базовая структура в отношениях между людьми не связанных прочными узами, но предпочитающих думать иначе. Венера улыбнулась, этому внутреннему открытию.
– Я же знаю, ты меня любишь, - Андрей улыбнулся.
Он помолчал, не дождавшись ответа, предложил:
– Поедем, выпьем чего-нибудь, малая. Завтра машину заберешь.
Венера не стала спорить, ей и самой хотелось расслабиться. Обдумать, то что только что до нее дошло. Последние недели в больнице было много операций, так что и в самом деле стоило отдохнуть. Все равно Батыр Хазанович неожиданно расщедрился.
– Погуляй несколько дней, - изрек он отцовским тоном, когда она звонила ему в последний раз. – Вызову.
Разве можно ослушаться начальство?
К десяти вечера они сидели в кафе. Юрта, столики, запах жареного шашлыка, тянущийся с мангальной зоны на улице, и импровизированная сцена, где всегда найдется желающий что-нибудь исполнить, спеть-сплясать. Место принадлежало оперной певице, и мечтающих о меценате хватало. Они пили пиво и слушали рок-металл в компании близких друзей. В основном Андрея. Ей нравилась атмосфера.
В полночь, когда большинство знакомых уехало домой, и Венера засыпала на плече мужа, к ним подсел мужчина.
– Знакомься, - «хорошим» голосом добродушно представил Андрей.
Несколько удивленно, насколько это возможно в состоянии опьянения, Венера уставилась на незнакомца. На вид тот был средних лет, респектабельной внешности. Мужчина имел широкое лицо с флегматичными чертами и высоким лбом. Волос пепельный. На коже виднелся загар. Она нехотя протянула руку.
– Георгий Тукаев, корпорация «Сафино», - пожал он в ответ, рассматривая ее в ответ.
В мужском взгляде таился интерес, нечто, что ей совсем не понравилось. Название корпорации казалось знакомым. Не настолько, чтобы вспомнилось, некоторые их препараты имеют созвучный логотип и используются в операционных.
Музыка грохотала на грани шума, народ разгорячился, кричал, танцевал, о чем-то спорил. Она же силилась разлепить глаза и понять, чем он так интересен. Мужчина казался привлекательным, даже очень. Хорошая стрижка, ухоженные ногти, стильно сидящая на тренированном теле рубашка, массивное золотое кольцо на обручальном пальце. Он будто сошел с обложки журнала о бизнесе, рекламирующего дорогие часы и костюмы.
Венера вопросительно посмотрела на мужа.
– Пойдем домой.
– Он вербовщик, - заерзал Андрей, подгребая ее, сонную и расслабленную, под руку. – Ищет таланты.