Инкарнатор
Шрифт:
Охрана блокпоста была хорошо и разнообразно вооружена. Тактические шлемы, тяжелая и средняя броня, кинетическое и импульсное оружие. Я заметил даже двух тяжеловооруженных бойцов в массивных трехметровых экзоскелетах. Сервомоторы до сих пор исправно работали, в таких кибернетических доспехах можно было легко гулять под пулеметным обстрелом.
— Это «Ангелы», типа наши легионеры, — тихо прошептала мне Тара. — Видишь парней в кидо? Один из них бывший Воин, сбежал из Джайпура. Ты лучше молчи, я сама все скажу.
На черных нагрудниках повторялся белый трафарет человека, распростершего крылья. Символ «Ангелов», наследников Ангела, герб форта
Бойцы на блокпосте проверяли личности входящих, снимая ДНК-отпечатки с помощью черного планшета. Если прикосновение Тары не вызвало никаких вопросов, то от моего по экрану разбежались большие красные круги и мяукнул тревожный сигнал. На меня тут же нацелились счетверенные стволы гаусс–пулеметов бойцов в кибернетических доспехах.
— Грэй, спокойно, — вполголоса предупредила девушка, — сдай оружие и криптор… И не дергайся, я сама все скажу.
Подойдя к старшему охраны, она начала что–то тихо и долго втолковывать хмурому бойцу. Меня в это время полностью обыскали и заставили сложить оружие, нож и кольцо–криптор в небольшой металлический ящик. Наконец «Ангел», беседующий с девушкой, неохотно кивнул, и нас обоих под конвоем отправили дальше, в металлическое жерло тоннеля.
Я подумал было, что проверка закончена, но все оказалось не так просто. Тару увели дальше, а меня провели чуть дальше по коридору, оказавшемуся огромным длинным шлюзом, снабженным двумя круглыми толстенными дверьми, зависшими над входом и выходом. В конце тоннеля мерцал солнечный свет, но до него мы не добрались: конвоиры втолкнули меня в одно из неприметных помещений, прятавшихся в стенах. Внутри не было ничего, кроме голых стен и ряда металлических скамеек, привинченных к полу. Один из «Ангелов» ловко и деловито пристегнул меня к ним наручниками и вышел. Снаружи лязгнул и заскрипел закрываемый замок — меня заперли.
Мико: Ничего страшного, обычная проверка подозрительных людей. В связи с присутствием вблизи враждебного Конвоя Бродяг вполне разумные меры предосторожности.
Она была права, но без оружия и без гарантий в голову сами собой лезли нехорошие мысли. Тем более скучать в одиночестве пришлось более двух часов, прежде чем снова заскрежетал замок и в камеру вошел новый человек.
Худощавый и седой. В хорошем статусном черном комбинезоне, справа на груди серебрился уже знакомый крылатый силуэт. Несмотря на возраст, пришелец двигался легко и пластично, как хороший рукопашный боец. Повадки и острый, ощупывающий взгляд сразу выдавали матерого волка. Он мгновенно оглядел и оценил меня, присел напротив.
— Я Константин Нокс, командор «Ангелов», — коротко представился незнакомец. Глобиш, как и у Тары, был отрывистым и каким–то смазанным, но я уже приноровился к их диалекту. — Ты?
— Грэй. Теперь меня зовут Грэй, — ответил я спокойно. — Я из Города.
— Рассказывай, как ты здесь оказался, Грэй. С самого начала.
Тара наверняка уже все рассказала. Значит, это примитивная проверка, чтобы сверить наши показания. Нокс не отрывал глаз от моего лица, установив прочный зрительный контакт. Взгляд был пронизывающим, и более слабый человек наверняка затрепетал бы как кролик перед удавом. У моего собеседника, несомненно, была мощная, подавляющая харизма.
Мико: Внимание, Грэй! Тебе не показалось. Он использует оптический полиграф, функцию своей скрытой глазной аугментации. Лгать нельзя, анализатор психо–физиологических реакций довольно точный.
Я понял. Значит, седой «командор» — из местной службы безопасности. Скрытая аугментация… о таком я не слышал, оба глаза допросчика казались абсолютно нормальными, живыми. Интересно, какие еще сюрпризы меня ждут?
Краткий миг раздумья. Он видит перед собой молодого парня с клеймом Города на лице и запястье, которого подобрали на границе А-Зоны после рейда Легиона. Он наверняка видел кинжал и кольцо, неопровержимо свидетельствующие о клановой принадлежности. Значит, скорее всего, все выводы уже сделаны, и от меня просто ждут подтверждения. Рассказать правду о том, что я Инкарнатор, или продолжать играть роль Грэя, трибута из Тимуса? Каковы могут быть последствия?
В первом случае непредсказуемыми. Скорее всего, сначала мне просто не поверят, сочтут безумцем или мистификатором. Даже если смогу доказать, я слишком мало знаю, чтобы прогнозировать, как повернутся события. Ясно одно, будет обеспечено много абсолютно ненужного внимания. Моя цель — разобраться, что здесь происходит, и вернуться в Город, чтобы открыть тайну своего прошлого. И под маской Грэя сделать это гораздо проще. Значит, решено, играем роль Свена Грейхольма, единственного выжившего из рейдовой группы, но при этом полностью потерявшего память. Оптический полиграф? Я не собирался лгать, да и работают такие проверки только с людьми, не умеющими сдерживать бессознательный «язык тела». Мимику, движения глаз и пальцев, темп сердцебиения и потоотделения.
Мне проще, я не волновался. Абсолютное спокойствие недостижимо, но эндокринные и нервные усиления значительно облегчали контроль над эмоциями. Тщательно подбирая слова, я рассказал собеседнику свою историю: начиная с момента, как очнулся в теле Грэя, упустив лишь незначительные подробности о смертях, воскрешениях и своей инкарнаторской сути.
— Значит, ты из рейда Легиона, погибшего в А-Зоне? — переспросил Нокс. — Любопытно, любопытно. Трибут из Тимуса, молодой Заклинатель? Чем можешь подтвердить свои слова?
— Мой фамильный криптор у ваших людей. Еще есть вот это.
Свободной рукой я протянул ему карточку с данными и фото Свена Грейхольма, болтавшуюся у меня на шее.
— Похож, — кивнул седой. — Я не слышал, чтобы клановые крипторы подделывали, да. Город сообщал о рейде Легиона, а потом мы видели взрыв в той стороне. Я попросил Тару посмотреть, что случилось, и вдруг она находит тебя. Единственного выжившего, потерявшего память — идеальный способ отделаться от неудобных вопросов. Странная история, Грэйхольм. Ты вполне можешь быть шпионом Бродяг или Святош, задурившим девчонке голову. Так?
— Я не шпион. И Бродяг мы убивали по дороге, — чуть нахмурился я. — Тара может подтвердить.
— Да, она даже сделала фотофиксацию трупов, — подтвердил собеседник. — И ты вроде бы не врешь, я чую такие вещи. Но у меня тут немного не сходится, мальчик. Вы прикончили Бродяг позавчера поздно вечером, а потом? Где вы были и что делали еще сутки?
А он действительно проницателен. Очень быстро сопоставил время и нашел лакуну, в которую мы с Тарой провели в Монолите. Так и ловят на вранье, мы с девушкой заранее подробно не договорились, не подозревая подобную проверку.