Империя. Фаворитка
Шрифт:
– Прям воеводой?
– сомневаясь в предсказаниях полусумасшедших старух, сказал он, откинувшись на подушки.
– А может это и не я вовсе? Вон со мной ещё Бес приехал.
Вспомнил Крис об охочем до девок наёмнике. Щас поди Мирославе ещё одного воеводу заделывает. И так не переживает, как Крис.
– А узнаешь своего чужака по нежным рукам, - передразнила она ведунью шипящим голосом и засмеялась.
– У тебя вон ладони какие, как у девки. А у Беса твоего грубые, мозолистые.
Да, руки у барона Кормака были не шершавые, как у большинства мужчин. Это потому что он не работал в поле и меч держал только, чтобы потренироваться, не
– Воеводой, говоришь?
– заложив свои нежные ладони себе за голову и вытянувшись во весь рост, переспросил Крис.
– Да, - быстро ответила Яросвета.
– А воевода он знатнее темника?
– Ох, какой же ты не сведущий, - вздохнула дочь сотника.
– Знатные у нас князья. Самый знатный Великий Князь. Он князь над всеми князьями. Княжеский титул наследуется при рождении. У Великого Князя сыновья княжичи. Когда их отца не станет Великим Князем будет старший, а остальные будут просто князьями. В жёны князья берут себе самых красивых и плодовитых женщин. Княжеский брак заключается по кровному ритуалу. Это значит, что разойтись они не могут. Князь имеет право на наложниц. А вот княгиня должна быть верна только князю. Потому что их сыновья наследуют ему. Сыновья княгини до брака с князем могут стать воеводами и получить свой удел. А ещё место в круге мудрейших.
– Хорошо, я понял, что воевода это хорошая должность при князе. Как у нас граф. А какой властью обладают темники?
– Начнем с самого низа, - с видом всезнающего учёного продолжила Яросвета.
– Дружинник - это солдат. Им может стать любой свен. За отвагу в бою дружинника назначают десятником. Десятник командует десятью дружинниками, но подчиняется сотнику. Сотника назначают за отвагу, смелость, хитрость и верность. Сотник командует десятью десятниками и сотней дружинников. Потом идёт темник. Он выбирается из самых верных сотников самим князем. А уже из темников выбирают воеводу. И самый главный среди воевод Правый воевода. Он всегда сидит по правую руку от Великого Князя. И только к нему прислушивается князь. Мой отец сотник у княжича. А когда он станет Великим Князем, мой отец будет темником. Потом воеводой, - подробно расписала Яросвета карьерный рост своего отца при воцарении княжича Ратмира.
И она была в этом так уверена, что даже у Криса не возникло сомнений. Сотника Яросвета точно ждёт место по правую руку Великого Князя. А потом он и сына своей любимой дочки пристроит по ближе к свенскому трону. Это все, конечно, хорошо, но горячая свенка так и не сказала, кого так сильно любит, что готова понести от чужака. И всё только ради того, чтобы доказать ему свою плодовитость. Нет, может, акелонцы и не слишком раскрепощенный народ, но всё же лучше, чем рожать от первого встречного.
– А любишь ты князя!
– буркнул наугад Крис и в точку.
Девушка немного замялась, отвернулась, но всё равно ответила. Пусть и нехотя.
– Князя Солнцеслава. Он младший брат Великого Князя Златозара.
Присвистнул Крис. А губа у дочери сотника не дура!
– А если у тебя и этого Солнцеслава сыновей не будет? Что тогда?
– так между прочим спросил барон Кормак. Всё-таки интересно как будет жить его будущий бастард.
– Солнцеслав усыновит его и объявит своим наследником.
И вот тут в голове Криса выстроилась довольно интересная цепочка будущего заговора, но который плетётся уже сейчас. И
– Ратмир единственный сын Великого Князя?
– Теперь да. Двое его старших сыновей погибли. Один на охоте упал с коня. Другой занемог и умер. Сыновья княгини тоже погибли, - как на духу всё выкладывала дочка сотника.
– А у Солнцеслава есть права на титул Великого Князя?
– ещё один, но самый главный вопрос.
– Да, он второй после Ратмира.
Не воеводой будет его бастард, а князем. Гард, побери! Его сыну повезёт в жизни больше, чем ему самому. Крис только брат королевы. Никакой власти. Пока только должность командира королевской гвардии.
И, пробежав по умиротворённому лицу Яросветы восхищенным взглядом, про себя отметил: а не такая она и простушка. Ему говорили, что женщины свенов выбирают сердцем. А тут чистой воды расчёт. Да по-коварнее, чем при дворе Акелонии. Нет сомнений, что Яросвет сговорился с младшим братом Великого Князя. Крис ещё в глаза не видел сотника, но глядя на дочь, носящую его имя, мог с уверенностью заявить, что тип он скользкий, хитрый, коварный и дальновидный. Да и сам тот факт, что с леди Бригиттой его связывает довольно странная дружба, говорит сам за себя. Как-то выгодно для дядюшки князя мрут потенциальные наследники его брата.
Барон Кормак и дочь сотника ещё около часа шептались, греясь теплом друг друга. И уже когда его ненасытная любовница крепко спала, в голову Криса пришла интригующая мысль: «Интересно, а вылазка за ирагонской принцессой будет удачной для княжича?».
Но в любом случае он не собирался вмешиваться в дела свенской знати. Ему было откровенно на плевать что там ждёт наследника Великого Князя в скором будущем, главное, чтобы Игона не доехала живой до Акеты.
ГЛАВА 5.
Крис проснулся от того, что кто-то внимательно рассматривает его. Он ещё не открыл глаза, а уже ощутил этот тяжёлый взгляд на себе. И это точно не Яросвета. Девушка спала рядом, прижавшись и закинув ногу ему на живот.
Брат Изабеллы осторожно открыл глаза, чтобы из-под ресниц посмотреть кто это такой наглый? И Крис нисколько не сомневался в наглости утреннего гостя. Ведь так войти без стука в покои хозяйки может только потерявший страх слуга или...
Или отец?!
Подорвался Крис в постели. Нащупав рукой шкуру медведя, попытался прикрыть свою и Яросветину наготу от излучающих глаз сотника.
Отец его любовницы выглядел устрашающе. Здоровенный мужик в латах с перекинутым через плечо меховым плащом. Длинной рыжей бородой. Побритой наголо черепушкой, которую украшала замысловатая руническая татуировка. Мохнатыми бровями, сдвинутыми до самой переносицы, что предавало его виду некий звериный облик. А вот голубые глаза терялись на фоне страшного папаши. В которых, кстати, Крис не заметил особой злости. Но и выдохнуть с облегчением он тоже не мог. Ведь будь барон Кормак в Акелонии, то такая ситуация могла стать причиной смертельного поединка за честь семьи совращённой девушки. А здесь? Здесь какая-то нелепая ситуация! Дочь лежит с мужиком в постели, а папаша, застукавший их, просто стоит и молча их рассматривает. Не орёт. За оружие не хватается. Ему просто интересен посланник леди Бригитты и всё. Он, наверное, и пришёл в покои дочки, чтобы посмотреть кто таков этот сэр Джон Бэриберг.