Инферно
Шрифт:
Моё сердце ухнуло вниз.
— Ты не можешь пойти туда, Бен. В записке было сказано, чтобы я приходила одна.
— Серьёзно, Джем? — он медленно качнул головой. — Ты же достаточно хорошо меня знаешь, чтобы понимать, что так не пойдёт, — он указал подбородком в сторону Доминика. — И я более чем уверен, что он тоже тебя одну не отпустит.
Доминик кивнул, подтверждая его слова.
— К тому же, — продолжил Бен, не давая мне времени возразить, — если всё хорошо продумать, мы можем покончить с ним ещё до того, как он
— Покончить с ним? — повторила я, уверенная, что ослышалась. Если бы это сказал кто-нибудь другой, я бы ещё поверила, но это же Бен. Они же были лучшими друзьями столько, сколько себя помнят.
Он опустил голову и плечи.
— Ты же слышала, что они сказали. Их невозможно разделить.
Замотав головой, я попыталась скрыть ужас, отразившийся на моём лице. Такое чувство, будто все уже пришли к этому немыслимому выводу задолго до того, как я решилась хотя бы допустить такую мысль.
— Мы не можем позволить ему и дальше убивать людей, Джем. Трейс бы этого не хотел. Ты знаешь это, и я знаю.
Я заморгала, пытаясь сдержать слёзы, но всё было бесполезно. Они текли по щекам, повторяя те же самые мокрые дорожки, что были меньше двух минут назад.
Проклятье. Я вообще когда-нибудь перестану плакать?!
— Послушай меня, я знаю, ты можешь остановить его. Я знаю, что у тебя есть меч, — он отвёл взгляд, когда я ошарашенно уставилась на него. — Подслушал разговор твоей сестры с Габриэлем.
Твою ж мать.
— Мы не можем просто сидеть здесь и ждать, когда он убьёт её, — его голос звучал резко и настойчиво.
— А ты думаешь, я не знаю? — выкрикнула я в ответ, охваченная паникой.
Я знаю, и мои ноги отказываются двигаться с места.
Сколько раз в жизни я слышала фразу «между молотом и наковальней», но только сейчас поняла её истинный смысл. Я прямо сейчас находилась в адской кузнице между молотом и наковальней, выбирая из двух зол меньшее.
С какой стороны ни посмотри. Тот, кого я любила, должен умереть сегодня, и его кровь будет на моих руках, только на моих. Все остальные смогут оставить это в прошлом и жить дальше, но со мной этот кошмар останется навсегда. Может, поэтому мне было сложнее, чем кому-либо, увидеть картину целиком. Я единственная из всех, кого это решение изменит навсегда, необратимо. И будет преследовать до конца дней.
Картина целиком выглядит совсем иначе моими глазами.
— Либо ты пойдёшь со мной и поможешь спасти свою лучшую подругу, либо останешься здесь и позволишь ему и дальше убивать невинных людей. Что выбираешь? — спросил он, его светло-русые брови взлетели вверх, как бы бросая мне вызов.
— Я пойду, — мой голос прозвучал едва ли громче шёпота. Ну конечно, я пойду. Я должна. Я единственная, кто может остановить Люцифера. — Но при одном условии.
— Не проси меня остаться здесь, Джем. Проси что хочешь, но только не это.
— Я не смогу сосредоточиться на том,
— Не надо меня прикрывать, — возмутился Бен. — И вообще, это мы будем тебя прикрывать, — он показал на себя и Доминика. — Люцифер будет там не один, ты же знаешь. Мы просто сравняем силы.
— Доминик, ты не мог бы ему объяснить? — обратилась я за помощью к Воскрешённому.
— Прости, ангел, но в этом вопросе я вынужден согласиться с ним.
Разумеется.
— Спасибо большое, — в моём тоне было что угодно, но только не благодарность.
— Так что? — глаза Бена сверкали решимостью. — Чью машину берём? Его или Калеба?
Я покачала головой, очерчивая границы.
— Калеб с нами не поедет. Двое — уже плохо.
— Взять с собой Заклинателя — это хорошая идея. Он силён, Джем, и не забывай про численный перевес.
— Да, вот только Люцифер сказал приходить одной, — напомнила я.
— Ты даже не вспомнишь об этом, когда ситуация накалится. И поверь мне, Джем, она накалится. Особенно когда он узнает, что ты уже убила его ведьму.
Я проглотила ком в горле.
Плохой план. Очень тупой план. И хуже всего, что я никак не смогу убедить их остаться здесь. Бен намерен спасти Тейлор и отказывается внимать доводам разума. А Доминик… Доминик будет сражаться на моей стороне, что бы ни случилось. Сидеть на скамейке запасных никогда не было в его стиле. И даже если я смогла бы убедить Калеба не лезть, он посмотрит на этих двоих и не захочет выглядеть трусом на их фоне.
— Поедем на машине Калеба, — сдалась я и опустила голову.
Ужасный план.
35. ЦЕЛУЙ МЕНЯ НАСМЕРТЬ
У нас было меньше двадцати минут, чтобы придумать блестящий план, который не убьёт на всех и, главное, не приведёт к чёртову апокалипсису. В основном наши дальнейшие действия обсуждали Доминик и Бен, пока я потягивала чёрный кофе и периодически вставляла словечко, пытаясь убедить их остаться и позволить мне сделать всё самой. Конечно, они даже слушать об этом не хотели, но, по крайней мере, мне удалось уговорить их посидеть в засаде, пока я не подам сигнал. Этого было достаточно для меня, потому что сигнала они никогда не дождутся.
У меня нет никакого желания втягивать их в эту борьбу. Никакого.
Это моя битва, мой крест размером с дьявола, и я должна нести его в одиночку. Это я привела Люцифера в наш мир, как бы это ни было опосредованно, и я должна его изгнать. Надеюсь только, я проживу достаточно долго, чтобы выполнить свой долг, учитывая, что я не только собираюсь заявиться в бар «Всех Святых» без консорта, но ещё и привести на хвосте двух Перевёртышей и одного Заклинателя.
Люцифер будет очень, очень недоволен, а это никогда ещё ничем хорошим не заканчивалось.