Иначе не выжить
Шрифт:
– Вам бы сейчас хряпнуть знаменитый коктейль Бунюэля, – усмехнулся Геннадий Сергеевич, – а то с игрой воображения, как я погляжу, у вас туговато.
Она повернула к нему голову с явным намерением произнести колкость, но вместо этого улыбнулась – узнала. Как не узнать? Анхелике нравились немногие мужчины, можно сказать, единицы. Этого, с аккуратным светлым ежиком волос, с мужественным скуластым лицом, с тонкими поджатыми губами и вечной недосказанностью в холодных, металлического оттенка глазах, она запомнила надолго. А главное, ей
– Мы разве перешли на «вы»? – удивилась она.
– Это я на всякий случай, – выкрутился он, – вдруг, думаю, забыла. А коктейль все же советую. Хохма с твоей прической мне не понравилась.
– А, прическа…
Она повернулась к нему в профиль, чтобы он лучше мог разглядеть замысловатую башню у нее на голове.
– Блестяще! – похвалил Балуев, в противном случае разговора могло не получиться. Безусловно, кукольное личико Анхелики было достойно восхищения, но правильные формы ему никогда не нравились и даже отталкивали. – Ты превзошла саму себя! – И с улыбкой повторил:
–А коктейль все-таки закажи. Нам надо серьезно поговорить, а без игры воображения вряд ли получится.
– Да что за коктейль, черт возьми! – Она делала вид, что вне себя от его бестактности. – Бунюэля знаю, хороший режиссер…
– Хороший? Хорошим бывает анализ мочи! Бунюэль – это гений фантазии, а все благодаря коктейлю!
– Затрахал ты меня своим коктейлем! Она подозвала официанта и приказала ему записать рецепт.
– Ничего не надо записывать, дружок. Вытащишь из холодильника хорошо замороженный лед, капнешь на него немного вермута, добавишь ложечку кофейного ликера, взболтаешь в шейкере, выльешь в бокал и зальешь джином, 0'кей?
– И все? – хмыкнула Анхелика, когда парень с подносом удалился. – От Бунюэля я ждала чего-нибудь покруче.
– Это ты скажешь, когда попробуешь.
– Может, приступим к делу, не дожидаясь твоего долбаного коктейля? Ты ведь не приходишь сюда просто так. Верно? Что тебе на сей раз понадобилось узнать? Если секрет водородной бомбы, то я пас.
– Ну и шуточки у тебя, телеведущая! – покачал головой Балуев и ни с того ни с сего задорно предложил:
– Отгадай загадку… Чем отличается шлюха из «Андромахи» от любой другой шлюхи?
– Это не по адресу! – надулась она. – Если хочешь снять девочку, вход с другой стороны здания.
– Если б я хотел снять, то не сидел бы здесь. Меня интересует только то, что меня интересует.
– Чем-чем, – пожала плечами Анхелика, – значком, наверно. Все остальное есть и у других шлюх.
– Каким значком?
– Сердечко с надписью «Андромаха». Что-то вроде клейма качества.
– Достань мне такой значок, – попросил Геннадий.
– Ты что, решил тоже попробовать? – засмеялась она.
– Очень
Официант поставил перед Анхеликой коктейль, и она, едва пригубив его, заявила Балуеву:
– Ты хочешь, чтобы я свалилась замертво? Это слишком крепко для меня.
Надо разбавить тоником!
– Ты все испортишь! Лучше закажи парочку сандвичей, и все будет в норме.
– Неужели ты пришел сюда ради этого блядского значка и заодно меня споить?
– Не только, – лаконично ответил он, плеснув себе в бокал мартини. – Еще чтобы выпить с тобой за нашего общего друга Федю, которого ты по старой дружбе сдала Поликарпу.
Анхелика вспыхнула, сверкнула черными очами, но вымолвить что-либо не смогла. Она поставила свой бокал на место, запустила пальцы в прическу, тут же разрушив хваленую башню, и низко склонила голову. Он не стал мешать ее терзаниям, осушил свой бокал и уставился на эстраду, где «доярка» выжимала последние капли.
– Выйдем на свежий воздух, – попросила Анхелика.
В наступивших сумерках они не нашли лучшего пристанища, чем ее машина.
– Что с Федей? – спросила она, когда они устроились на передних сиденьях.
– Не знаю, – честно ответил Балуев. – Позавчера, возвращаясь из поездки, он едва не схлопотал пулю. А сегодня пропал куда-то. Мы договорились вместе приехать в «Андромаху», но он не заехал за мной.
– Может, он сейчас дома?
Она достала из бардачка радиотелефон и набрала номер Федора. Ей ответили длинные гудки.
– Откуда директор зоомагазина узнал о его «ходках»? Ты рассказала?
– Демшин? – вытаращила она свои огромные глаза. – Он-то тут при чем?
– Он больше месяца выслеживал Федора на Рабкоровской, но сам, видимо, хорошо подставился и получил пулю в лоб.
– Демшин? – снова выпалила она с неменьшим изумлением, чем в первый раз.
– Давай пойдем по порядку, – предложил Геннадий. – Кому ты рассказывала о Фединых поездках за город? Только не надо увиливать. Кроме тебя, о них никто не знал.
– Я и не увиливаю, – пробормотала она, чуть не плача. – Мне пришлось обо всем рассказать мужу, будь проклят он со своей ревностью! – всплеснула она руками. – Он и раньше меня ревновал к Федору, но в последние месяцы просто с цепи сорвался! Кто-то донес ему, что мы с Федей обедаем в нашей телевизионной столовке, и он весь вечер надо мной измывался, грозил убить. Он вытянул из меня все.