Имперец. Том 4
Шрифт:
Вот только не хотелось бы, конечно, чтоб этот повод случился.
Императорский Московский Университет, Александр Мирный
Утром я был практически рок-звездой. Обо мне писали таблоиды, на меня с интересом пялились девицы и с завистью парни. И только Василиса Корсакова смотрела с праведным гневом.
— Алекс! Захват снайперов?! Зачем так рисковать жизнью?! На это же есть военные! — воскликнула девушка, едва
Вместо ответа я приобнял Василису за плечи и звонко поцеловал в губы:
— Цыц, женщина, — велел я с улыбкой. — Голос она еще на меня повышать будет. Скажи спасибо, что в «Аурум» не приехал тебя пинками домой гнать.
Девушка сначала вспыхнула от смущения, потом от возмущения, затем растерянно буркнула:
— Я чуть инфаркт не получила утром, когда увидела новости…
— Не читай газет, — усмехнулся я, чуть не ляпнув «советских».
— Да как же не читать?! — снова начала заводиться Корсакова.
— Очень просто, — вклинился в наш разговор подошедший боярич Новиков.
На лице моего соседа по комнате имелись все признаки попойки. И он даже не делал попыток их скрыть.
— Спрашивай у первоисточника, — посоветовал Иван. — Так вот, Алекс, говорят, тебя видели с самим цесаревичем? Что ты скажешь в свое оправдание?
Весь наш стол смотрел с таким любопытством, что его можно было потыкать руками. А мне хотелось потыкать Ивана для проверки на предмет наличия совести.
С другой стороны, столовая, само собой, лучшее место, чтобы рассказать свою версию событий, которую подслушивает половина зала, а то и весь. А потом и разнесут по всей столице.
— Ну, знаешь, — протянул я, мрачно посмотрев на Ивана, — так получилось, что я поучаствовал в некоторых военных мероприятиях и приглянулся Его Высочеству.
— И-и-и? — наследный поросенок аж вперед подался, ожидая красочного рассказа о себе любимом.
— И все, — отрезал я, не без удовольствия обламывая Новикову его игру.
— Как это все?! — искренне возмутился Иван. — Я сюда на… Э-э-э, я зачем вставал в такую срань?
— Кто тебя знает, может быть, у тебя бессонница, — хмыкнул я, приступая к завтраку.
— Лучше расскажите, что вы знаете про боярышню Шереметьеву, — вдруг подала голос княжна Демидова, переводя диалог за столом на новую тему. — Говорят, Его Высочество общался с ней в баре, но она настолько быстро улизнула от нас, что я сомневаюсь.
— Что-то я раньше не замечал в тебе тяги к сплетням, — недовольно произнес Ермаков.
— Какие ж это сплетни? — возмутилась Нарышкина, поддерживая подругу. — Это, может быть, твоя будущая императрица! Она медик и привел ее Пирогов…
— Да? — оживился Иван. — А он ей кто: брат, сват?
— Не думаю, — покачала головой Демидова. — Он просто ответственный имперец. Решил взять девчонку
— Хм-м-м, — задумчиво протянул Иван.
И вот мне лично было интересно, это «хм-м-м» относится к приглянувшейся ему боярышне или к инициативному Пирогову? В любом случае что-то мне подсказывало, что Иван не задумывался о том, что один танец с ним может сильно сказаться на жизни Шереметьевой, да еще и не в лучшую сторону.
Повисшую на мгновение паузу нарушила Нарышкина:
— А когда вы, собственно, пригласите нас на новоселье? — обернувшись ко мне, спросила Мария. — Василиса говорила, там уже почти все готово.
Я вопросительно посмотрел на невесту, и та уверенно кивнула:
— Остались мелочи типа ложек, сервизов, текстиля… — после чего Корсакова повернулась ко мне с предложением: — Можем, кстати, заехать сегодня и посмотреть вживую, как там обстоят дела.
— Хорошо, — легко согласился я. — Если мне не придется выбирать ложки, сервиз, текстиль.
От этих слов все присутствующие девушки демонстративно закатили глаза, и лишь Тугарин громко рассмеялся:
— Главное, чтобы мебель в доме была, — заявил Юсупов. — А то, знаете ли, без мебели ужасно неудобно.
— Алмаз! — ахнула Дарья.
Василиса покраснела, Нарышкина совсем по-девчачьи захихикала, а я показал товарищу кулак. Даром что княжич.
— Вгонять мою невесту в краску — это только моя прерогатива, — пояснил я.
— Алекс! — возмутилась Василиса.
Но нашу милую перебранку прервал боярич Лобачевский.
— Утречко, — поздоровался Андрей, останавливаясь у нашего стола.
— Ты что-то подозрительно бодро выглядишь после вчерашнего, — попенял ему Ермаков таким тоном, как будто уличил в смертном грехе.
— Как говорит мой отец, «не умеешь пить — не пей», — парировал Лобачевский, опускаясь на свое место. — Вот я и не пью.
Тут я не удержался, каюсь:
— Из маленькой посуды?
За столом снова зазвучал смех. И только сидящая рядом со мной Василиса не разделила общего приподнятого настроения. Девушка вцепилась в мою руку и побледнела.
— Что случилось? — негромко спросил я, склонившись к невесте.
Вместо ответа она продемонстрировала мне экран телефона. Текстовое сообщение от контакта «Брат» гласило:
«Отцу стало хуже. Приезжай попрощаться»
Глава 10
У особняка рода Корсаковых стояла скорая. Немногочисленная прислуга была отлично вышколена, а потому профессионально игнорировала происходящее.
Этикет-с.
Мы беспрепятственно вошли в здание, поднялись на жилой этаж и только там столкнулись с братом Василисы.