Инфо

Ан Диминэя

– Прости, я, похоже, говорю, как Мечник, – на мгновение Лютнист улыбнулся своей прежней теплой улыбкой.

Он вернул фотографию, обменяв ее на один из стаканчиков. Леша поспешно сунул карточку в карман и заставил себя улыбнуться в ответ:

– Все в порядке.

Он уселся на лавочку. Юджин одним глотком уполовинил содержимое своего стаканчика. Вздохнул, не то облегченно, не то встревоженно. Спустя минуту, прошедшую в неловком молчании, Алексей понял, что разговор не клеится.

– Это так много меняет? – спросил

он напряженно.

– Что? – Юджин едва не вздрогнул, вырванный из потока мыслей.

– Моя ориентация так много меняет? – повторил Книжник вопрос, чувствуя предательскую дрожь в ладонях и в голосе.

– Леш, – Лютнист виновато улыбнулся. – Дело не в этом. Просто твой парень… ты хорошо его знаешь?

– Лучше, чем тебя, – фраза получилась резкой, но виноватость во взгляде брата провоцировала.

– Ты ему доверяешь?

– Если тебе интересно, хочу ли я с ним состариться и уверен ли я, что желаю связать свою жизнь с человеком моего пола, то да – я уверен и хочу. По крайней мере, сейчас. Мы с Эриком любим друг друга, мы через многое прошли вместе, и я могу на него положиться.

Тирада получилась немного пафосной, но Леше было не до изящности слога.

– Ты знаешь, где он сейчас? – спросил Юджин напряженно, зачем-то осматриваясь по сторонам.

Прочувственную речь Алексея он словно вовсе не услышал. Это и то, что Леша действительно не знал, где носит Эрика сейчас, разозлило его окончательно.

– Это не твое дело, Юджин!

Лютнист наконец-то посмотрел на него.

– Леш… да какая разница, кого ты любишь или с кем спишь? Я спрашиваю не из праздного любопытства. Ты же знаешь, что мы стоим на краю войны…

– А пидорасов, как известно, в армию не берут, – отрезал Алексей. – Представляю, что скажет Мечник, когда узнает.

Юджин вздохнул и поднялся. Поискал глазами мусорку – не нашел, поставил свой стаканчик на сиденье лавочки.

– Знаешь, Леш, я пойду, пожалуй. Ты сейчас взволнован и расстроен, поговорим позже, когда успокоишься.

– А еще есть, о чем говорить? – спросил Леша, с отчаянием понимая, как сильно дрожит голос и как жалко он, наверное, выглядит сейчас.

– Я надеюсь, – кивнул Лютнист.

И пошел по аллее, печально опустив плечи.

Оставшись наедине с двумя стаканчиками, Алексей шмыгнул носом и зло потер глаза, вытирая слезы детской обиды. Заметил, что на одной из кед развязались шнурки. Не иначе как та самая ворона постаралась. Он слышал затихающий звук шагов Юджина. И запоздало почувствовал стыд перед братом.

Может быть он, действительно, все неправильно понял?

Захотелось догнать Лютниста и извиниться. Леша даже встал, но тут услышал, как его кто-то окликает, с другой стороны аллеи. Сердце испуганно вздрогнуло. Ему на секунду показалось, что это был голос Юджина, который вернулся, чтобы дать ему второй шанс. Но нет – оклик прозвучал из противоположного конца тропинки.

Книжник

обернулся.

– Привет, – улыбнулся Эрик, издали махнув ему рукой. – А ты что тут делаешь? Ты… плачешь? Что-то случилось?

– Нет… это я так, – машинально ответил Леша, оглядываясь и отстраненно удивляясь тому, как быстро Лютнист ушел.

– Кто тебя обидел? – спросил Эрик, подходя совсем близко.

– Никто, – Леша запоздало попытался спрятать от него мокрые глаза.

– Точно? А кто это был с тобой?

– Юджин. Это мой… друг. Я хотел вас познакомить, да все повода не было. И сейчас у него дела срочные, поэтому он ушел.

Леша замолчал, раздумывая, не слишком ли подозрительно прозвучали его слова для достаточно ревнивого Эрика. И испуганно вскрикнул, когда почувствовал на плече неожиданную, болезненно-стальную хватку.

– Как ушел? – выдохнул Эрик.

Расслабленность и беспечная улыбка слетели с него словно шелуха, обнажив иного, совершенно незнакомого Алексею человека. С пронзительным, словно оптический прицел, взглядом.

– Блядство! – этот новый Эрик дернул растерянного Книжника на себя и поволок вдоль аллеи. – Быстро уходим, Лешка. Сейчас здесь будет жарко.

– Эрик, что проис… – Леша от рывка полетел, едва ли не кубарем.

Развязанная кеда слетела с ноги и осталась сиротливо лежать под лавочкой. Стаканчик опрокинулся, оставляя на коленях мокрое пятно. Эрик на бегу достал из кармана телефон.

– Эр… – попытался Алексей снова, но любовник зло шикнул на него, заставляя молчать.

– Лемур вызывает скорую! Лемур вызывает скорую! – закричал он в свой смартфон. – Скорая, мы теряем пациента! Мы теряем пациента, мать вашу! Ааа, бля, ебанные «глушилки»!

Телефон судя по всему не отвечал. Эрик сунул его обратно в карман. Следующим предметом, оказавшимся в его руке, был пистолет. Алексей от неожиданности и испуга на мгновение провалился в информационное пространство. Узнал, что видит перед собой самозарядный пистолет ГШ-18, пули которого пробивают восьмимиллиметровую сталь с расстояния десяти метров. Эта информация оптимизма Книжнику не прибавила.

Заметив наконец ошарашенные глаза Леши, Эрик притянул его к себе за ворот и накрыл жадным поцелуем.

– Не ссы, Леш, прорвемся, – выдохнул в губы.

Слова его чуть заглушил грохот многих пар армейских ботинок. Эрик шагнул вперед, ухватив Лешу за ворот рубашки и волоча за собой. Навстречу им бежали какие-то люди в черной форме. Эрик взмахнул рукой с зажатым в ней оружием, закричал:

– Раненных нет! Пациент покинул палату. Все назад, мать вашу – проворонили!

Алексей почти инстинктивно попытался спрятаться за любовника. В голове его продолжало стучать и грохотать даже тогда, когда люди в форме замешкались и начали останавливаться. Вперед выступил некто с ярко-желтой нашивкой на рукаве, потребовал доклада по форме.