Империя
Шрифт:
И проснулся. До чего же спокойно, уютно, безопасно наяву! Ощущения реальные, живые, нет страха, безумия, и хорошо так, хорошо…
Димка ещё вздрагивал от озноба, то ли от приснившегося кошмара, то ли от прохлады подземелья, но скоро это кончилось. Димка попил жадно из фляжки, поднялся на затёкшие ноги — оказывается, он находился всё ещё в том же подземном переходе, что вёл от замка Старика в неизвестную страну. Сколько времени длился сон? Пора в дорогу, навёрстывать упущенное.
глава 4
…— Твоя задача, Рид, убрать епископа. Помешанный или нет, он много знает… Далее.
— Прощайте, мессир. — Рид заторопился, гримируясь, потом исчез в темноте. Передатчик тревожно пискнул — вызов принцессы.
— Форк!
— Я уже поднимаюсь, всё хорошо?
— Да…
Принцесса помолчала несколько секунд.
— Я заставил тебя ждать, толпа не слишком досаждала?
— Ничего, Форк. А как наши дела?
— Кое-что разрешилось, но вопросов ещё много. Во всяком случае, Зоарх среди них сейчас не главный. Мне нужно поработать с архивами Канцелярии… Летим на Эйхе.
Прошла неделя после бегства имперского канцлера Великого Зоарха из своей тайной резиденции на Таллуре. Принцесса к тому времени вернулась на Мегу, в сказочный мир её детства. Там, среди волшебных существ, в прекрасных садах и замках провела Алиса почти всю жизнь, пока отец, Повелитель Миров, не призвал её на Эйхе. Невыразимо трудно было расставаться с друзьями, уютным и добрым миром Меги, но Алиса понимала свою ответственность. Перед отцом, который часто казался ей добрым и справедливым, но недостижимо далёким и могучим сверхсуществом. Они виделись очень редко…
Потом Эйхе. Громадная фантастическая планета. Таких горизонтов Алиса не видела нигде — бесконечная равнина, ни гор, ни впадин. Принцессе объяснили, что такой ландшафт — следствие некогда чудовищной гравитации.
Дворец. Символ и предел имперского величия. Галантные, любезные до приторности придворные. Бесконечные вереницы лиц — слуги, гвардейцы. Алиса ещё не привыкла их не замечать. Графы, бароны, герцоги — чинные, важные — и она, маленькая, тоненькая перед ними, к ней склоняются сотни увенчанных знаками власти, седовласых голов. В безмолвном почтении. Кровь Повелителя Миров всё же давала себя знать — принцесса поначалу свободно владела собой и вела торжественные церемонии, некоторое время даже доставлявшие ей удовольствие. Но скоро тоска по сказочной Меге стала расти, заслонив собой блеск и роскошь императорского дворца. И другая, непонятная, неведомая ей раньше тоска.
Здесь, с космических расстояний, Алиса по-новому видела свою прошлую жизнь. И был в этой жизни словно какой-то изъян. Недоставало чего-то неуловимого, но важного, без чего прошлое уже не могло бы стать для неё тем же, радостным, светлым миром. А будущее вообще представлялось непонятным и даже чуть ли не бессмысленным.
Да, сейчас Алиса поняла, то время было совсем не таким, как оно виделось ей изнутри сказочного мира. Волшебные истории, которые окружали принцессу, словно перестали быть её сказками. Да, они с радостью принимали Алису
Алиса вдруг почувствовала — ей нужна своя сказка, та, где, главной героиней будет она сама, она будет жить по законам этой сказки, а не диктовать их, как Создательница…
Может быть, поэтому принцесса, не зная, как изменить судьбу, решилась на полёт к Таллуре…
Форкингем, поглощённый имперскими делами, оставался на Эйхе. Повелитель Миров ещё принимал иногда посетителей, но редко и неохотно, словно суета жизни тяготила его. Однако Форкингем видел — Карабандур с прежним вниманием относился к некоторым вопросам, особенно его заинтересовало недавнее путешествие на Таллуру. Но Повелитель молчал, избегая даже малейшего нажима на секретаря в принятии решений. Порою казалось — Величайший знает всё, такая мудрость светилась в его глазах.
Однажды утром из приёмной доставили отчёт Рида. Уединившись, Форкингем включил запись.
«…Епископа я выследил ещё четыре дня назад. Совершенно помешался, бродил в районе Терра-Брок с жезлом в руке — я не стал его тревожить, убрал безболезненно. Сложнее с маршалом. Он странно ведёт себя, осторожно и загадочно, будто что-то знает, но вытащить из него, что именно, нельзя, в этом Кронг настоящий кремень. Пока оставил его…
Трастилия прекратила войну, договорившись о контрибуции Гисбулту. В королевском дворце произошёл загадочный инцидент, нити которого я ещё не распутал. Было так: королевские повара нёсли обед из кухни в столовую залу. Вдруг, откуда ни возьмись, выбегает вор, хватает с подноса курицу и пытается скрыться. Его задержали, бросили в темницу, а по дороге он несёт, по словам охранников, полнейший вздор, но одна фраза — неизвестный повторял её часто — охраннику врезалась в память. Дословно: „Я знаю тайну для Карабандура!“
!!! Как вам это?! К сожалению, темницу на удивление хорошо охраняют, а для такого дела лучше соблюсти полную тишину и благопристойность. Я всё подготовил, жду указаний».
Они оставили флайер за пределами замка, чтобы не вызывать ненужных волнений. Впереди шагал шут его величества с невозмутимым видом пройдохи и наглеца. Чуть отставая — высокий, худой человек в форме, чёрной, от сапог до короткой кожаной куртки с золотым шитьём. Они приблизились к воротам, и стражник, позёвывавший с совершеннейшим ко всему безразличием, проводил их взглядом, ещё раз особенно смачно зевнул, потянулся к фляжке за поясом, но потом вдруг решил проявить бдительность и буркнул скучным голосом:
— Э-э-эй, чёрный, тебе куда?
Высокий обернулся, лицо его, казалось, не изменилось, но что-то в нём так поразило стражника, что челюсть отвисла, точно у сопливого новобранца, а фляжка с печальным звоном упала на камни. Шут, состроив глумливую гримасу, рыкнул на солдата, и они двинулись дальше.
Во дворце было почти пусто — король спал, шуметь, без особой причины шатаясь по залам, возбранялось. Никого не встретив из вельмож, шут и его спутник спустились по переходам в подземные ярусы — со складами вина, вяленой дичи, оружейными и личной королевской тюрьмой. У массивной двери с решётчатым оконцем стоял ещё один стражник.