Инициация
Шрифт:
Спустя миг комната с окнами, выходящими в пустынный иллюзорный мир, накрылась тьмой, а вместе с ней и я.
Глава 29
Глава 29
Глаза открылись, словно по чьей-то ментальной команде. Мутные хвосты сонливости все еще обволакивали сознание, но я понимал, что пора просыпаться. Обычно перед сложными заданиями спалось плохо, но я же вопреки всему беззаботно провалялся в отключке несколько часов. Мне даже казалось, что единственным сном было только пси-вмешательство таинственного незнакомца, передавшего код по отключению
Тело еще помнило вчерашние тренировки, хотя усталости и вялости в мышцах я почти не чувствовал. Если оценивать себя по десятибалльной шкале, то своему состоянию я бы выдал восемь пунктов.
Пролежав с четверть минуты, я встал с койки и аккуратно стянул с живота повязки. Боли не было уже вчера, но легкую скованность в местах ранений я пока что чувствовал. Но вот сегодня от былых ощущений не осталось и следа. Ожоги были плотно покрыты тонкой коркой, которую я с легкостью отодрал. Под ней же теперь темнели пятна полностью зажившей кожи. Я снял повязки с ноги и плеча и обнаружил под ними ту же картину. Похоже, нейроактивация «Улучшенная регенерация тканей» принялась за свою работу сразу после активации, а остатки регенератора в крови помогли ей сделать это.
Вспомнив про улучшения, на которые вчера был потрачен ценный энергопотенциал, я зашел в меню нейроинтерфейса и развернул раздел «Нейроактивации».
Нейроактивации
Комплексное улучшение ФИП-коэффициентов – 1
Укрепленная нервная система – 1
Улучшенная регенерация тканей – 1
Как и ожидалось, к единственному активному улучшению добавилось еще два новых. Если не считать легкого воодушевления от быстро заживших ран, каких-либо необычных ощущений я не испытывал.
Я аккуратно размял руки и ноги и в какой-то момент поймал себя на мысли, что все движения, несмотря на утреннюю сонливость, даются мне легко. Наверное, именно так сказывается действие нейроактивации «Укрепленная нервная система», или же все дело в том, что я просто хорошо отдохнул, а раны окончательно зажили, и теперь организму нет нужды тратить свои ресурсы на восстановление.
Через минуту я уже стоял в душе, обливаемый прохладными струями воды. Стоял и думал. Совсем скоро я отправлюсь на миссию, из которой, возможно, не смогу вернуться. Но меня это не пугало. Напротив, я ощущал некий прилив сил и азарт. Наконец, моя жизнь снова обрела смысл, а от меня стало зависеть не только то, в какой из тюремных унитазов я схожу по нужде, а сам вектор развития секретной военной организации.
Когда я натягивал комбинезон, мои мысли вернулись к Клариссе. О ней я вообще не думал уже несколько дней, но сейчас почему-то вспомнил. Наверное, потому, что даже несмотря на ее поступок, в душе я все равно считал ее родной. И в этот ответственный день перед выполнением сложного задания мне захотелось поговорить с ней. Узнать, как она устроилась после разлуки, и все ли у нее хорошо. Увы, но сделать этого я не мог.
Проходя по почти пустому вестибюлю, я скосил взгляд на дверь, ведущую в лазарет. Замедлил шаг, но
Через несколько минут я уже находился в кабинете полковника, в котором кроме нас с ним никого больше не было.
– Доброе утро, сынок. Ты готов? – спросил Сэмюэль Геррот. Выглядел он бодрым, но во взгляде все же прослеживалось легкое напряжение.
Я кивнул.
– Отлично. Тогда топай в арсенал и надевай свой новый костюм. По заверению профессора Рогинева он должен был восстановить свою целостность на сто процентов. Оружие тоже прихвати.
Я опять молча кивнул, развернулся, собираясь уже покинуть кабинет, как полковник меня окликнул:
– Постой. Буквально пару минут. Хочу поговорить с тобой с глазу на глаз.
Я замер, повернулся. Сказал:
– Слушаю, сэр.
Сэмюэль пригладил свои аккуратно уложенные седые волосы, как будто они в этом нуждались, и проговорил:
– Я хочу, чтобы ты полностью отдавал себе отчет о предстоящей операции. Мы сильно рискуем, отправляя тебя в портал. Ты должен понимать, что… – он сделал паузу и тяжело вздохнул, – что ты можешь не вернуться.
И с чего вдруг он так расчувствовался?..
– Я понимаю, сэр. За свою прошлую карьеру военного я ни раз и ни два участвовал в миссиях, исход которых был неясен.
– Я знаю. Читал твое досье, – кивнул полковник. – Тем не менее, эта миссия – не то же самое. Мы действительно понятия не имеем, куда тебя отправляем. Это может быть билет в один конец.
Я опять молча кивнул. Произнес:
– Складывается впечатление, что вы меня пытаетесь отговорить. Не понимаю. Тогда зачем нужно было предлагать мне эту миссию?
Сэмюэль вздохнул и чуть поморщился. Казалось, что он очень хотел высказаться, но по каким-то причинам не мог.
– Иди в арсенал. Увидимся в лаборатории профессора Катарана. Она в дальнем конце научного яруса. Ты уже там был, поэтому найдешь без труда.
Я покинул кабинет полковника, полный тревожных мыслей. Что он недоговаривает? Неужели беспокоится о моей жалкой жизни?..
Вход в арсенал охранялся угрюмым спецназовцем, но меня он впустил внутрь без каких-либо слов. Видимо, недавно получил прямое распоряжение не препятствовать мне. Я подошел к личной ячейке, притронулся к сенсорной панели, и она открылась. Бронекостюм «Атлант» стоял передо мной, надетый на манекен. Выглядел новым и свежим, от выжженной дыры на груди не осталось и воспоминаний. Я быстро скинул с себя комбинезон и коснулся рукава пальцем. Перед глазами всплыло сообщение:
Устройство готово к сопряжению. Произвести сопряжение? Да/Нет
Я согласился с предложением, и материал костюма начал «плавиться», теряя форму и быстро перетекая на ладонь, потом на запястье, предплечье и дальше. Через несколько секунд он полностью обволок меня, став подобием второго слоя кожи. Я покрутил конечностями в разные стороны, поприседал и попрыгал – «Атлант» сел на меня идеально. Я его почти не ощущал, и мне даже казалось, что ощущать мир в нем я стал немного четче. Возможно, на это повлияло небольшое повышение перцепции окружения, которое давал бронекостюм, или же недавно изученная нейроактивация, улучшающая нервную систему.