Инферно
Шрифт:
Может потерять все.
Нет, она уже и так все потеряла. В этой дыре не осталось ничего живого. И хотя тут было место инстинкту выживания, но каждое существо рано или поздно заслуживает нечто большее, чем жалкое существование в страхе. Они заслуживают жить.
«Ах если бы все было так просто, как звучало, но жизнь отнимает смелость. А я не смелая».
Она никогда такой не была. Ашерон был прав в этом. Она всегда ставила свое благополучие выше тех, кого она любила. И что это ей принесло? Невзгоды.
«Ты жива».
Да, у нее была ее жизнь, но какой ценой? Она уже не могла смотреть на себя в зеркало, потому что каждый раз, когда смотрела себе в глаза, то знала, что сделала, и не могла спрятаться от своей совести.
«Ты не можешь изменить прошлое».
Но она может изменить будущее. И она может изменить настоящее. Впервые за свое существование, она обнаружила в себе то, о чьем существовании не знала.
Храбрость.
Взяв Порядок за руку, она кивнула.
– Давай исправим то, что сделано.
* * *
Ник зарычал, пытаясь освободиться.
– Я не буду у тебя в плену! – закричал он, надеясь, что Хэл услышит его.
И он верил в каждое слово. Готье не отступают. Они не сдаются. И никому его не победить. Даже богине. Он пнул прутья, хотя они ранили его ступни и ноги, и каждый дюйм его тела задрожал.
«Безнадежно».
– Заткнись, – огрызнулся он сам на себя. – Мне не нужно твое негативное дерьмо! Если не можешь помочь, убирайся из моей головы.
Неожиданно он услышал, как кто-то приближается. Присев, он приготовился бороться с кем бы то ни было.
– Давай, подонок.
Нечто огромное, отбрасывающее массивную тень на стену, медленно ввалилось в его тюрьму. Этого было достаточно, чтобы почти взрослый демон обмочил свои штаны. Ник попятился, напряженный и встревоженный.
Так же быстро, как она выросла до размеров Эмпайр Стейт Билдинг, тень съежилась, и стало ясно, что вернулся волк. Ник ожидал, что тот вернется на свое место. Вместо этого, хромая на три ноги и волоча переднюю левую, он проковылял к клетке Ника.
Он задыхался и был покрыт белой пеной, кровью и царапинами. Волк остановился у его двери и уставился на Ника. Над правым его глазом был порез, и боль в его взгляде обжигала. Это сдержало заклинание Ника. Они продолжили смотреть друг на друга, и волк вернулся в человеческую форму. Ник сморщился от глубины царапины на его брови. Ему нужно наложить швы. Срочно. По всей левой стороне его лица были синяки, а нос и губы сильно кровоточили. Его левая рука была вывернута и сломана. Он казался таким потрепанным и сломленным, что Ник не мог понять, как он еще держится и не падает снова на пол.
Прежде чем Ник оправился от увиденного, волк открыл дверь.
– Иди, – прошептал он, указывая на заднюю часть пещеры. – Там маленький,
– Как я узнаю, какая ведет к ней?
Волк сморщился от нахлынувшей боли.
– Дороги разные для каждого из нас. И ты не будешь знать, выбрал ли верную, пока не станет слишком поздно. Но лишь ты можешь решить, какая приведет домой, – он отступил и упал на пол.
Ник пошел к нему, но волк зарычал.
– Почему ты помогаешь мне? – спросил он, пытаясь понять неожиданную смену позиции волка.
– Не знаю. Думаю, Хэл и остальные правы. Я дурак.
Нет, он был героем.
– Давай, – Ник протянул ему руку. – Мы выберемся отсюда вместе.
Тот покачал головой.
– Тебе нужно идти одному. Только так ты сможешь это сделать. Кроме того, если я пойду с тобой, ты не сможешь сбить Хэл и ее гончих со следа.
– Приятель, без обид, но ты сейчас ты выглядишь так, что не сможешь и гусеницу сдержать.
Он встретился с глазами Ника своими горящими фиолетовыми глазами, в которых плескалась боль.
– Я сильнее, чем кажусь. Иди, пока не стало поздно.
– Что будет с тобой, когда она узнает, что ты освободил меня?
Он горько рассмеялся.
– Посмотри на меня, парень. Что она еще может сделать?
Убить его. Пытать его. Да много что еще.
Чувство вины раздирало Ника.
– Я не могу уйти, зная, что тебя накажут за помощь мне. Каким уродом ты меня считаешь?
– Иногда нам нужно сделать тяжелый выбор, и я для тебя ничего не значу.
– Нет, значишь. Ты мой герой. Человек, спасший мне жизнь.
Волк нахмурился.
– Я точно не этот человек. Я просто незнакомец, а у тебя есть семья, которой ты нужен. Иди и спаси свою мать, и помни, пока следуешь сердцу, ты никогда не сделаешь плохой выбор.
Как волк, который остался здесь, чтобы спасти сестру. Он понимал семью также, как Ник.
– Спасибо.
Волк не ответил.
С неохотой Ник направился к маленькому выходу. Когда он почти дошел, волк его окликнул.
– Ник?
Он остановился и оглянулся туда, где волк лежал на одеяле.
– Да?
– Спасибо за подарки.
– Пожалуйста. – Кивнув волку, Ник протиснулся в узкий проход.
Когда он вышел на дорогу, то вспомнил последние слова. Волк был прав. Он чужой ему. Ник почти ничего о нем не знал. Кроме одной важной вещи.