Иначе не выжить
Шрифт:
А Мишку куда деть? Нет, это просто затмение какое-то под впечатлением жаркого!
Давно он так вкусно не ел! Ресторанная пресная пища обрыдла! Мама здорово готовит, да еще вот эта… И была еще…
Пока он наслаждался ее стряпней, она продолжала курить и читать. Это ему не понравилось, стало скучно работать зубами, хотя каждый день он это проделывал в одиночестве. «Может, ты составишь мне компанию?» – «Я уже поела».
От книги она при этом не оторвалась. «Эй, – коснулся он ее руки, – почитаешь, когда я уеду! Ты – подарок или нет?» Как она посмотрела на него в этот миг!
Сколько ненависти, сколько презрения было в ее взгляде! Что он ей сделал? Зачем она здесь?
Он от неожиданности, а может, по давней, забытой привычке бросился на пол.
Когда открыл глаза, увидел дырку в потолке. Дым от выстрела еще не рассеялся, а двое молодцов из охраны уже были тут как тут. «С вами все в порядке? Помощь не требуется?» Люда сидела к ним спиной и лицом к нему. Ох, и бледным же было ее лицо! Она закрыла глаза и, кажется, не дышала. Руку с пистолетом спрятала под стол. «А вы чуткие ребята! – усмехнулся он. – Нет, помощь не требуется. Это мы устроили вам проверку. И я теперь вижу, что босс обо мне позаботился неформально». Канцелярщина так и прет из него, даже в такие минуты!
«Позаботился неформально» – надо же, сказанул! Откуда что взялось? Пять лет на руководящей работе даром не прошли!
Парни уже хотели было уйти, но он вспомнил:
«Кому-то из вас я должен?» Когда отсчитывал деньги, руки дрожали, как у алкаша! Позор! Прошел Афган, Поликарпа, а испугался какой-то шалавы! Но ведь тогда ему нечего было терять! А сейчас? Нет, это все мура! Чепуха на постном масле!
Они ушли, а Люда не шелохнулась. Он подошел сзади и положил ей руку на плечо. Она вся съежилась, будто он обдал ее холодной водой из ведра.
«Прости…» С ума сойти можно! Он мог бы в эту минуту встать перед ней на колени, но она сбросила его руку с плеча, и он чуть не дал ей в ухо, но сдержался. Нет, девки не бывают такими своенравными! Девки стелятся, девки гнутся, девки – податливый, пластичный материал!.. «Ты будешь есть, или убрать в холодильник?» – «Спасибо. Я уже сыт». Она стала мыть посуду. Он просто сидел и молчал. Нет, не просто. Он рассматривал ее так, будто раньше не видел. Да, да, тысячу раз – да! Он поймал себя на том, что сидит и сравнивает ее, то есть Люду, с той, с другой Людой! И когда это понял, закрыл ладонями лицо и заскулил. Впервые в жизни заскулил, потому что вдруг стало так больно, словно она выстрелила не в потолок! Почему тогда, пять лет назад, не скулил, не корчился от боли, вообще старался не думать? И получалось ведь…
«Эй! – Теперь она коснулась его руки. – Ты чего?» Даже сквозь пальцы он видел, как она испугалась. И тут же нашелся, что сказать: «Взгрустнулось».
Она выключила воду. Опять закурила, глядя в окно, и вдруг ни с того ни с сего проговорила: «А знаешь, ты парень что надо…» – «Разве?» – «Я не думала…» – «Чего ты не думала?» – «Короче, спасибо тебе». Она бросила это скороговоркой, взволнованно. «За что спасибо?» – «За то, что не отдал на растерзание своим дармоедам! Я бы так и поступила на твоем месте!» Она подняла с пола две половинки разодранной книги, сложила их вместе и бросила на холодильник, так что они опять разлетелись. «Ты же – мой подарок. Зачем мне тебя отдавать кому-то?» Он поднялся и попробовал ее обнять. Она не сопротивлялась. Он поцеловал ее в шею, под самую мочку. Она тяжело дышала. Он почувствовал, как все в ней напряглось. Нет, она из другого материала! «Мне надо ехать», – шепнул он ей на ухо.
«Можешь спать спокойно, – заверил он, – больше это не повторится… Никогда».
Когда захлопывал дверь, она опять читала, даже взглядом не провожала его. И не надо! Он все же потянул время – вдруг обернется, скажет: «Пока!» Не обернулась, ничего не сказала. Он тоже молча ушел. Нет, она совсем не похожа на ту… Ничего общего!
Кельнер опять был учтив и предупредителен, сунул ему в пальцы гаванскую сигару, поднес зажигалку, в другую руку протиснул фужер с чем-то темно-красным. Ах, да! Он решил сегодня не напиваться, заказал вино. И не просто вино, сделал царский заказ: «Мне Бордо Шато Марго 1990 года!» И ведь принес, шельма! Вот бутылка рядом стоит на столике. Все они выслуживаются, гады!
Саня сделал глоток, затянулся, выпустил дым.
Второе неизвестное, с которым он приехал сюда, тоже не давало покоя.
Говорить ли «отцу» о записке мэра? Ведь такая конспирация неспроста предпринята главой городской администрации. Он явно не хочет посвящать Лося в какие-то свои планы, и Лось это чувствует. К тому же «отец» появится в клубе, как всегда, не раньше полуночи, а мэр назначил ему встречу на одиннадцать. И тут возникает третье неизвестное! Как избавиться от охраны? Одна машина – это был фиолетового цвета «ниссан», охрана за день сменилась – сопровождала его в клуб; другая – кажется, серенькая «тойота» – осталась караулить дом. Лось оказал медвежью услугу – приходится ломать голову, как избавиться от его людей. Может, просто послать их к такой-то матери? А если он захочет скрыть от Лося информацию мэра?
Никогда ему не приходило в голову скрывать что-нибудь от «отца». Всем он обязан Георгию Михайловичу. И все-таки что-то удерживает его, чей-то голос внутри подсказывает: «Держи в тайне!» Этот голос никогда не подводил Саню.
Он взглянул на часы – без пяти девять. До сада Мандельштама двадцать минут ходьбы. Времени предостаточно, чтобы все хорошенько обмозговать.
– Уже на время смотришь? – По другую сторону фонтанчика с папуасами возник смуглолицый бородач – его заместитель Миша. – Что с тобой сегодня? Не играешь. Пьешь «компот».
– Не играю, потому что по астрологическому календарю мне сегодня противопоказаны игры, а пью «компот», потому что завтра на работу. И тебе, кстати, тоже не помешает, – нашел он объяснения на все вопросы подчиненного.
– Вот так всегда, – обиделся тот, – чуть что – сразу работа! Здесь-то мы можем не говорить о работе?
– Ты прав, – согласился Шаталин, – просто нет настроения. Все еще не могу прийти в себя после юбилея, – свернул он беседу в нужное русло.
– Мы тебя славно накачали! – гордо заявил Миша. – Я тебя ни разу не видел таким!
– Каким?
– О! Это был полный тормоз! Мы тебя волокли вчетвером! Ты ведь у нас парень здоровый! Мы об этом всегда помнили, а теперь уж точно не забудем! – Развеселившийся заместитель во время своего рассказа так жестикулировал, что чуть не разнес экзотический фонтан, во всяком случае, репутация белого клубного пиджака была подмочена аж до локтя. – Вот черт! Не заметил!
– Поменьше страсти, Миша, – посоветовал начальник. – Вы меня доволокли до машины. Что дальше?
– Дальше ты захотел пи-пи. Мы уже собрались было тащить тебя обратно, но ты изъявил желание помочиться в реку с моста. Кто-то из наших уже на мосту пошутил: не подержать ли тебе пипиську? И тогда ты разбушевался. Откуда только силы взялись? Начал крушить нам челюсти! Не помнишь?