Инфимум
Шрифт:
– Ну что, принцесса, я так понимаю, ты передумала и хочешь знать, как выйти из своего. – Он снова смеётся, – из своего сна.
Я ничего не отвечаю. Кол допивает свой виски, тушит сигарету, и направляется к выходу. Раньше я не замечала, что он такой высокий, почти на голову выше меня.
– Ну и куда ты? Снова уйдёшь, а потом принесёшь мне куртку?
– Иди за мной. – Он ответил резко, будто я его разозлила.
Мы выходим из кабака, и я вижу лишь дорогу под слабым освещением фонаря, а за дорогой…
– Так поэтому ты без футболки и мокрый?
Он ухмыльнулся.
– Послушай, Грейс, – его голос стал тихим и спокойным, – я не вижу, как ты появляешься, и вряд ли это похоже на что-то волшебное. Я лишь повернулся, и уже увидел тебя. И я не против наблюдать за тем, как ты смотришь на мой торс, – в его глазах проскользнул смешок, – но мне не нужен твои присмотр, ясно? Я хочу избавиться от твоих снов, поэтому нам надо, кое- что проверить.
– Проверить что? – Мне стало немного обидно за слово «избавиться», но по правде, его общество не самое лучшее, что могло бы мне сниться.
– Проверить получится ли разбудить тебя.
– И как ты хочешь это сделать?
– Немного пройдёмся, и я тебе всё покажу.
Мы идём по бетонному тротуару в сторону порта. На некоторых пирсах причалены рыболовные судна. Море тёмное, а волны разбиваются о скалы, как перед штормом.
– Ты говорила, что у тебя есть парень, он знает, что ты ходишь во сне к сексуальному парню?
– Ну, во-первых, я не контролирую это, так что моей вины здесь нет, а во-вторых, он не знает. Громкий смех Кола побудил меня толкнуть его в грудь.
– Заметь принцесса, ты не отвергла тот факт, что я сексуальный. Подожди, ты скрываешь от своего парня свою жизнь?
– Нет, он очень понимающий, и я уверенна, что он всё разумно примет и попытается помочь, просто… я хочу жить с ним нормальной жизнью, и не докучать своими проблемами.
– Неужели ты думаешь, принцесса, что отношения – это лишь хорошие моменты? А как же болезни? Если ты скрываешь от своего паренька моменты своей жизни, которые тебя беспокоят, то не удивляйся, когда вы расстанетесь, потому что совсем не знаете друг друга.
– Ты делаешь свои выводы лишь из того, что услышал, а я ведь даже ничего тебе не говорила о наших отношениях. У нас всё хорошо, ясно? – Мой голос стал слегка грубым, и я решаю уйти от темы, хотя вряд ли у нас получится разговаривать нормально хоть на какую-нибудь тему.
– А у тебя, у тебя есть девушка?
– Нет, я не собираюсь обсуждать с тобой свою личную жизнь.
Я понимаю, что он не обязан мне что-то рассказывать, но внутри меня появилось чувство, будто я пытаюсь открыть дверь, а её закрывают прямо перед моим носом.
– Потому что у тебя нет девушки? А знаешь почему её нет? – Я снова повышаю тон. – Потому что тебя никто не вытерпит и дня. Я
Кол смотрит пристально за моими действиями, в его глазах то ли злоба, то ли удивление, но ему явно это не понравилось.
– О ком ты говоришь? О Розе? – Он говорит сквозь зубы.
– Да мне плевать, как там её зовут. – Я смотрю на него, пытаясь изобразить полное безразличие, но интерес во мне моментально взлетает.
– Роза моя… бывшая девушка.
– Я не удивлена, что бывшая, вчера она видимо была ещё настоящей.
Кол отвернулся к морю, будто не хотел показывать какую-то эмоцию. Может грусть или разочарование?
– Роза беременна и живёт у меня. Её парень избил её, и ей пришлось обратиться ко мне за помощью. – Он умолкает, будто не хочет говорить дальше.
– Прости. – Я не знаю, что ещё сказать, мне лишь становится стыдно за всё, что я наговорила. – Ты, конечно, тот ещё урод, но отец из тебя получится хороший… со временем. – Я пытаюсь сгладить всё, что наговорила несколько минут назад.
– Что?! Чёрт! Это не мой ребёнок. – Кол немного напрягся.
– Но…
– Мы расстались давно. У неё появился парень, она залетела, и он начал распускать руки, чёртов ублюдок.
Некоторое время повисла неловкая тишина.
– Мне жаль. – Я говорю почти шёпотом. Мне правда было жаль Розу. Домашнее насилие – это ужасно. Конечно, я не могу представить, что испытывала Роза, в моей семье всегда была гармония.
– Эй, давай без телячьих нежностей, ладно? Если ты пытаешься набиться в мои друзья, но я тебя огорчу, ты не мой типаж. – Он снова меняется в лице.
Я мгновенно вспыхиваю от злости.
– Мне не нужна твоя дружба, я и без этого в аду. – Мы начали смеяться. Минуту назад мы обсуждали личную жизнь, а затем снова обливали друг друга ненавистью.
Передо мной открывается вид ночного моря, сливающегося с звёздным небом. Вокруг так тихо, несмотря на бушующие волны. Вода разбивается о пирс и скалы, и всё, будто льдом, покрывается пеной. Длинный бетонный пирс настолько высок, что кажется, будто с него смотришь в кипящую бездну. Мы отходим несколько метров и останавливаемся возле высокой ржавой лестницы, прикованной к огромной скале. Похоже, что здесь проходили какие-то учения или будто кто-то доставлял груз по этой лестнице. Верёвки, что должны страховать уже давно состарились и покрылись зелёным налётом от высокой влажности.