Информатор
Шрифт:
Несколько минут Уилсон объяснял Су ситуацию. Если представленные на встрече цифры верны, то «Чейл» получит долю, на которую претендует, – восемнадцать тысяч тонн, а то и больше. Но если рынок сузится, всем компаниям придется производить пропорционально меньше лизина – в соответствии от их доли на рынке.
Су равнодушно выслушал сообщение о том, что компании решили обмениваться информацией об объемах производства, и спросил только, будут ли они приглашать аудиторов для проверки цифр.
– Мы
Все рассмеялись.
– Если не доверять друг другу, то и договариваться незачем, – заключил Уилсон. – Я так считаю.
– Тогда и встречаться незачем, – добавил Уайтекер.
Уилсон закурил. Настал решающий момент – либо да, либо нет.
Мимото посмотрел на Су:
– Вы согласны с этим предложением?
– Да, ничего не имею против, – кивнул тот.
– Ну вот и хорошо, замечательно! – сказал Мимото.
Он с улыбкой оглядел собравшихся.
– Это просто фантастика! – воскликнул он. – Все пять компаний пришли к соглашению об объемах производства. Такого еще не было.
Все пять компаний пришли к соглашению…
– Вот оно! – воскликнул Херндон. – Наконец!
После целого года расследования один из заговорщиков произносит слово «соглашение» под запись. Это оценят и Робин Манн, и жюри.
Херндон оглянулся. Позади него стоял Везеролл.
Их глаза встретились.
Везеролл улыбнулся и кивнул. Он тоже слышал это.
С этого момента встреча проходила в атмосфере дружелюбия. Несколько часов бизнесмены обсуждали региональные цены и решали, как поступить в случае, если клиент лжет, утверждая, что ему предлагали более низкую цену. Если все компании будут твердо придерживаться соглашения, то клиенту волей-неволей придется покупать лизин у одной из них по той цене, какую они определили.
Уилсон бросил со своего диванчика:
– Просто говорите, что цена не может быть ниже такой-то величины, и точка. Это жесткая позиция, но если знаешь, что другие компании тебя не подведут, то бояться нечего.
– Да, если мы будем доверять друг другу, то все выиграем, – кивнул Мимото. – Мы будем продавать по той цене, по какой хотим.
Уилсон встал с диванчика, прошел в конец комнаты и, взяв банку содовой, вернулся на место. Некоторые все же опасались, что другие их обманут.
– Если так пойдет, то эти долбаные покупатели будут манипулировать нами! – прогремел Уилсон, размахивая руками. – Они обставят нас, если позволить им это.
Все замолкли.
– Они нам не друзья, не забывайте об этом, – продолжал Уилсон. – Слава богу, что они у нас есть, но они нам не друзья. – Он обвел взглядом слушателей. – Вы мои
Его зажигательная речь подействовала. Все были готовы попробовать работать на доверии. Со смехом и шутками, разговор длился еще часа полтора. Мимото до того расчувствовался, что даже пригласил присоединиться к нему за обедом в ресторане отеля.
– Очень щедрое предложение. Принимается, – отозвался Уайтекер, следуя указаниям Херндона. – Встретимся за обедом.
Разговор перешел на посторонние темы. Дело сделано; кто на гольф?
– Я только сделаю несколько телефонных звонков, – сказал Уайтекер, – а минут через пятнадцать встречаемся у первой метки.
– Я хочу поиграть в гольф, – сказал Чун Мо Су.
Все поднялись и потянулись к выходу.
Как только Херндон выключил монитор, зазвонил телефон.
– Это Боб?
– Да, Марк, я.
– Ну как?
Херндон вздохнул:
– Это хорошая запись, Марк. Очень хорошая.
– Да! И она как бы связывает все воедино, правда? Как бы объединяет все, о чем мы говорили.
Херндону нечего было возразить.
– Да, Марк, вы потрудились на славу. Отличная работа.
Херндон поднял руки, расправил плечи, потянулся и сделал выдох, напрягая мышцы. Иногда он ленился делать разминочные упражнения, но сегодня добросовестно выполнил всю программу. После нескольких часов сидения перед черно-белым экраном надо было хорошенько размяться.
Почувствовав, что мышцы стали гибче и подвижнее, он взял корзину с сотней мячей для гольфа и прошел на одну из принадлежащих отелю площадок, где не было почти никого. Установив первый мяч, он замахнулся клюшкой.
Минут десять он гонял мячи. Корзина быстро пустела. Херндон услышал, что кто-то подходит сзади, но сосредоточился на своем ударе.
Вжик.
Мяч пролетел футах в трех слева. Херндон отскочил и, обернувшись, посмотрел на мазилу.
Это был Жак Шодре.
На плечи Шодре был накинут светлый свитер. С растерянным видом он подошел к Херндону.
– Ох, простите, – произнес Шодре на ломаном английском. – Это ужасная ошибка. Она часто бывает у меня в гольфе, к сожалению.
– Вы меня напугали, – улыбнулся Херндон.
– Я знаю. Я думал, что собираюсь прибить вас.
– Ну, ничего, – сказал Херндон. – Хорошего вам отдыха.
– Да, и вам того же.
Шодре повернулся, собираясь уйти. Но момент был настолько занимательный, что Херндону хотелось продлить его.