Информатор
Шрифт:
Зал был полной катастрофой. Он был огромен. Участники переговоров могли разбрестись по углам, – как видеокамере уследить за ними? Что еще хуже, соседнее помещение, где предполагали разместиться агенты, было отделено от зала лишь тонкой перегородкой. Они, конечно, могли бы сидеть затаившись и не издавая ни звука, но перегородка убиралась простым нажатием кнопки в конференц-зале. Херндон взглянул на Везеролла.
– М-да, – произнес тот, – так не пойдет.
– Это помещение не годится, – обратился он к служащему. – Нам нужно что-нибудь другое.
Они вернулись в
Все вместе отправились к начальнику службы безопасности отеля и объяснили ему ситуацию. ФБР проводит операцию, сказали они, и им нужен зал поменьше и еще одно помещение рядом, где они могли бы работать.
– Это непросто, парни, – сказал начальник службы безопасности. – Отель переполнен. Но я посмотрю, что можно сделать.
Выйдя из кабинета, Везеролл вздохнул.
– Как всегда, Боб, – сказал он. – Все не так просто, как кажется.{191}
В тот же день им показали номер из двух комнат. Он был мал, и лизиновые боссы сочли бы его неудобным. В спальне агенты решили поселить Уайтекера, и это правдоподобно объясняло то, отчего для встречи выбрано именно это помещение.
До начала переговоров оставалось меньше суток, сделать надо было много, а проблем не убавлялось. Соседние номера были заняты, так что агенты могли устроить наблюдательный пункт лишь в одном из дальних. Спрятать провода на всей дистанции было невозможно, и оставалось транслировать сигнал сквозь стены двух смежных номеров.
Группа специального назначения привезла первую порцию аппаратуры, установила ее и включила для проверки. Сигнал то пропадал, то появлялся. Иначе говоря, запишется лишь часть того, что будет говориться на встрече. Спецназовцы притащили дополнительное оборудование для усиления сигнала. Оборудование включили, и все затаили дыхание. На этот раз и звук, и изображение были стабильны.
Но теперь не годилась видеокамера. В отличие от той, что использовалась в Ирвайне, она не вращалась и не делала крупных планов. Кроме того, помещение было слишком мало и не позволяло установить камеру на таком расстоянии от стола переговоров, чтобы охватить всех участников. Кто-то неизбежно выпадет из поля зрения камеры. Спецназовцы связались с группой технической поддержки в Куантико, штат Виргиния, и попросили срочно прислать другую камеру.
В ожидании камеры агенты постарались, как могли, приспособить помещение для своих целей. Они расставили стулья по кругу с таким расчетом, чтобы все они попадали в поле зрения. Стол подвинули к окну, чтобы потом установить на нем лампу с видеокамерой. Комната стала выглядеть странно, но ничего не поделаешь.
На следующий день в отделение ФБР на Гавайях прибыл ящик с новой видеокамерой. Один из техников доставил ее в «Шератон». Херндон и Везеролл наблюдали, как агент распаковывает ящик
– Хм, – сказал Везеролл. – Похоже, она путешествует вслед за нами.
Лампа действительно была идентична той, которая использовалась в Ирвайне, но менять ее было поздно. Оставалось надеяться, что, заметив сходство, иностранные бизнесмены подумают, будто некая фирма электротоваров проделала неплохую маркетинговую работу и поставляет свое оборудование всем сетям американских отелей.
На следующее утро Уайтекер после завтрака прошел прямо в номер, где устроили оперативный центр ФБР. Он знал, что его ждет Херндон.
Херндон внимательно разглядывал вошедшего Уайтекера. Никаких признаков напряженности или страха. Предстоял ответственный день, но свидетель был спокоен. Обменявшись приветствиями, они поговорили о достоинствах и недостатках отеля.
Херндон взял небольшой пакет и вынул бритву и крем для бритья.
– Еще разок, Марк, – произнес он извиняющимся тоном.
– Конечно, конечно, нет проблем, – отозвался Уайтекер.
Уайтекер снял рубашку, а Херндон, выдавив на ладонь крем, размазал его по груди Марка и сбрил волосы. Оба чувствовали себя неловко.
Затем Херндон достал звукозаписывающее устройство. Оно относилось к одному из первых поколений новой марки «Ф-бёрд», разработанной научно-исследовательским отделом ФБР.{192} На практике его опробовали впервые. Тонкий корпус был величиной с портсигар. Вместо магнитной ленты в устройстве использовалась карта памяти. Записанный разговор можно было сбросить на компьютер и прослушать. Устройство не требовалось включать и выключать. Перед началом переговоров агенты запустят его, запрограммировав на определенное время работы. «Ф-бёрд» будет записывать все подряд, пока не истечет это время или пока его не остановят агенты.
Пристроив аппарат на спине Уайтекера, Херндон подсоединил микрофоны и тщательно закрепил их на выбритой коже.
– Боб, я уверен, что все получится, – заявил Уайтекер, надевая рубашку.
– Как по-вашему, помещение не слишком тесное?
– Ничего, поместимся. Все будет нормально.
Напоследок Херндон передал Уайтекеру инструкции прокуроров.
– И еще одно, Марк, – сказал он. – Когда вы начнете договариваться о ценах и объемах производства, постарайтесь провести голосование по обсуждаемым вопросам, чтобы убедиться, что все согласны. И желательно, чтобы прозвучало слово «соглашение».
Херндон ожидал, что Уайтекер начнет возражать. Ведь так дела не делаются. Херндон и сам понимал, что голосование выглядело бы неестественно. Но этого требовали прокуроры. К удивлению агента, Уайтекер спокойно сказал, что с голосованием проблем не будет.
– Во время переговоров я, наверное, позвоню вам, даже если не возникнет затруднений, – просто для того, чтобы вы знали, что мы держим руку на пульсе, – предупредил Херндон. – Сделайте вид, что это звонят из обслуживания номеров и спрашивают, все ли в порядке.