Индотитания
Шрифт:
— Нет. Эти не полезут. Их всего двое, и потому они будут ждать подкрепления.
— Вот же, влипли, — Чак, усевшись на грязный пол, заменил пустой магазин и закурил.
— Ничего страшного, — ответил Джек. — Главное — дождаться темноты. Уйдем по крышам.
Дом, в котором они находись, был полуразваленным. В нем не уцелело ни одной рамы. По всем признакам — его неоднократно обстреливали артиллерией. Но именно он и являлся сейчас убежищем для двоих агентов ЦРУ, нарвавшихся на отряд правительственных войск, проводивший
— Откуда они здесь взялись? — спросил Чак. — Ведь эта территория находится под контролем сил оппозиции.
— Находилась, — поправил его Джек. — Ситуация на войне может меняться самым непредсказуемым образом.
— Представляешь, что будет, если они возьмут нас живьем?
— Не возьмут. Мы ведь — профессионалы. Столько лет готовились.
— Всякое может случиться. — Чак затушил окурок и спрятал его в карман. — Разрыв снаряда, например. Контузия, беспамятство… Очнешься, а ты — в руках специалистов по
допросам.
— Ампула с ядом в воротнике на что?
— Не успеешь, — Чак пощупал рукой воротник камуфляжной куртки. — В службе безопасности у них тоже не дураки работают. Их русские учили.
— Значит, надо попадать к ним в руки мертвыми, — усмехнулся Джек. — По документам — ты Хусейн, а я — Али. А то, что лица не арабские — никакого значения не имеет. Мало ли здесь наемников-исламистов? Даже европейцы встречаются.
— Ну, мое лицо, например, довольно хорошо вписывается в местный интерьер. — Чак приподнялся, выглянул в окно и тут же с силой запустил на улицу гранату. — Я — на четверть индеец племени чероки.
За окном прогремел взрыв, и послышались яростные вопли.
— Нечего близко подходить к зданиям с засевшими в них агентами ЦРУ, — констатировал Чак.
— Особенно, с индейцами, — добавил Джек и рассмеялся.
— Лучше быть индейцем, чем потомком каторжника ирландско-шотландско-немецкого происхождения. Кто там у тебя в роду еще был?
— Еще была бабушка-итальянка.
— Только дедушки-папуаса не хватает.
Джек осторожно выглянул в окно и сказал:
— Скоро стемнеет. Наденем приборы ночного видения и смоемся отсюда. А насчет дедушки-папуаса ты не прав. В моем роду никаких африканцев и полинезийцев никогда не было.
— Да уж, — Чак достал еще одну гранату и положил ее рядом с собой. — Много ты знаешь про свой род. Копни глубже, и окажется, что ты вообще китаец… Слушай, как ты думаешь, Джафар успел уже использовать то, что мы ему передали?
— А черт его знает.
— Интересно, сколько людей при этом погибнет?
— Много.
— Зачем это нужно нашему правительству? — Чак снова закурил.
— Ну, во-первых, здесь нашли большое месторождение нефти. Если не поменять политический режим, то его начнут разрабатывать русские. А у них и так нефти навалом… А во-вторых, зачем на Ближнем Востоке нужно
— И поэтому надо было передать оппозиции боеприпасы с химической начинкой?
— Конечно, — Джек выглянул в окно и выпустил короткую очередь. — Правительство этой страны получает оружие у России. Как бы мы ни снабжали оппозицию, они с ним не справятся. А вот если взорвать несколько снарядов с зарином, и свалить вину за его применение на официальную власть, то возникнет повод для силового вмешательства. Наши нанесут ракетно-авиационный удар по оборонным объектам и правительственным войскам. И — все. Полный бардак. А оппозиции — карты в руки.
— И виновниками всей этой вакханалии являемся мы с тобой, — Чак сплюнул на пол и взял в руку гранату.
— А ты об этом не думай, — сказал Джек. — Мы выполняем задание. Для этого и обучены соответствующим образом. А рассуждают пусть политики.
— Ты думаешь, Джафар выпустит снаряды по правительственным войскам?
— Он что, дурак? У тех есть костюмы химической защиты и противогазы. Джафар бабахнет по мирным жителям.
— И погибнет куча народа…
— Конечно. Именно это ему и надо.
Чак выглянул в окно, и решил гранату пока не бросать.
— Сидят в здании через дорогу тихо, как мыши, — сказал он. — Что-то мне не по себе от твоих выводов. Там ведь дети…
— Какое тебе дело до их детей? — Джек с укором посмотрел на Чака. — У тебя же есть свой сын?
— Да. Ему три года.
— Вот и думай лучше о нем. Чем больше будет беспорядка здесь, тем спокойнее станет на другой стороне земного шара. Ведь именно там твой сын и живет.
Чак покачал головой и заметил:
— Если твои рассуждения перевести на язык практики, то нужно смело уничтожить весь мир, кроме страны, где мы живем.
— А это и происходит. Постепенно. Если бы этого не происходило, то всякие Джафары чувствовали б себя в Соединенных Штатах, как в родном кишлаке.
— Ну и лицо у него! Даже не лицо, а морда хищника. И глаза — шальные и веселые.
— Конечно, — подтвердил, смеясь, Джек. — Ты б курил гашиш с утра до вечера, у тебя бы были точно такие. Джафар — тот еще праведник.
Чак настороженно затих и прислушался. Джек сделал то же самое. За окном возник странно знакомый и нехороший звук. Они тревожно переглянулись и осторожно выглянули. Улица была пустой, но звук приближался.
— Черт, — выругался Джек. — Неужели это то, о чем я подумал?
— Похоже, мы подумали об одном и том же. — Добавил Чак.
Из-за поворота, нещадно чадя, выехал танк. Звук резко усилился, и улица наполнилась ревом двигателя и лязгом гусениц.
— Танк Т-72, — констатировал Чак. — Калибр орудия — сто двадцать пять миллиметров.