Имперский раб
Шрифт:
Через несколько часов таких качелей его начало тошнить. Не желая пачкать в каюте, Ефрем потянулся к окну. Кое-как открыл люк, но поток влетевшей воды впечатал его обратно в кровать.
Мокрый, скользя и падая, он в полумраке все же захлопнул окно. Его вырвало. Он временами переставал соображать. Пошел было к выходу. Почти выбрался уже на палубу, но его заметил капитан и снова водворил в каюту. Перекрикивая бурю, пояснил:
– Я головой отвечу, если с вами что-то случится! Сидите в каюте – больше шансов выжить!..
Ефрем
Буря утихла только к следующему утру. Шхуна с изрядно потрепанным рангоутом, не потеряв ни одной души, как оказалось, очень сильно продвинулась к своей конечной цели плавания. До ирландского порта Корк оставалось несколько часов пути.
Ефрем хромая вышел на палубу. Он увидел усталых, но деятельных людей. Ефрем вымучил улыбку на своем зеленом лице. Обнаружил капитана, дающего распоряжения, и устыдился своей недавней трусости, подумал: «Теперь понятно, почему Британия правит морями! Ее матросы – ее флот!»
Скоро шхуну было не узнать. Рангоут подправили, палубу выскребли. И каюту мистера Бирка тоже вычистили и отмыли от всего того, что ел он накануне бури.
И все же Ефрема успокаивало то, что он справился со страхом в бурю. Не сразу, но… Он достал свою тетрадь из сундука. Она не промокла и была снова водружена на тело. Дав поспать капитану пару часов, он вызвал Лерна перед самим входом на рейд в Корке.
– Мистер Лерн, вручаю вам вот этот документ, прочтите, – сказал мистер Бирк.
Лерн читал, и его брови медленно лезли на лоб. Зная моря и океаны, почти все порты мира, он с этой маленькой посудиной за год сможет стать богачом. Когда капитан закончил читать и хотел благодарить негаданного благодетеля, Ефрем сказал:
– Не благодарите, пока это все, что я в силах сделать для вас.
Капитан Лерн растроганно пыхтел и пожимал в недоумении плечами. Ефрем продолжал:
– Но хочу вас предостеречь: первое – поскорее сплавьте куда-нибудь своего помощника; второе – не раскрывайте свое присутствие вблизи Британских островов. Обо всем, что происходило, я сам доложу в Адмиралтействе и кабинете министров.
Капитан Лерн ответил:
– Сплавить О’Хила – не проблема. В Лондон идти сейчас меня никто не обязывал. Уйдем не задерживаясь. Но как мне отблагодарить вас, сэр?
– Давайте просто по-дружески простимся. И пусть судьба будет благосклонна к нам обоим! – сказал Ефрем. Они пожали друг другу руки.
Матросы спустили шлюпку, погрузили в нее сундук мистера Бирка, потом его самого и погребли к берегу.
Капитан Лерн снова стал полновластным командиром корабля. Он вызвал своего помощника.
– Мистер О’Хил, поручаю вам закупить провизию для команды. Отправляйтесь на берег, и чтобы шхуна была готова к отплытию завтра утром.
Капитан пристально смотрел О’Хилу в глаза. Тот, не отводя взора, прикинул на вес протянутый ему кошелек. Ему сейчас было не до денег и не до провизии. Удача сама шла в руки! То он ломал голову, как сбежать незамеченным, а тут его отправляют да еще денег дают!
«Мистер Бирк не сразу пустится в путь по своим делам. Он, наверное, отсыпается сейчас в какой-нибудь таверне. После таких штормов и “морские волки” отдыхают. Найти его не составит труда, тем более с такими деньгами».
И капитан, и его помощник понимали, что расстаются навсегда. О’Хил почти бегом бросился исполнять приказ. Он экипировался по всей форме, взяв шпагу, кинжал и два пистолета. Капитан не препятствовал. Теперь ему было все равно. Каждый сам за себя!
На берегу Ефрем первым делом разузнал, где какие таверны, гостиницы и постоялые дворы. Выбрал таверну не дорогую и не бедную – среднюю, с комнатой на втором этаже. Роскошные апартаменты привлекли бы ненужное внимание, а бедная по статусу графа не годилась, и тоже вызвала бы ненужное любопытство.
Когда он представился хозяину заведения, тот изумленно спросил:
– Разве в России есть графы?
Больше хозяина удивился сам Ефрем:
– А почему им там не быть, милейший?
– Там ведь эти… Как их?.. Ну, эти… э-э, ах вот – зульданы и-и сарь-ы! – хозяин глупо заулыбался.
– Султаны и цари? – уточнил Ефрем.
– Да, да, – закивал хозяин и с любопытством уставился на гостя.
«Ишь ты, баран чванливый, еще блеет!» – мысленно обиделся за державу Ефрем. Он хотел было огрызнутся, но передумал и устало сказал:
– В России императрица и все как у вас, где хуже, где лучше. Главное, приятель, россияне всегда платят полновесной монетой!
Ефрем поднес к физиономии кабатчика свой увесистый кулак. Хозяин трактира открыл рот и увеличил в два раза глаза. Ефрем снисходительно улыбнулся и разжал пальцы. На ладони у него лежали два золотых. Хозяин заискивающе заулыбался. Он охотно сам отнес сундук русского наверх в отдельную комнату, осведомился:
– Будете завтракать?
– Пожалуй! – согласился Ефрем. – Зажарьте кусок свинины поувесистей и подайте пинту пива.
Хозяин ушел. Ефрем осмотрел комнату.
Единственное окно квадратной каморки выходило во двор. Двор был грязный, не в пример вылизанному входу. Ефрем приподнял раму окна, на него пахнуло жуткой вонью – смеси застоявшейся сырости и навоза. Внизу стояли три лошади и небольшой экипаж. Окно пришлось затворить.
В комнате стоял дощатый стол, два стула, деревянная кровать, застеленная чистым, но ветхим одеялом. В изголовье на стене висело католическое распятие. Пахло клопами. Он улыбнулся и подумал: