Инициация
Шрифт:
Никто в строю не проронил и слова, хотя, наверное, желающие уточнить какие-то моменты были.
Мы двинулись в медицинский корпус, нас разбили на группы по пять-шесть человек и распределили по разным кабинетам. Спустя час мы снова вернулись на плац, увешанные датчиками и киберглушилками, как общественные рекламные столбы – голообъявлениями.
По дороге обратно я пересекся с Линком, который морщился и недовольно бурчал под нос. На вопрос, что он такой кислый, бывший обитатель Платоса ответил:
– Эти уроды сказали, что даже не собираются включать мой имплант-взломщик.
– Включать? Так они же, наоборот,
– Ты не понял, Палач. Мой имплант вырубили еще на Платосе. Хирургически. Потому что знали, что я любую их глушилку отключу, – ухмыльнулся Линк, но через миг снова натянул на усеянное пигментными пятнами лицо унылую маску. Поднял руку и брезгливо осмотрел датчик на запястье: – Теперь еще этого дерьма понавешали.
– А почему твой взломщик не вырезали из тебя, как опансую опухоль? Как это делали раньше, когда еще не умели лечить рак.
– Потому что имплант прочно сращен с моим мозгом. Вырежут его, и я стану овощем и буду всю оставшуюся жизнь гадить под себя и мычать. Оно им надо?.. Как ни странно, но выключить его можно только механически, путем ввода специальных наноботов мне в башку.
– И никакие псионики тоже не смогут ничего сделать?
– Я же говорю: только механически. Не знаю, если псионик владеет телекинетикой и телетпатией в совершенстве, то может, у него что-то и получится, но таких я еще не встречал. Но пока что на это способны только наноботы.
– И где ты отыскал такую железку? Не боялся, что при установке, что-то может пойти не так, и тебе свернет мозги?
Линк снова усмехнулся и покачала головой. Хлопнул меня по плечу:
– Если бы ты знал, Палач, на что способна эта железка у меня в голове… ты бы так не говорил. Я отыскал ее на черном рынке, взял за огромные деньги. Официальные конторы о подобных вещах даже не слышали, не говоря уже о том, чтобы иметь лицензию на установку.
– Не ну скажи. Вон профессор Рогинев изобрел что-то уникальное. Целый комплекс имплантов, которые подгоняются под каждый организм индивидуально.
– Жду не дождусь, чтобы проверить его в действии.
Мы снова выстроились в пять шеренг, и инструктор нам пояснил суть дела. До середины дня мы должны будем выполнять разные физические упражнения, а он станет кропотливо следить за каждым из нас и фиксировать наши физические показатели.
Пять часов мы бегали, прыгали, ползали, отжимались и подтягивались, ныряли в бассейн, плавали на поверхности и под водой, морозили и поджаривали задницы в теплокамерах и холодильниках, глотали какие-то датчики и проделывали то же самое повторно. Все это время инструктор внимательно следил за каждым из нас, периодически поглядывая на голопланшет, что держал в руках, и иногда тыкая в него пальцем. На исходе последнего часа, когда солнце за прозрачной стеной почти подошло к зениту, я уже валился с ног, как, наверное, и остальные участники этого чертового проекта, который по сути, еще даже не вошел в активную фазу. Когда все закончилось, Бейзер снова собрал нас на плацу и выдал речь:
– Итак, доходяги, не скажу, что я доволен вашими результатами, но мне удалось собрать все необходимые данные о вашей физической подготовке, а именно в этом и заключалась первоочередная цель. Теперь в вашем распоряжении полчаса отдыха, после чего я вернусь, и мы продолжим тест.
– Что? Продолжим?
– Угу. Да и жрать охота. Нас как с коек с утра повытряхивали, сразу на плац и погнали, – присоединился к нему другой.
– Если есть вопросы, то задавайте их прямо сейчас. По форме.
– Сэр Бейзер, – подхватила третья участница – женщина лет тридцати с татуировкой головы змеи на правой щеке и какими-то странными волосами – они были сплетены в тугие косички, которые издалека походили на стальные шланги. Голос хоть и звучал ровно, но слышались в нем и нотки вызова. С ней я тоже знаком не был. – Разрешите узнать, что еще за тесты нас ожидают?
– Боевая подготовка. Перед этим каждый из вас получит по дозе стимулятора, что вернет вам силы и притупит голод на пару часов. Все, отдыхайте.
Инструктор ушел, а мы принялись заниматься… бездельем. Сил ни говорить, ни что-либо делать уже не осталось, поэтому я сел прямо на бетон и принялся тупо смотреть в окно-стену. Суета по ту сторону набрала, наверное, максимальный оборот, что не удивительно, потому что день был в разгаре. Тысячи мелких и крупных флаеров, аэробусов и грузовозов пролетали туда-сюда, как стаи причудливых птиц. Парящие рекламные стены, курьерские и полицейские дроны, мобильные здания и прочие объекты проплывали медленнее, из-за чего на общем фоне казалось, что они жили по особому замедленному времени. Ни на одной планете я не наблюдал столь оживленной жизни. Окна были звуконепроницаемыми, но мысленно я представлял, как снаружи пространство разрывается от всевозможных звуков, создавая сумасшедшую какофонию.
Так я и просидел полчаса почти без движения. Потом вернулся Бейзер, раздал нам по небольшой одноразовой ампуле стимулятора, и наши муки продолжились.
– С кем будем биться, сэр Бейзер? Неужели опять выпустите на нас шагохода? – спросил кто-то из участников, как только нас снова построили в шеренгу.
– Нет. К более-менее адекватному бою с боевыми машинами вы еще не готовы. Упражняться вы будете друг с другом.
В строю прошли шепотки.
– Исходя из полученных данных в прошлом тесте, программа разделила вас на пары таким образом, чтобы силы и физические способности друг у друга были примерно одинаковыми. Это сделает результат теста максимально точным. Вас – пятьдесят шесть доходяг, поэтому получилось ровно двадцать восемь пар. Бой будет длиться по три минуты. Вы можете использовать любые приемы и стили, какими владеете. Но я настоятельно прошу, чтобы обошлось без переломов и серьезных травм. Ушибы, ссадины и царапины допустимы. После того, как назову имена, оба выходите к середине плаца и сразу начинаете бой. Объявлять ничего не буду, вы не на выступлении. Итак, начнем.
Бейзер опустил взгляд на планшет, потыкал в него, чуть нахмурился и объявил:
– Первыми выходят Теодор Леонски и Эшфорт Куприн.
Оба новичка прошагали к середине плаца и встали друг напротив друга. Первый был высоким и худощавым, с крупными ладонями, из которых получились бы неплохие кулаки. Второй имел рост чуть пониже, но выглядел крупнее.
– Не стойте статуями. Начинайте! – махнул рукой инструктор.
Бой начался. Ну… боем в прямом смысле слова эти небрежные скачи и взмахи руками назвать было сложно. Какое-то невнятное кривляние.