Империя статуй
Шрифт:
— Вернулся к маме, — зачем-то произнесла я ему в макушку, будто бы сама пыталась убедить себя в происходящем.
Он шмыгнул носом и молча кивнул, прижимаясь щекой к моим ключицам.
— Рад, что с тобой все в порядке, — произнес Вестмар, присаживаясь рядом и опуская свою руку на спину ребенка. — Когда тот призрак принес мне Айварса, я думал…думал… — его дыхание сбилось, и он с силой закусил губу, чтобы удержать себя от грустных слов, — я действительно счастлив, что ты жива.
— Вестмар, — повернувшись лицом к королю, я подумала о том, как все мы смотрелись со стороны. Как…настоящая семья. —
— Те слова, что я сказал тебе, когда Айварс появился на свет, были правдой. Мои чувства не изменились с тех пор. Но я вновь и вновь винил себя в том, что не захотел признавать сына-горгону…Это чудесный ребенок, и я полюбил его также, как полюбил тебя. Я бы хотел попросить прощения за то, что…
— Тебе незачем извиняться! Вестмар, если бы не ты…Я бы была мертва.
Его лицо вдруг побледнело, после — вновь покраснело. Неожиданно схватив меня за руку, он прижал её к своим губам, крепко зажмурив глаза.
— Значит, все, что я делал, было не зря…Как же я счастлив.
— Твои чувства…они правда не изменились? — произнесла я, переводя взгляд с макушки сына на глаза короля. Щеки зарделись, стоило мужчине звонко рассмеяться.
— Изменились, — ответил он, хитро прищуриваясь, — думаю, стали сильнее. Какое иное мужское сердце устоит перед тобой?
— Ох, будет тебе…
— Я ведь ни разу не говорил тебе этого, но…спасибо за сына.
— …
— Знаешь, Сиггрид, я бы хотел остаться здесь с тобой. Прожить рядом столько, сколько мне отведено судьбой, но…
— Я понимаю, — произнесла я, не скрывая грусти, — ты не можешь бросить свой народ. Что ж, это говорит о том, что отец Айварса не отъявленный эгоист.
Он вновь усмехнулся. Придвинулся ближе, прислоняясь своим лбом к моему.
— Я знаю, что ты воспитаешь сына прекрасной горгоной. Мне же нужно заняться воспитанием тех, кому я должен в будущем передать трон. Я ужасный муж. Хочу хотя бы быть хорошим отцом.
— Так и есть, — улыбнулась я в ответ, — но, знаешь, я всегда буду ждать тебя здесь. В этом месте ты всегда будешь долгожданным гостем.
— Прямо уж всегда?
— Даже, когда твоя кожа покроется морщинами. Я буду ждать. Чтобы вновь обнять и сказать тебе спасибо…
Глава 35
Вестмар уехал десять дней спустя, оставив в моей душе щекотливое чувство тоски. Всматриваясь в мелькающую на горизонте карету, я вспоминала долгие прогулки по затухающему осеннему саду, медленно покрывающемуся позолотой. Держа за одну руку мою ладонь, а за другую — руку Вестмара, Айварс то и дело поджимал к себе хвостик, чтобы зависнуть в воздухе. В будущем он непременно расскажет мне об этом времени, закравшимся в глубины памяти, но, как бы сильно я не желала дать ему любовь сразу двух родителей, он был вынужден остаться лишь с одним, чувствуя доброту отца в письмах и присылаемых подарках. Айварс рос быстро и был умным мальчиком, развитым не по годам, и, даже будучи первым принцем Империи, окруженным опекой и заботой, он не был избалованным, ведь я всеми силами пыталась привить ему способность смотреть на мир не только с пьедестала, но и с обычной тропы.
Нахождению
Численность монстров, населяющих Империю, была чудовищно мала, из-за чего было принято оставить царствовавшее среди нагов многомужество. Как правительница, я должна была соблюдать закон и показывать пример. Как женщина, я чувствовала сердцем, кого желала бы видеть рядом с собой. Отец Айварса не мог быть мне мужем, но жизнь, стремительно уходя вперед, напоминала мне о желании иметь большую семью. В своих планах я убедилась и тогда, когда шестилетний мальчик привязался к тем, кого я давно избрала. Он видел в них наставников. Я бы желала, чтобы он видел в них семью.
Стоило очередному лету коснуться столицы, я вышла замуж за Рэнгволда, устроив ту свадьбу, о которой всегда мечтала. Пышное празднество заполонило города, созывая к алтарю всех жителей Империи, а я впервые надела на себя белоснежное платье, подол которого к вечеру мой новоиспеченный муж благополучно порвал. Всю церемонию Рэнгволд держался строго, скрывая под хладнокровием жуткое напряжение, и расслабился он лишь на банкете, когда, оказавшись по правую руку от меня, он опрокинул в себя первый кубок вина. Его впервые назвали Ваше Величество. Он стушевался и более на этот титул не окликался.
Рассматривая его запоминающийся профиль, я вспоминала нашу первую встречу, когда думала о том, что главнокомандующий прибыл в дом по мою душу. Тогда он сидел напротив с несколько скучающим уставшим выражением, задавая приевшиеся вопросы, правильные ответы на которые давно знал сам. Теперь он был рядом, крепко, но удивительно нежно сжимая кончики моих замерзших пальцев и согревая их жаром хлынувших чувств. Я знала о его бескорыстной настоящей любви, и искренне отвечала тем же, ведь Рэнгволд поддерживал меня с самого начала, не предавая и не бросая. Я хотела, чтобы он был счастлив. Если я могла даровать ему это счастье, то следовало сделать все возможное.
Наша первая брачная ночь прошла столь страстно, что у кровати сломалось изголовье. Пускай я не была неопытна и уже познала прежде мужскую ласку, впоследствии щеки каждый раз трогал румянец, стоило мне вспомнить сбившееся тяжелое дыхание и сплетенные хвосты. Один лишь его алый взгляд обжигал все тело, покуда мускулистый торс скользил по моему животу, и Рэнгволд — всегда сдержанный и спокойный — оказался жадным и пылким мужем, жаждущим любви так часто, что порою я сильно не высыпалась. С подобным режимом я нисколько не удивилась тому, что забеременела спустя месяц после свадьбы.