?Инфекция!
Шрифт:
– Алекс, мы в раю!!!
Алекс тоже радовался, сдержанно улыбаясь.
На юго-восточной оконечности острова они наткнулись на чудесный бар из рекламного проспекта с множеством столиков и удобных кресел для приятных вечеров. Затем прошлись по западному краю острова, где находились причал для прибывающих лодок, еще один пляжный бар для встречи закатов «Сансет Бич», а также идеально вылизанная полоса песка шириной метров тридцать. По ней можно было беспрепятственно добраться до северной оконечности, где располагались кругом два десятка водных вилл – это были стоящие на железных сваях отдельные дома со своим выходом в море для лентяев, которым даже пройти несколько шагов до пляжа неимоверно сложно, и с маленьким бассейном, если лень
Если Алекс уже бывал на подобных островах-отелях, то для Луизы это было впервые, восторг охватил ее полностью, радость била из нее ключом, а глядя на девушку, радовался и Алекс, оплативший их отпуск. Он наслаждался тем впечатлением, которое остров произвел на девушку, как и полагалось жениху, преподнесшему дорогой подарок любимой невесте. Им предстояло провести тут целых двенадцать дней! Двенадцать дней отпуска в раю, и сегодняшний – только начало. Луиза придумывала, чем им заняться в ближайшее время. Она интересовалась его мнением по поводу предлагаемых экскурсий и строила планы. Где-то посередине острова стоял спа-комплекс, и девушка намеревалась посетить его. Рядом находился центр для ныряльщиков, и она захотела понырять с аквалангом, и там же взять снаряжение для снорклинга – плавания на поверхности моря с маской и дыхательной трубкой. И еще много чего она хотела попробовать, если на это хватит времени.
– Ты же не против, милый? – спросила она Алекса.
– Конечно. Все, что пожелаешь.
– Ты такой доообрый, щедрый! Спасибо, – промурлыкала Луиза, целуя его ладонь.
Она еще не догадывалась, какую цену ее спутник попросит за свою щедрость.
Настало время идти на ужин, и они отправились по тропе внутри острова. Путь занимал около десяти минут тихим шагом. Темень сгустилась довольно скоро, и все дорожки подсвечивались тут и там установленными вдоль них теплыми фонариками. Такого освещения было вполне достаточно, чтобы найти дорогу. Таинственный полумрак дорожки вел их вперед, шуршали ящерки, в листве кишела тропическая жизнь; Луиза держала Алекса за руку с блаженным выражением лица, в то же время стараясь сдержать свою улыбку, чтобы казаться невозмутимой.
Остров-отель был заселен примерно на треть, и малое количество отдыхающих настраивало пару на особый лад. Отсутствие туристов было жирным плюсом, и они радовались подобной удаче: когда еще такое может повториться?
В большом здании главного отельного ресторана (был еще другой, поменьше, тайский а-ля карт, где заказы принимались из меню) их встретила приятная девушка-администратор (на деревянной табличке, приколотой к ее груди, было выбито имя Милан) и провела к столику. Персонал широко улыбался, все здоровались и желали доброго вечера, причем создавалось полное впечатление искренности. Такое вежливое и обходительное обслуживание дарило гостям ощущение собственной важности. И Алекс, и Луиза говорили по-английски довольно свободно и охотно общались с персоналом, выясняя, например, состав блюда у готовившего суши повара, спросили официанта, где лучше всего купаться, где водятся красивые рыбки и другие мелочи.
Сопроводив плотный и вкусный ужин несколькими бокалами белого вина, наша парочка отправилась в обратный путь на свой конец острова, но, выходя из здания ресторана, они увидели двух женщин-азиаток в униформе оливкового цвета. Одна была постарше, а другая молодая, лет тридцати. Ту, что постарше, звали Шейлин, а молодую – Халила. Они держали в руках папочки и приветствовали новых гостей, предлагая посетить спа-салон.
– Здесь список массажных услуг, которые мы предлагаем дорогим постояльцам для полного расслабления, – показывала в папке Шейлин.
– Что
– В зависимости от ваших предпочтений, силовой или расслабляющий массаж, – сказала Шейлин.
– Что-нибудь среднее, не сильно жесткое, но и не слишком мягкое.
– Господину можем предложить балийский массаж длительностью один час. У нас сейчас промо, и мы даем скидку пятьдесят процентов на все виды услуг, – Шейлин церемонно поклонилась.
– Пожалуй, подходит, – заключил Алекс, рассмотрев цену и поделив в уме пополам.
– А для мадам…
– О, мы еще не женаты! – прервал он чуть резковато женщину.
– Понимаю, – очередной раз поклонилась Шейлин. – Возможно, мисс подойдет расслабляющий аромамассаж?
Луиза смущенно улыбнулась и согласилась.
Они записались на завтра на шесть вечера перед ужином и отправились к своему домику. Алекс вел ее за собой, они весело болтали о приятных мелочах, и он думал, как будет приятно ласкать ее и целовать под балдахином их королевской кровати, занимающей полкомнаты.
Несколько минут обратной дороги – и домик заперт изнутри, шторы на окнах сомкнуты, ежевечерние процедуры окончены, свет погашен.
– Я так устала сегодня, – зевнула Луиза, забираясь на кровать в одних трусиках.
– Сегодня тебе отвертеться не удастся! – шутливо прорычал Алекс, обхватывая ее за тонкую талию и притягивая к себе.
Он стал целовать ее в шею, беспорядочно лобзал щеки, захватывал губами мочки ушей и посасывал их, пока его руки гладили ее плоский животик и мяли упругие грудки. Сладкая девочка делала вид, что хочет вырваться, но сама поддавалась ласкам, будто ускользающими движениями дразня его, но на деле лишь глубже увязая в сладострастном зыбучем песке возбуждения. Наконец повернулась к нему лицом, закрыв глаза, на обратной стороне ее трепещущих век проецировались радужными брызгами вспышки блаженства, она широко раскрыла влажные губы, прося глубокого поцелуя. Алекс глядел с нарастающим желанием в темноту ее ротика, пальцем провел по губам, а потом нырнул туда целиком, исчезнув в этом портале удовольствия: язык глубоко проник внутрь, сплетаясь с ее языком, палец другой руки нащупывал под трусиками бугорок клитора и вход в увлажнившуюся пещерку влагалища, нежно сжимавшего фалангу пальца, словно приглашая проникнуть глубже, дотянуться до точки G.
– Аах!.. – испустила она короткий стон, когда Алекс наконец оторвался от ее губ. – Хочу тебя очень-очень-очень… Поласкай меня, пожалуйста.
Вместо ответа он стянул с нее последний тоненький полупрозрачный кусочек ткани, сжал одной рукой набухший сосок, а два пальца другой просунул в сладостное скрещение между стройными бедрами Луизы, достиг главной цели и водил ими в уже хлюпающем от обилия смазки гротике, разжигая в ней плотский огонь. Возбужденно дыша, он терся окаменевшим стержнем между покрытыми легкой испариной булочками своей красотки, пока головка жезла не стала размером с созревший мухомор с выступившей в устье канальца капелькой росы.
Луиза громко стонала, не боясь, что кто-то может услышать. Алекс ласкал ее рукой, пока пальцы не заблестели от деликатесной жидкости девушки, затем он поставил ее на колени, крепко сжав ладонями ляжки, развел их пошире, наклонился и стал лизать вокруг прелестной скважины, продолжавшей источать женские соки с терпким вкусом молодой самки, жаждущей совокупления. Однако ему пока не хотелось приступать к основному процессу. Он продолжал работать языком, просовывая его внутрь, облизывая набухшие гребешки, посасывая бугорок клитора и снова устремляясь в горящее лоно. Потом неохотно оторвался и стал облизывать утопленную чуть выше ямку ануса, стараясь протолкнуть туда указательный палец, чтобы исследовать его внутри. Алекс никогда раньше не решался на это, но теперь разогрелся настолько, что вращательными движениями проник в эту тугую дырочку на половину фаланги, большим пальцем продолжая теребить клитор. Луиза сжала ягодицы.