Инь-ян
Шрифт:
Знаешь, что делают у нас с преступницами? Убийцами, заговорщицами и колдуньями, напустившими порчу на уважаемых граждан? Колдуньям вырезают язык, а убийц отправляют в солдатские казармы, в публичный дом, удовлетворять толпу грязных мужиков, пока та не сдохнет или не потеряет здоровье, дергаясь под толпами озабоченных самцов! А потом, если выживет, изувеченную, никому не нужную выбросят на улицу, где и помрет в муках. Вот так.
– Я знаю, – холодно кивнул Сергей, – не нужно мне рассказывать эти гадости. Я читала об этом в книге, у тебя в библиотеке,
– Хочешь подставить их вместо себя? – усмехнулся Пиголь. – Ну что же, если сумеешь… Ладно, слушай… если поможет, конечно…
Глава 11
– Вот тут, госпожа! Ты сказала – Зеленая, пятый дом? Ну, точно тут. Нам с тобой идти?
– Парни, сходите пока в трактир, вон тот, поблизости. Кстати, я вам должна, держите!
Сергей бросил Хану две серебряные монеты, Рес ловко вынул их из воздуха прямо перед лицом опешившего командира и гаденько захихикал:
– Старый стал, командир? Скорость не та, а? Сочувствую! Все когда-то будем такими старичками…
– Вот ведь гадина какая! – непритворно возмутился Хан. – Ты видела, госпожа? Кто сегодня тебе зад надрал, поганец? Я три раза тебя сегодня достал, и ты, скотина, осмеливаешься говорить такие слова?
– Это я позволил тебе пробиться через мою защиту. Чтобы ты не расстраивался! Приятное хотел тебе сделать, – невозмутимо пожал плечами Ресонг и, ухмыльнувшись, подмигнул Серг. – Пойдем, пока госпожа не передумала! Выпьем по кружке холодненького! Жарко, не выношу, когда после дождя сразу жара! Весь покрываешься испариной…
– Ах, ты, подлец! Ах, ты, неблагодарная тварь! – фыркнул Хан и начал обличать Ресонга в мнимых и настоящих преступлениях против правды, но Сергей уже их не слушал. Он поднялся по ступеням на высокое крыльцо, над которым располагалась неприметная вывеска с нарисованной человеческой головой – вид с затылка. Вывеска была старой, облупленной, и Сергей с неудовольствием подумал о том, что вряд ли в такой лавке может быть хороший товар. Успешный хозяин подновил бы вывеску, сменил скрипучие ступеньки на новые, не такие затертые, покрасил дверь в красивый цвет и повесил над дверью новый колокольчик вместо этого, задребезжавшего так, будто жаловался на превратности судьбы и посетителей, десятилетиями разбивавших ему бока.
В лавке, вопреки ожиданиям, оказалось чисто, уютно, пахло воском и чем-то знакомым, родным – такой запах стоял в доме у бабушки, жившей в деревне.
Сергею помнилась эта атмосфера, в которой запах воска смешивался с запахом лампадного масла, горевшего перед старой иконой. Несмотря на долгие годы советской власти, в том доме сумели сохранить образа, не заменив на портреты Ленина и Сталина.
Гладкие доски пола блестели от свеженанесенного покрытия. На окне, на шкафу, на полках стояли фонари – именно от них шел запах ароматического масла.
За столом
– Чем могу помочь, госпожа? Хочешь приобрести парик, госпожа?
– Хочу, – слегка оторопело ответил Сергей, пристально разглядывая девушку. Та была так красива, так совершенна, что казалось – она плод воображения, а не живая девица. Таких в жизни не бывает.
Все в ней было слишком – слишком белая кожа, слишком яркие синие глаза, слишком красные губы и правильные черты лица.
Про фигуру и говорить нечего – полная, но не слишком большая грудь, стройные бедра, обтянутые шелком длинного серебристого платья.
Про таких говорят – «смерть мужикам!». При желании на Земле она легко могла бы сделать карьеру модели или… дорогой проститутки. Что, впрочем, частенько суть одно и то же. Мужчины отдавали бы за ее прелести огромные деньги, не скупясь, в желании обладать такой совершенной красотой.
Сарана была довольно красивой девушкой, но ее внешность не шла ни в какое сравнение с этим совершенным существом. Оставалось надеяться, что девушка глупа – ну хоть что-то в ней должно быть несовершенно? Ведь не зря же говорят, что блондинки глупы как пробки?
Все эти мысли мгновенно промелькнули в голове Сергея, пока он разглядывал «ангела» во плоти со всех сторон и пытался найти в себе силы выдавить хоть одно слово, кроме сказанного. Мужское сознание сработало как тормоз, заставив женское тело впасть в ступор.
– Так что хочет купить госпожа? – снова терпеливо переспросила девушка и продолжила осмотр посетительницы. Та ее явно забавляла, потому что брови девушки слегка поднялись, а с лица не сходила блуждающая полуулыбка.
– Парик! – собрался с силами Сергей. – Несколько париков! Мне сказали, что тут хороший мастер, и волосы, что используют в ваших париках, – это волосы с живых людей, а не с трупов.
– Конечно, госпожа! – посерьезнела девица. – Само собой, с живых людей! Папа всегда говорил, что нельзя использовать волосы с мертвецов – они несут на себе плохое заклятие! Кто знает, от чего умер этот человек? Может, он вообще скончался от болотной лихорадки, или же какой-нибудь колдун проклял все его тело! Прицепишь к себе дурное заклинание – пожалеешь. А папа всегда был прав…
– Почему был? – автоматически поинтересовался Сергей и тут же получил ожидаемый ответ:
– Он умер два года назад. У него было совсем плохое здоровье, и маги уже не смогли вылечить. Или не захотели помочь…
– Вот почему у тебя на лавке вывеска облупилась, – кивнул Сергей, – и ступени не в порядке. И перила. Некому подновить? Ты что, одна живешь? Некому?
– Одна, – пожала плечами девица, – честно говоря, просто некогда. Нужно будет нанять строителей и подновить, ты права, госпожа.