Империя
Шрифт:
– Правда, они похожи на свиней? – снова как будто бы невзначай произнес сенатор.
– Хм. Я тоже об этом подумал.
– Бесполезные трутни. Пчелы таких убивают по осени, чтобы не жрали зазря мед. А Тиберий, наоборот, окружил себя ими. Истинный правитель не должен зависеть ни от кого, даже от своей родни, не говоря уже о друзьях или просто знакомых. Предавшего нужно устранять. Избавляться от него, как от конечности, зараженной гангреной, иначе очень скоро такая зараза убьет весь организм, – Марк пристально всмотрелся в собеседника. – Мне жаль, что ты потерял друга. Правда, жаль. Надеюсь, он отдал жизнь не напрасно. Слышал, он погиб, спасая тебя?
– Марк,
– Луций Корнелий Август! Мое почтение! Меня зовут Антоний, – неожиданно появившийся на террасе незнакомец протянул генералу свою руку.
Луций по заученному и уже изрядно надоевшему ему порядку приветливо улыбнулся, кивнул головой и пожал руку в ответ. Очередной болтун, будь он проклят!
– Очень приятно, рад знакомству!
Рядом с Антонием стояли трое мужчин крепкого телосложения, по всей видимости, его телохранители. Он повернулся к Марку с приветствием. «Похоже, Марка знает весь Рим», – подумал Луций, продолжая растягивать лицо в улыбке и делая вид, что он несказанно рад этому человеку, которого видит впервые в жизни. Здесь он многих видел впервые. И почти все из них завтра будут им забыты.
Антоний о чем-то долго рассказывал, подливая вина в чаши. Из разговора Луций понял, что человек поднялся на работорговле и хотел бы сопровождать его в походах, дабы забирать рабов, а полученную выручку делить пополам. Те же, кто стоит у него за спиной, его помощники и охранники. Старший из них – Константин, ему подчиняются Гай и хромой Герман, которого они в насмешку называют Хромоножкой.
– Я прекрасно тебя понял, Антоний. И предложение твое меня заинтересовало, только давай обсудим это в другой день. Я пришлю к тебе своего человека, и вы обговорите с ним все детали.
– О-о-о, Луций, Вы меня обнадежили, я с нетерпением буду ждать нашей новой встречи, – они подняли бокалы и выпили.
Антоний со своими людьми удалился.
– Несколько лет назад со мной не хотели общаться, Марк. Теперь же складывается впечатление, что все вокруг только и мечтают об этом. А вот мне сейчас этого не надо, – Луций поставил чашу на широкие перила.
– Так случается всегда. Люди, что тут скажешь. Но с этим человеком я бы на твоем месте поговорил: дополнительный доход никогда не помешает. Лучше было бы сначала послать к нему Ромула, но он, увы, теперь в другом мире. Пошли к нему Мартина!
– Мартина? – изумленно переспросил Луций.
– Ну не Понтия же? Понтий обманет тебя при первом удобном случае. Да, он храбрый и смелый воин, он не предаст никогда на поле боя, но вот насчет денег я не уверен.
– Ха! Пожалуй, ты прав. Ладно, пускай будет Мартин!
Луций посмотрел на то, как завораживающе двигались танцовщицы, как искусно вытворяли трюки акробаты, а затем опустил глаза и задумался.
– Мне кажется, я схожу с ума, Марк.
– Сходишь с ума? Почему ты так решил?
– Я вижу мертвых.
– Я тоже. Каждый день. Но это не значит, что я сумасшедший.
– Я серьезно, Марк.
– Так и я не шучу. Луций, ты просто видишь то, чего не дано видеть другим, вот и все. Ты выше остальных, лучше них всех. Диоген жил в бочке, разве он был сумасшедшим? Пифагор, Архимед, Александр, Цезарь – я могу перечислять имена бесконечно. Они все были не такими, как обычные люди, поэтому их имена остались в истории. Ты, Луций, тоже не простой человек, поверь мне. И не стоит тебе корить себя за совершенные деяния. Тебе разрешено то, что не разрешено остальным. Как говорится, что позволено Юпитеру, не позволено быку. Впиши свое имя в историю так, как ты умеешь. А лучше всего ты умеешь
– Ты научил, – сухо ответил генерал.
– Научить этому можно любого, разница в том, что у тебя это в крови. Я просто раскрыл твои таланты. Человеку нужно указать путь. Твой путь – править миром.
– Тиберий правит миром. Он – император.
– Людям свойственно умирать. А императорам свойственно умирать внезапно.
Марк произнес это так легко и просто, что Луций на мгновение впал в оцепенение, из которого его вывел голос Тиберия: Цезарь быстро шел к ним с распростертыми руками, а за ним с трудом поспевали его рабы.
– Луций, я повсюду тебя ищу! Марк, и ты здесь?!
Марк почтительно склонил голову, Луций сделал то же самое.
– Марк, ты посвятил нашего генерала в мои планы?
– Нет, Цезарь, я думаю, вам лучше поговорить с ним лично. Тем более, это ваше решение.
– А ты прав, Марк. Что же, пройдемте, обсудим все в более уютном месте.
Марк загадочно пожал плечами и похлопал Луция по спине.
– Пойдем, пойдем.
После того как солнце склонилось за горизонт, Луций Корнелий, генерал Черного легиона, получил такую власть, о которой простой человек мог лишь мечтать: он взял под свое командование преторианскую гвардию. Марк убедил Тиберия в необходимости этого, убедил так, как умеет убеждать один лишь он, попросту навязав другому свою волю и заставив Цезаря принять его идеи за свои собственные. Теперь всеми солдатами, которые защищали самого императора, командовал Луций. Он сразу по достоинству оценил новую должность: подарок, который преподнес ему Марк, недооценить было просто невозможно. В тот вечер они только обсуждали это назначение, но уже совсем скоро Луций значительно преумножил свое влияние и в рядах армии, и в императорском доме. Он собрал рассеянные по всему Риму когорты в один общий лагерь и присоединил преторианцев к своему Черному легиону. Теперь их численность и мощь внушали панический страх. Невероятная сила сосредоточилась в руках генерала Луция, и эта сила ждала подходящего момента, чтобы обрушиться на того, кого она была призвана охранять. Начало положено – Марк собирался избавить мир от мессии.
Глава XXX
ПЕЙ СВОЙ ЯД, ПРОКУРАТОР
Публий остановился перед дверью. Чувство неуверенности, перерастающее в страх, накатило из глубины тела и прошло по коже неприятным ознобом. Странное место: ни людей, ни животных. Огромная территория и никого, буквально никого. Тут даже ветер не дул. Его слуга доложил ему о готовности Марка с ним встретиться, но ничего не сказал о странностях этой виллы, а ведь он служил еще его отцу и отличался чрезмерной бдительностью. Разве он не заметил ничего необычного? Да и как это можно было не заметить, когда тут странным было все? Кто, например, следит за виллой? Это же немыслимо: Марк – правая рука Цезаря, богатейший человек Рима, у него огромное поместье, но в нем – ни единой души!
– Нужно было взять охрану. Зря я пришел сюда один.
Публий уже собирался было уйти, но тут дверь с легким скрипом отворилась, и за ней показалось толстое лицо Асмодея с нарисованной на нем слащавой до приторности улыбкой.
– Публий, вы что, хотели нас покинуть?
Асмодей смотрел на гостя своими маленькими блестящими глазками, а его жирный подбородок подергивался и вибрировал при каждом слове.
– Нет, что вы, – растерянно ответил Публий.
– Тогда господин Марк ждет вас. Прошу, проходите.