Информатор
Шрифт:
Старейшина отвечал очень сдержанно, взвешивая каждое слово. Эта немногословность окончательно убедила Монро в том, что Бейярд ему приплачивал.
Значит, он был где-то рядом.
С подчеркнутым смирением она извинилась за приезд без подарка к такому важному человеку и объяснила, что ей поручено встретиться с функционером, занимающимся обеспечением миссии транспортом. Поскольку она очень торопилась, то совершила непростительную оплошность, приехав с пустыми руками, но разыскиваемый ею коллега поможет ей исправить досадное недоразумение доставить подарок, коего
Старейшина многозначительно молчал, и Монро тоже решила воздержаться от дальнейших пояснений, понимая, что тот взвешивает все «за» и «против», прикидывает, как отнесется к его словоохотливости тот, кто ему покровительствует: вознаградит или, наоборот, выразит недовольство. В конце концов он все-таки заговорил.
— Я не могу утверждать наверняка, — начал он, — поскольку мои глаза и уши уже не те, что были в молодости. Но до меня доходят слухи, что иногда молодежь находит работу в Пойнт-Долорес.
— Я безмерно благодарна судьбе за возможность еще раз убедиться, — ответила она, — в том, какой же вы удивительно мудрый человек, и проникнуться пониманием того, сколь должен быть счастлив народ, коему Бог ниспослал вот именно такого руководителя.
Он снова согласно кивнул, и Монро, испросив разрешения, кланяясь, удалилась.
Она нашла рыбака в окружении женщин, приценивавшихся к товарам, разложенным на земле. Монро прислушалась к оживленному торгу. Она уже довольно сносно понимала разговорную речь и не сомневалась, что через несколько дней сможет общаться на этом наречии, а через пару недель — владеть им свободно.
Дождавшись, когда все будет распродано, она обратилась к рыбаку. Еще одна небольшая экскурсия, и он может считать себя действительно свободным человеком. Как она уже знала, Пойнт-Долорес, куда черепахи приплывали откладывать яйца, находился в нескольких милях от Уреки.
Добравшись до цели, они вытащили на берег лодку, как уже делали утром, и Монро принялась искать следы пребывания здесь людей. Она нашла маленькую пирогу, а несколько поодаль от нее едва заметную тропинку. Ее можно было разглядеть только по отдельным следам и примятой траве. Она опустилась на колени и потрогала почву. Та была тяжелой от влаги. Следы оказались свежими. Пройдя примерно полмили, она оказалась на свободном от чаши пространстве, на котором теснились три постройки.
Самая большая из них, собранная из цементных плит, по стилю напоминала здания на севере острова, а остальные представляли собой просто примитивные хижины. На крыше из гофрированного железа располагались панели солнечных батарей, а провода от них тянулись к одному из строений поменьше, где, судя по всему, располагался генератор. У входа в центральное здание, сбоку от крыльца, под навесом скучали двое полусонных юношей.
Даже когда она подошла ближе, реакции никакой не последовало. Тогда Монро присела на корточки и тихо обратилась к дремавшим на фанге:
— Извините, что беспокою.
И хотя испугать их уж никак не входило в ее намерения, однако, судя по выражению ужаса, появившемуся на заспанных лицах, это ей как раз и не удалось. Она перешла
— Я здесь разыскиваю Торговца. — Поняв по их лицам, что владельцем участка был действительно он, она спросила: — Он дома?
Тот, что поменьше ростом, покачал головой и произнес:
— Он вернется вечером.
— Хорошо, — улыбнулась она. — Я подожду его внутри.
Монро рассчиталась с рыбаком, отдав ему свои последние деньги, и проинструктировала, как следует отвечать, если у кого-то возникнут вопросы о цели ее приезда в эту часть острова.
Открыв завешанную противомоскитной сеткой дверь, она вошла под явно равнодушными взглядами сонных юношей. Подобно кадрам фотосессии, запечатлевшей ее прошлое, в воображении возникли картины из другой жизни.
Входная дверь вела в гостиную, оказавшуюся намного больше, чем можно было бы ожидать в таком маленьком строении. Видимо, этот эффект был обусловлен тем, что из мебели наличествовали только грубый диван и пара стульев, а стены покрывала белая штукатурка. Цементный пол был выкрашен коричневой краской, а всей своей стерильной чистотой помещение напоминало ухоженную больничную палату. Ставни закрыты, воздух — горячий и спертый. Она попробовала включить вентилятор, но тот не работал — электроэнергия не подавалась.
Из гостиной в открытую дверь был виден коридор, ведущий в кухню. Она легла на диван, поборов искушение внимательно осмотреть дом. Да, она уже вторглась в чужое жилище, но какие-то действия все равно являлись недопустимыми. В тишине и покое, царившем вокруг, веки налились тяжестью, и она провалилась в сон.
Сквозь плотную завесу сна, окутавшую сознание, Монро услышала какие-то крики. Она поняла, что уснула, но не представляла, на сколь долгое время отключилась. Ей лишь с трудом удалось вырваться из липких и цепких объятий сонливости. На нее тут же накатила новая волна жары и усталости, и она, не став сопротивляться, опустилась на стул.
Тишину нарушил мерный рокот заработавшего генератора, заглушившего голоса людей. Лампочки в комнате мигнули и через мгновение загорелись ровным светом. По комнате пронесся ветерок вентиляторов, разогнавший духоту. Стало прохладнее — наступали сумерки. Скоро полчища москитов начнут яростно атаковать натянутую на окнах сетку.
Шаги на крыльце сменились новыми криками. Голос был знакомым. Теперь она окончательно проснулась, и ей было не по себе. Входная дверь распахнулась и тут же захлопнулась. Вошедший человек влетел в комнату и, встретившись в ней взглядом, замер на месте, едва не споткнувшись.
Глава 11
Бейярд справился с собой и какое-то время молча смотрел на нее.
— Привет, Эсса, — наконец произнес он Его голос не изменился, а в речи так же, как и раньше, чувствовалось смешение акцентов. Первоначальный шок, отразившийся на лице, уступил место бесстрастности.
Он направился на кухню и, не глядя на нее, поинтересовался:
— Тебе налить чего-нибудь выпить?
— Да, пожалуй, — отозвалась она. — Вода вполне подойдет.