Индивидуум-ство
Шрифт:
Перспектив – никаких.
Всё, что тебе нужно и всё, что тебе остаётся, – это выполнять свои рабочие функции, чтобы в конце месяца получить небольшую сумму на счёт, чтобы на сумму эту купить еду, чтобы еду эту поглотить и переварить, чтобы позже, как положено, вытащить из себя какую-никакую силу и вернуться к делу. К выполнению рабочих функций. К режиму инкогнито. К челобитным. И так далее. И далее. И далее. И тому подобное.
– Чего тебе ещё не хватает-то? – спрашивают важные люди, восседающие на солидных постах. – Чего ты нюни распускаешь? Дурачок, что
– То-то же, сотрудник отдела эксплуатации! – поучительно размахивает указательным пальцем прибывшая из мезозоя начальница. – За опоздание – полагается наказание! В назидание другим нарушителям! Согласны же? Согласны? А ну-ка соглашайтесь!
– Не соглашусь, ёлки-да-палки!
– Что? Что-о-о? Повторите-ка?
– Глубокоуважаемая! Если уж говорить начистоту, то все мы понимаем: прав не тот, кто истинно прав, – а тот, кто больше прав имеет.
– Экая мудрость от человека с низкой квалификацией! Из какого такого цитатника Вы её почерпнули?
– Из жизненного, ёлки-да-палки!
– В Вашем жизненном цитатнике шаблоны объяснительных предложены? Нет? Тогда составьте их самостоятельно!
– Что сделать? Что-о-о сделать? Повторите-ка, моя Вы до изморози совестливая командующая, с тщательно выскобленной нормальностью?
– Тьфу! – супится и гневается начальница. – Поменьше бы Вы трепались – умнее бы выглядели!
– Умнее уже неку…
– Молчание – ежели не знаете, – золото! А Вы, вероятно, беднее всякого бедняка!
Совестливая до изморози командующая – на еженедельной исполинской планёрке. Прикладывает руку к козырьку. Подаёт рапорт. Разбрасывается золотом.
Я, массовик-затейник – на получасовой еженедельной передышке. Катаюсь на стуле из чёрной искусственной кожи. Рву линолеум. Легкомысленно порчу государственное имущество. Пользуясь случаем, спрашиваю девочку из отдела:
– Откуда такая нелепая традиция: вставать, когда заходит руководитель учреждения?
– Хм, хм, хм… – бормочет девочка из отдела, заправляя за аккуратные ушки аккуратную карешечку. – Так принято.
– Идиотизм.
– Хм, хм, хм… Мне не сложно встать.
– Ну да. Ну да. Ну да.
– Хм, хм, хм… Что в этом такого-то? Действительно: что в этом такого-то?
Ей ничуть не сложно встать. Не сложно поклониться. Не сложно умилостивить.
Если так принято.
Внезапно – удары каблуков и подков, хлопанье дверей, шуршание высохших
Короче говоря – соблюдая традиции.
Наплевав на все традиции, на правила безопасности психического состояния своих подчинённых, начальница возвращается не одна – а с самим руководителем-снимайте-соотчичи-шапки. Высоким. Смуглым. Свежевыбритым. В тёмно-сером, с иголочки, костюме.
Девочка мгновенно вытягивается по стойке смирно.
Короче говоря – чин чином.
Я, с прямой спиной, не встаю. Я, с тупой физиономией, печатаю буквы и символы. Батрачу, с улюлюканьем на всю себя.
– До обеда мне нужен отчёт, – не утруждая себя стандартными приветствиями, даёт распоряжение руководитель учреждения. – Отчёт «по головам». Всем всё ясно?
– Ясно, – кивает проглотившая костыль девочка.
– Ясно, – отвечаю я.
И не встаю. И всё так же печатаю буквы и символы. Формирую штатную расстановку (как и велено – «по головам»). Подозреваю, что сегодня-завтра правящие будут обсуждать грядущий убой скота – ой! чуток перепутала! – сокращение работников.
Короче говоря – перенимая тенденции других компаний.
Начальница – виртуоз пантомимы – мигает, моргает, краснеет: а ну-ка встань, мол, давай, давай! Девочка покрывается испариной, пучит глаза, сжимает губы: вот это да! вот это кичливость! вот это спесь! Я – из рода лесных ведьм, из клана искоренителей оргтехники – продолжаю отдавливать кресло из чёрной искусственной кожи. Всею своею пятнистой душою жажду, чтобы руководитель учреждения отбыл восвояси. Заставляю пластиковую щеколду (по настойчивому велению, по нереальному хотению) поддаться и настежь распахнуть окно.
Щёлк! Вжух! Бах!
Глиняная ваза с сухоцветами заваливается на бок. Жалюзи разлетаются в разные стороны. Положения об отделах, приложения в восьми листах и прочая дребедень гигантским конфетти выстреливают в лицо руководителя учреждения. С трудом сохраняя невозмутимый вид, я диву даюсь своему скрытому потенциалу.
Ой. Ой. Ой. Да как же это так. Извиняется начальница.
Кошмар. Кошмар. Кошмар. Сейчас всё соберём. Собирает.
Развернувшись на пятках, без единого слова, руководитель учреждения покидает кабинет.
Начальницу не покидает ужас.
– Коллега! – скрипит она в мой угол. – При руководителе учреждения – принято вставать! Кажется, я знакомила Вас с обычаями?! Знакомила?! А?!
Ага.
Кажется, знакомила.
– Вы запамятовали?
Ага.
Можно и так сказать.
Кажется, скоро меня уволят.
Но – не сегодня.
– Государство – это некий контрагент, – целая и невредимая, сызнова увернувшаяся от лезвия гильотины (ниндзя – не иначе!), я отправляю счёт от сайта-консультанта в бухгалтерию. – За то, что мы платим налоги – нам, по идее, должны предоставляться услуги, гарантии и защита. Логично? Логично. Однако у нас – всё очень странно…